Влюбленная женщина - Эва Киншоу

— Давай обсудим все спокойно. — Патриция отложила расческу. — У тебя до сих пор не сложилось обо мне определенного мнения. Я права, Стив? Ты считаешь, что, чем больше я общаюсь с мужчинами, тем больше вероятность того, что я сверну с «правильного пути» и стану охотницей за мужчинами, слишком высокомерной, чтобы быть хорошей, и так далее. Словом, все, что ты высказывал мне раньше. Помнишь?

— Нет, Патриция.

— Тогда, — произнесла она дрожащим голосом, — раз к Джону вернулась его настоящая мать, я тебе как жена больше не нужна!

— Неправда!

— Думаю, что так оно и есть.

— Патриция, — горько воскликнул Стив, — ты напридумывала Бог знает чего!

— Думай, что хочешь, мой дорогой. Ты не единственный, кому я высказываю в лицо все, что думаю. Тем более ты сам начал этот разговор. — Патриция нервно сглотнула. — Как я представляю наше будущее? Я сделаю все, что в моих силах для Джона и Петры, но я хотела бы остаться одна сегодня ночью.

— Как пожелаешь, дорогая. — И, церемонно пожелав жене спокойной ночи, Стив удалился.

16

Последующие три недели были самыми трудными в жизни Патриции.

Днем она и Стив общались друг с другом как ни в чем не бывало, но любой мало-мальски наблюдательный человек сразу заметил бы, что они прилагают все усилия, чтобы не оставаться наедине. Впрочем, это не слишком бросалось в глаза окружающим, потому что Стив был действительно очень занят: в его руках оказались бразды правления огромной империей Эрбоу на время болезни его отца. Спали супруги в соседних спальнях и даже запирали разделявшую комнаты дверь.

Патриции ничего не оставалось делать, как скрепя сердце налаживать отношения между Джоном и его матерью, с тем чтобы Петра постепенно заняла в душе мальчика место, которое ей принадлежало по праву. Патриция обнаружила, что Петра вполне освоилась в несколько новом для нее мире реальной жизни.

Конечно, не все было гладко. Иногда Джон впадал в депрессию безо всяких видимых причин, вероятно, он ощущал, что происходящие перемены заметно повлияют на его последующую жизнь, В такие моменты Стив и Шерлок, быстро поправившийся после операции, приходили мальчику на помощь.

Петра даже однажды в порыве откровенности призналась Патриции:

— Они так добры ко мне, даже не знаю почему. — Она вздохнула и помолчала. — Я всегда думала, что Джону будет лучше без меня. Это было моей величайшей ошибкой и величайшей болью. Я до сих пор не могу понять, почему у меня такая низкая самооценка.

— Я понимаю тебя, — сказала Патриция, — я сама когда-то начинала двигаться в том же направлении. То, что я считала любовью всей моей жизни, развалилось, как карточный домик. Я начала везде искать любовь. И чем больше я искала любовь, тем хуже мне становилось. Может быть, с тобой произошло то же самое, Петра.

— Да, конечно, ты права! Но у тебя, наверное, гораздо больше здравого смысла. А как ты нашла Стива?

— Как я нашла Стива… — эхом повторила Патриция и заставила себя улыбнуться. — Надеюсь, ты поедешь с нами на остров?

— Не знаю, нужно ли, — заколебалась Петра. — Жизнь на острове кажется мне очень заманчивой, и Джон был абсолютно счастлив там. Кстати, Стив уже предлагал мне отправиться на остров, и отцу, когда тот немного наберется сил. Но мне хочется знать, как ты отнесешься к этому, Патриция. Стив, мне кажется, — Петра поколебалась, выбирая слова, — не связывает своего будущего с этим местом. Поэтому я не знаю, хорошо ли сначала отвезти Джона туда, где он был счастлив, а потом увезти его в другое место, если Стив, например, решит продать свой ресторан.

— Я понимаю тебя, — пробормотала Патриция с некоторым удивлением, которое, как она надеялась, останется незамеченным Петрой, — я должна подумать. Не только об острове, а вообще. Мне хотелось бы провести с моими родителями несколько дней. Для Джона это не будет неожиданностью: мы с ним уже говорили об этом перед приездом сюда. Он отнесся к этому довольно… спокойно. — Патриция усмехнулась. — Пришло время мне уйти из его жизни, и, возможно, это хороший способ… — она на минуту замялась, выбирая подходящее слово, — сделать это естественно и так, что бы он не чувствовал себя…

— Брошенным тобой?

— Да. Я знаю, что вы с Джоном все больше привязываетесь друг к другу, поэтому…

— Это прекрасная мысль, — сказал незаметно подошедший к ним Стив.

Женщины обернулись. Патриция сделала это резко, чтобы успеть заметить, если Стив надсмехается над ней. Она прекрасно помнила, что Лиз однажды сказала: просить Стива сделать что-то, чего он не хочет делать, все равно что просить тигра побыть ручным котенком. Действительно, в глазах Стива мелькнуло такое выражение, какого она еще никогда не видела. Неужели он этого не хочет? В голове Патриции царил сумбур.

Стив нежно погладил ее по голове.

— Кое-что произошло. Не могла бы ты уделить мне минутку, дорогая?

Он взял Патрицию под руку и повел в спальню. Галантно придержав дверь, Стив пропустил Патрицию вперед, потом вошел сам.

— Ты по-прежнему не изменила своего мнения, дорогая?

Патриция растерянно смотрела на него.

— Ты же только что сказал, что это прекрасная мысль.

— Если хочешь, мы можем жить в разных домах. Или в разных городах. И даже на разных континентах. — Стив пожал плечами. — Какая разница!

Патриция сглотнула.

— На самом деле, так будет даже проще поддерживать имидж счастливой семьи. Не знаю, как ты, — он с иронией взглянул на Патрицию, — а я все больше начинаю ощущать себя актером, участвующим в плохом фарсе.

— Стив…

— С другой стороны, я знаю, как положить всему этому конец. Я говорю об испытанном временем способе, который не раз помогал и нам. Помнишь?

Патриция закусила губу. Слова Стива раскаленными иглами впивались ей в душу. Но он, будто не замечая ее состояния, продолжал:

— Прошлой ночью мне даже захотелось посмотреть, одна ли ты в своей спальне. Пошло, да? Потом я подумал, что, вероятно, ты вернулась в свою башню из слоновой кости и сладко там почиваешь, как принцесса из сказки, — закончил Стив мягко, но с какой-то ноткой обреченности.

— Я никогда не упрекала тебя! — На глаза Патриции навернулись слезы.

— Я надеялся, что ты приберегла это для последнего письма. На самом деле, мне кажется, существует лишь одна причина, по которой ты еще не оставила меня.

— Ты прав… — Патриция по-прежнему боролась со слезами, пытаясь не дать им воли.

— Тогда могу тебя обрадовать. Нашли маньяка, который тебя преследовал.

— Как?! — изумилась Патриция. — Кто это сделал?!