Стихотворения Часть 2 - Наталья Патрацкая

Где быть? Ну конечно Урал.

А город к приезжим не очень доверчив,

Мороз до костей пробирал.

А иней ложился на лица, озера,

По ним проходила лыжня,

А снега крупинки похожи на зерна,

И скорость на лыжах важна.

Потом он приехал к ней в город,

Иртыш где.

У мая крутой ветерок.

И путь из Москвы был довольно неблизкий,

Но чувства скопились уж впрок.

А что было Дальше? Муж едет в столицу,

Она в своем городе. Да.

Он любит ее, как жену, не девицу,

Но будет ли это всегда?

июнь2000-2001 (события 1957- 1970г.)

2.Все правильно

Из медового месяца

В больших океанах заморское чудо,

И светится, как светлячок.

Мужчина, влюбленный, о, это так круто,

Он светится, как маячок.

И было так славно, когда он был рядом,

Мой милый и сильный супруг,

И волосы падали с плеч водопадом

На плечи его и на грудь,

И он так любил мои длинные косы,

И шею, и губы, и грудь,

Что пятна на шее, как будто укусы,

Я прятала, так, как-нибудь.

И утро вставало, и солнце будило.

И лекции, где институт.

Меня не пускал, и в болоте был илом,

Лежи рядом с ним, и будь тут.

Я, вырвалась смело, одежду погладить.

Включи и глажу. Утюг…

Он сзади схватил, да и кто с ним поладит?

Унес и любил. Запах тут…

Горел мой утюг, захлебнувшийся кофтой,

Столешница стала пылать.

Огонь потушили, чернеет коростой,

Все то, что сгорело. Кровать…

Она, как магнит, иль сироп, но для мухи,

С нее не уйти, не сбежать.

Любовь превращалась в сладчайшие муки,

И пресс все качать да качать…

Свадебное путешествие

В степи казахстанской есть горный, массивный,

Неведомый рай для двоих,

Где озеро чистое, с рыбкой, красиво,

Светило под солнцем для них.

Палатка на склоне, очаг на природе,

Залив из зеркальной воды,

Где жизнь протекает в волшебной погоде,

Лесные деревья – сады.

Загар был одеждой на крепких фигурах,

И мускулы секса в борьбе,

И камни вокруг, а мужчина был ГУРА,

Готовил жену он себе.

И быт первобытный венчался успехом:

Любовь полонила сердца,

Никто той любви не мешал. Без помехи

Шли дни и без капли винца.

Ныряли и плыли, лежали под небом,

И кофе холодный стакан…

Готовили пищу, не все ели с хлебом.

Мужчина любимый – гигант.

Двенадцать дней кряду: любовь и природа.

И солнце: восход и закат,

Тогда и возникло продление рода,

А кто же был в том виноват?

Мы были вдвоем. Никаких мужчин рядом,

И все же потом нет, да нет,

Он все ревновал: Кто отец? Словно ядом

Меня отравлял целый свет.

Жизнь с кольцом

Пришла жизнь с кольцом, очень ровным

и круглым, и летом, в вишневых садах,

И рядом мужчина, и нет уж подруги.

Он сильный и мудрый Адам.

Вся жизнь в подчиненье, вся жизнь

на пределе, и секс – это спорт и любовь.

Еще нет квартиры, но что б ты не делал,

Судья над тобой – муж же твой.

Еще одна свадьба, в украинских ночках,

Продлила свиданье с родней,

Где я, как жена, не сестра и не дочка,

И выбор весь сделан. Не ной.

Но мы ведь студенты и лето предельно,

Нам надо разъехаться вновь.

Вокзал, город энский… Нам ехать раздельно.

У мужа уж дрогнула бровь.

А я разревелась, как будто белуга,

Во мне надорвалась струна.

Ушли по вагонам, в душе слезы юга,

И вновь я осталась одна.

На станции радость: увидела мужа,

Там встретились вновь поезда.

Он был весь родной, и конечно был нужен.

Отстал он от поезда. Да.

Интересное положение

Семейная жизнь, это встречи, прощанья.

Ноябрь приближался. И что?

В Москве намечали мы встречу. Вещанье,

В его общежитие ток.

Снег мокрый, московский, тепло и прохладно.

Театры, музеи – Москва.

Он сильный, хороший и все было ладно.

Его институты. Москва.

Вдвоем подышав, погуляв, мы расстались.

Беременность, третий мой курс.

Я очень простыла и ртуть уж за сорок.

Две скорые, где же мой пульс?

Меня и в палату боялись отправить.

Лежу в коридоре. Капель

Бежит в мою руку, иглу не поправить.

А где же любимый мой? Мель.

Когда стало лучше, увидела розы,

Мужскую улыбку в окне,

И сразу исчезли отчаянья грозы,

И месяцы жизни во сне.

Рождение сына, доились, как козы.

Ребенок и спал и сосал.

И вновь за окошком прорезались розы

И час нашей встречи настал.

На год я рассталась с родным институтом.

Ребенок. Прекрасный малыш.

Еще год учебы, и в жизни все круто:

Два курса за год. Что, шалишь?

2002 события 1970-1972

3.Изумрудное кольцо

Переезд

Сверкали озера в скалистой породе,

Их поезд опять проезжал,

И два чемодана, коляска, нас трое,

Ребенок смотрел, не визжал.

В Москву мы явились. Слегка непонятно,

Куда и зачем нам идти,

Купил муж билеты, уже не обратно,

Чтоб нас в Украину везти.

А сам он остался в столице любимой,

Я с сыном явилась к родне,

Конечно его, где нас встретили мило,

Где были недолго одни.

Потом путь в столицу, с второго захода,

Нам больше уже повезло,

Приехали в город до солнца захода,

Где вмиг растопилось все зло.

День теплый, все чисто, квартира, но чья-то,

Нам комнату снять удалось,

Идем на работу без всякого блата:

Он – физик, семья, все сбылось.

Нас взяли в НИИ по каким-то мотивам:

Им нужен конструктор, и я,

Нашла у них место и все позитивы,

Нас трое, нас трое – родня.

Самостоятельность

Сверкала столица одним горизонтом,

Другим уходила в леса,

Здесь все хорошо: солнце, тучи и зонтик,

И города чудо краса.

И дома халат, по размеру рубашки,

И ноги, что б лезли в глаза,

И грудь что б видна, и почти нараспашку,

У мужа свои чудеса.

И сын сам, что б ел, одевался и бегал.

Науки любви и еды,

Уборка квартиры, любовные бесы,

Опять довели до беды…

Как тут объяснить… оставлять не могли мы.

Учеба, работа семья…

Я все успевала, и вышли из тьмы мы.

Но только болеть стала я…

Однако, работа, конструктор и мысли.

Конструкции первых станков.

Учеба моя мы с ней вверх в небо взмыли,

Опять в Казахстан без долгов.

Училась, летала меж двух континентов,

Ребенок освоил детсад,

И мы получили квартиру, где ленты

Обоев полоски висят.

Прошел еще год, вскоре я защитилась,

Окончен был мой институт,

И вскоре опять я в себе ощутила,

Что новый ребеночек тут.

2003. события 1972-1974

4.Родная параллель

Володя (1921-1979)

Сверкали озера в скалистой породе,

Володи глаза, как они,

А лоб очень гладкий, хорошей породы,

С таким только рядом усни…

Уральские корни, а где же столица,

Где связь с Петербургом была?

А был в жизни поезд, и были возницы,

Семья неоседлой слыла.

И в Шушенском жили, в степях за Уралом,

И знали они Ленинград,

И связи родства оседали не даром,

Окольничим всякий был рад.

А дальше история старой России,

Немного закрыта вся мглой,

И в жизни все были довольно красивы,

Дед знал и работу иглой.

Работал Володя на лучшем заводе,

Станочник уральский он был,

В войну, он как все, был невольно на взводе:

Отсрочка, станочникам – тыл.

Но он добровольцем был вскоре на фронте:

Разведка, пехота, стрелок,

Был много раз ранен, и сам был в ремонте,

И госпиталь, временный полк.

Писал он все письма лишь только стихами,

Стихи и домой присылал.

Война продвигалась на запад с полками,

Разведчик дороги все знал.

А после войны он опять на заводе,

Увидел Катюшу на нем.

Осталось им звезды считать в небосводе,

Спуститься на землю, потом.

Катя (1928-2000)

Катюша была из курганской глубинки,

Отец у нее был шофер,

Однажды детей посадил он в кабинку,

Привез на челябинский двор.

И жили они в очень маленьком доме,

На улице Чкалова дом,

И воду с колонки носили в бидоне,

В большом доме жили потом.

В войну Катерина была очень малой,

Подросток с огромной косой,

Красивой, приятной с улыбкою шалой,

Не девушка – солнечный зной.

И Катя решила: пойдет медсестрою

Она добровольно на фронт,

Но казус с ней вышел, его я не скрою,

И вместо окопов и рот…

Директор училища выбрал Катюшу…

Еду пусть несет в кабинет…