На цепи - Уваров

бросьте! Нам известно, что магистр Зельдей поручил леди Кеннере разобраться с чудищем. Вы же ее помощник! Маг слабенький, а значит леди дала вам нечто, отпугивающее монстра, — с видом всезнающего местного божка заявил Степм.

Я вспомнил ночной разговор с Десваном и решил, что раз колдуны подсунули меня людям под видом колдуна, то я могу немного приукрасить действительность. Подумаешь, солгу еще немного. Все равно с меня не спросишь, я ведь на цепи.

— Удивительно, что уже не первый человек называет меня помощником леди Кеннеры… — протянул я и поймал десятки заинтересованных взглядов. — С чего вы так решили?

— Позвольте, а кто же вы тогда в этой истории?

— Помощник, но не в том смысле, в котором вы привыкли думать. Здесь леди — ум, а я сила. И силы у меня побольше, чем у леди.

Мужчины начали переговариваться между собой, а я поймал одобрительный взгляд Валлена и восхищённый Тунуса. Да, признаюсь, я тоже люблю, когда меня хвалят. Быть сильным приятно. Быть сильным и умным приятно вдвойне. Особенно приятно, что людишки не знают, что восхищаются ракха. Видели бы меня сейчас мои собратья! Не одобрили бы… И эта мысль больно кольнула сердце.

— Простите нас, господин Лиаман! — расплылся в подобострастной улыбке местр. — Мы и правда что-то напутали! Странно, что тогда сгинул один из колдунов Абердара. Мы думали, в столице живут сильнейшие колдуны Лландара!

— Это верно, — не стал спорить я. — Но я не из столицы.

— Неужто сама Академия вмешалась?

— О нет, я и не из Академии. Я жил какое-то время отшельником. Работал над… одним заклинанием, — соврал я в очередной раз.

Сработало. Больше они задавать вопросы обо мне не стали, а перешли к обсуждению маршрутов и товаров. Это относилось в основном к Тунусу. Валлен заговорил, когда речь зашла о преступниках, которых надо было переправить на рудники.

Я же просто слушал и внимал, иногда отвечал, когда господа интересовались какой длины обоз я смогу защитить или справлюсь ли я с каторжниками. Один молодой и нервный брюнет предложил выстроить обоз чуть ли в не лигу длиной. Я подумал, что у него не все в порядке с головой, но его многие поддержали. Я был против. К счастью, не пришлось объяснять почему. За меня с этим прекрасно справился капитан, не использовав при этом ни одного ругательства. Удивительный человек.

Посему выходило, что обратно в Эрифду отправятся обозы, груженые провизией для города и кое-какие товары для рудников Эфда. В Эрифде сгрузят товары на склады, а полупустой обоз отправится на рудники. А потом пойдет обратно груженый оружием, камнями, бытовыми артефактами, которые прямо в Эфде изготавливают местные артефакторы.

Планы у господ были-таки грандиозные. Я немного остудил их пыл, заявив, что после каждого перехода мне требуется пять дней на отдых, и это даже не обсуждается, иначе пусть просят у этого загадочного Зельдея нового мага. Это несомненно привело их чувства, и я под предлогом того, что мне нужен отдых уже сейчас, иначе выйдем мы не третьего дня, а четверного, поспешил убраться из местрата и вернуться в таверну, где доплатил за комнату и заказал три сочных стейка.

До самого вечера я только и делал, что ел и спал, а под вечер решил прогуляться до реки. Интересно было поглазеть вблизи на большие корабли.

Добрался быстро. Только единожды заблудился и очутился в каких-то переулках, где сновали мужики с бандитскими рожами, да распутные девки. Бандитские рожи косились на меня, но похоже приняли за своего. Я ведь использовал иллюзию одного из их собратьев, что промышлял к северу от нашего логова.

К счастью, приставать никто не подумал. Я слышал обрывки разговоров за спиной. Одна девица отчетливо сказала стайке своячениц: «Да это же тот самый маг из Эрифды!»

Отец Ласки иногда говорил, что город — это большая деревня, где слухи расползаются феноменально быстро. Что же… он был прав.

Когда я вышел на пристань, солнце уже садилось, окрашивая воды широкой реки в тёплые летние краски. Дул прохладный ветер, но мне было все равно. В теплом плаще я мог долго стоять и любоваться на огромные корабли с золочёными буквами на бортах, собранными белыми парусами и высокими мачтами. И слушать как перекрикиваются матросы. Отец Ласки в юности бороздил моря на одном из таких великанов, и помногу с тоской вспоминал о былых временах. «Лиаман, ты должен ух увидеть! Как жаль, что здесь есть такая прекрасная река, но нет ни одного корабля! Слишком мелко…» — дрожащим от грусти и восторга голосом говорил старик.

Я увидел. Жаль, что ни Ласка, ни ее отец об этом не узнают.

Глава 13

Странная встреча и грандиозные планы

Весь следующий день я почти не выходил из комнаты. Зато попробовал кролика. И мне понравилось! Я решил, что жареное и тушеное мясо очень даже вкусная еда. Вкуснее, чем сырая оленина или барсятина. И пришел к неутешительному выводу — Ласка просто не умела готовить. Совсем. Так же как ее отец не умел варить пиво. Потому что местное оказалось очень даже приятным на вкус.

Еще я сходил на пристань, чтобы полюбоваться на корабли при свете дня и посетил склады, где на наши телеги грузили товары. Знакомые возницы приветствовали меня и воодушевлённо пересказывали местным работягам наше путешествие по тракту.

Вечером поужинал в общем зале с Валленом и Тунусом. Валлен жаловался, что с будущими каторжанами могут возникнуть проблемы. Собрали самый сброд — убийцы, насильники, контрабандисты. Тридцать четыре мужика и две бабы. С ними надо и осторожнее быть, и обоз пойдет медленнее.

Я пожал плечами. Каторжников раньше не встречал. Думаю, такое же мясо, как и все остальные. Тем более мясо безоружное и в кандалах.

На утро собирались возле восточных ворот. Рассвет едва посеребрил небо. Город спал, дул холодный ветер с реки, принося свежесть, граничащую с холодом.

Пока Тунус и капитан готовились к отправке, я прохаживался вдоль телег и разглядывал их содержимое. Точнее разнюхивал, потому что в крытые телеги было не заглянуть, а открытые затянули полотнами, едва завидев сгущающиеся на горизонте тучи.

Последними привели преступников. Оборванные люди со взглядами злыми, потухшими и затравленными встали позади обоза. Руки и ноги их были закованы в кандалы. Стояли парами, связанные двумя цепями. Бежать невозможно.

Мимо меня прошла девушка в сером плаще с капюшоном. Я невольно отвлёкся от каторжников и