Влюбленная женщина - Эва Киншоу

— Да. Не очень хорошо, но мы с Лиз пару раз встречались с ней. А почему ты спрашиваешь?

— Как ты считаешь, я похожа на нее?

— Да, на первый взгляд да. — Дэвид немного подумал, потом добавил: — Сейчас, конечно, совсем нет. Вообще сложно сказать, в чем это сходство. — Он пожал плечами. — Может быть, в походке, может… в какой-то легкой грусти, которая порой туманит взгляд.

Патриции стал неприятен этот разговор, и она решила сменить тему:

— Должно быть, Стиву было очень больно, когда погиб его друг. Вы были с ним знакомы?

— Да, я знал его. — Дэвид выпрямился и очень серьезно посмотрел на Патрицию. — В то время мы работали в одной газете. А что, у Стива опять начались ночные кошмары?

У Патриции перехватило дыхание. Вот в чем, оказывается, дело!

— Да, хотя мой муж не любит распространяться на это счет. А как… как ты догадался?

— Однажды я спросил его, не страдает ли он бессонницей, потому что иногда я видел, как по ночам у него горел свет. И он рассказал мне о своих ночных кошмарах. Думаю, это профессиональное. Я сам иногда не могу уснуть. Но мне не довелось пройти через то, что пришлось преодолеть Стиву.

Патриция некоторое время молчала.

— Как думаешь, он хочет прожить здесь всю жизнь?

Дэвид пожал плечами.

— Мы с Лиз уже подумывали о том, чтобы сняться с якоря, когда Стив спросил, не хотим ли мы приглядывать за этим местом в межсезонье. Мы очень удивились.

— Ты считаешь, что… — Патриция с трудом подбирала слова, пытаясь унять дрожь в голосе.

— Да, мы любим это место. Мы могли бы найти более высокооплачиваемую работу и накопить больше денег, но… — Дэвид замолчал, потом добавил несколько неуклюже: — Думаю, ты лучше осведомлена о планах собственного мужа.

— Нет, — грустно возразила Патриция.

— Не знаю, что тебе ответить.

Молодая женщина усмехнулась. Она и сама не знала ответа.

Вечером позвонил Стив, и этот звонок окончательно выбил Патрицию из колеи. Стив сообщил сногсшибательную новость: Петра возвращается.

— Стив, это… это — прекрасно!

— Да, — глухо звучал в трубке его голос, — я до сих пор не могу в это поверить, но это самая лучшая новость за последние несколько лет.

— Она собирается жить с нами?

— Да. Она говорит, что устала жить вдали от родных, и собирается больше никогда не покидать Джона. Она ужасно по нему соскучилась! Но не знает, как вести себя с ним, потому что чувствует себя виноватой и боится все ему рассказать. Но, думаю, сообща мы с этим справимся. Папа очень рад, и это для него сейчас наилучшее лекарство. Патриция, ты не могла бы привезти Джона сюда? Я попытаюсь организовать для вас завтра вертолет.

— Конечно! А что я должна ему сказать? И где их поселить? — Патриция на минуту замолчала, почувствовав болезненный укол в сердце.

— Патриция, я знаю, как ты любишь Джона…

— Не беспокойся, Стив, — мягко прервала она, — чем быстрее это случится, тем лучше будет для Джона. Я невероятно рада и за мальчика, и за твою сестру.

Наступила короткая пауза.

— Ты по-прежнему останешься его тетей.

— Конечно.

— Патриция, с тобой все в порядке?

— Я только что тебе сказала…

— Нет, — прервал ее Стив, — мне кажется, ты не совсем понимаешь…

— Возможно, — Патриция всхлипнула. — Но я думаю, сейчас это неважно. Главное, чтобы Джон и Петра вновь обрели друг друга. Если требуется что-либо предварительно объяснить Джону, то это должен сделать ты, Стив. Ты по-прежнему остаешься человеком, которым он восхищается больше всех на свете.

— Хорошо, я поговорю с ним.

— А сейчас, Стив, — попросила Патриция, — расскажи мне о планах Петры.

Конечно, Патриции было неспокойно.

Она отправилась на пляж, в то самое место, где они любили бывать со Стивом. Патриция невидящим взглядом смотрела на морскую гладь и думала о своем. Ее поразило известие о том, что Стив просил Лиз и Дэвида присмотреть за рестораном в межсезонье, даже не посоветовавшись с ней. Патриция с неудовольствием отметила, что это больно задело ее самолюбие.

Она не считала, что вышла замуж за Стива из-за Джона. Патриция никогда не заблуждалась на этот счет, Но теперь все должно было измениться, и ей требовалось мужество, чтобы принять эти изменения и постараться, чтобы Джон остался с ней в самых лучших отношениях. Это могло оказаться непростым делом. К тому же Патрицию беспокоила мысль о том, что Стив мог жениться на ней из-за Джона. Это значительно осложняло ситуацию.

— Мне кажется, — обратилась она к морю, — количество причин, по которым он мог жениться на мне, все увеличивается и ни одна из них не кажется достаточно веской. Джон, — начала она загибать пальцы, — преследования маньяка, усталость от жизни на острове и потребность в переменах и в новых впечатлениях, которых я ему, очевидно, не дала, если не считать постели. Я просто не знаю, что делать!

— Мы едем в Майами повидаться с дедушкой?! — Джон был в восторге. — Ура! Ты хочешь еще что-то мне сказать?

Патриция смотрела на него в задумчивости и наконец решилась:

— У Стива для тебя сюрприз.

— Какой? Скажи, какой?! — нетерпеливо воскликнул мальчик.

— Если я тебе скажу, то это уже не будет сюрпризом. Ты помнишь моих родителей, Джон?

— Да.

— Возможно, мне придется провести с ними некоторое время. Ведь я их единственный ребенок, — нерешительно продолжала Патриция.

— Можно мне с тобой?

— Нет, старина! У тебя будут другие, более важные дела. Ты должен будешь поддержать дедушку после операции.

— Не слишком там задерживайся, Патриция, — предупредил Джон, — и не шали!

Патриция вздохнула с облегчением. Через час они уже были на борту вертолета, который прислал за ними Стив.

Стив встречал их на летном поле. Патриция почувствовала, как гулко забилось ее сердце при виде любимого человека. Стив был одет так же, как и тогда, когда они встретились впервые. Сделал ли он это специально, или это была чистая случайность, или Патриции хотелось во всем видеть какой-то особый знак? Она не знала, что и подумать. Одно было ясно: на самом деле все оказалось гораздо сложнее, чем она могла представить.

Через мгновение Патриция оказалась в объятиях мужа, а Джон радостно крутился возле них. Высвободившись из рук Стива, Патриция огляделась и заметила высокую женщину, одиноко стоявшую поодаль. В ее взгляде, обращенном на Джона, читались любовь, грусть, радость, страх…

Петре Эрбоу было немногим более тридцати. Когда она улыбнулась, сразу стало ясно, что ее, Стива и Джона связывают кровные узы.

Стив представил их друг другу: