Папа волшебницы - Александр Данковсеий

   -- Ты прав, мы должны были следить, -- процедил Дмиид. -- Ладно, теперь уж чего... Пойду, доложу, что секреты наши плакали. Одна надежда, что украл ружье простой исполнитель, он не сможет повторить...

   -- А ежели оно такое секретное, что ж нас с Юлькой в первый день целая толпа с такими стрелялками встречала?

   -- Нет, это совсем другое. То, что ты видел - обыкновенный пружинный арбалет. Там вместо дуг пружина сжимается, а потом выбрасывает стрелку. Недалеко, кстати, выбрасывает, в два раза ближе, чем обычный. Только и радости, что оружие более компактное и может быть двухзарядным. А тут - смотри...

   На ладонь мне лег серебристо-матовый цилиндрик размером примерно с сигарету, но неожиданно тяжелый, словно из свинца.

   -- Когда я стреляю, он увеличивается до размеров стрелы, которую ты видел. И сам себя выталкивает. Здесь примерно тот же принцип, что и в маховых колесах, которые двигают повозки. Там ведь как? Сначала колесо запасает вращение, потом отдает. А здесь мы сперва сжимаем стрелку, а потом она возвращает силу. Весь фокус в том, чтобы управлять процессом. Маховик долго заряжается, а потом долго разряжается. А тут надо, чтоб разряжалось почти мгновенно. Чем быстрее, тем лучше. Вот мы это делать научились. Совсем недавно. Таких штучек, -- он взял у меня с ладони стрелку - в рукоятке ружья может быть до дюжины. Чтоб перезарядить, достаточно рычаг дернуть. И с собой в кармане еще можно взять. Это тебе не стрелы таскать. И бьет получше арбалета.

   Я сильно подозревал, что Дмиид был если не главным разработчиком, то уж участником группы точно: больно у него глаза горели. Михаил Калашников, блин.

   -- А мне ты это зачем рассказываешь?

   -- А и действительно, зачем? Заболтался я с тобой. Мне теперь надо всю систему безопасности пересматривать. А то эти вояки без меня наворотят. -- Дмиид договаривал уже на бегу, вылетая из флигелька. - Теперь мы к вам еще и охрану приставим, -- донеслось уже с улицы.

   "Так, лафа кончилась", мрачно подумал я.

   ***

   Охрану приставили на другой же день. "Пас" нас с Юлей, в основном, все тот же Сержант - видать, по принципу "раз вы все равно знакомы". Я сперва дичился: со времен военной кафедры недолюбливаю людей в погонах. Принципы "приказы не обсуждаются" и "старшина сказал "люминий" слишком плохо укладываются в мою вольнодумную голову. Но с Сержантом -- звали его Сайни Лелек -- мы отлично поладили. Высокий здоровяк с каштановой бородкой и умными глазами, он здорово умел располагать к себе людей. Тем более, его сын, как оказалось, учился в одном заведении с Юлей.

   За дело нашей охраны Сайни взялся не за страх, а за совесть. По его словам, уберечь человека от беды не сможет и сотня стражи, если он сам себя не бережет. А посему-де надо заняться техникой безопасности. Вот ради этой самой безопасности он и начал нас школить (в основном, конечно, меня, ведь Юля большую часть времени проводила в колледже, причем Лиина решила заниматься с ней по спецпрограмме, включающей и магическую самозащиту). Что значит школить? По большому счету, тренировать - учить уворачиваться от брошенных предметов, падать так, чтобы не расшибаться, и даже отражать удары. Все мое кратистское прошлое пошло в ход - и тут же оказалось, что его катастрофически мало. Во-первых, я забыл куда больше, чем помнил, во-вторых, реакция у меня с детства как у забора, в-третьих, в наших секциях не учат спасаться от наемных убийц, вооруженных арбалетами.

   В первые дни жутко болели связки и синяки. Но потом я втянулся. Давно хотел вспомнить молодость и заняться чем-то умеренно боевым, вроде айкидо. Да так и не собрался: во-первых, работа, во-вторых, лень (впрочем, в очередности я не уверен). А тут тренируют, да еще на шару!

   Юльке приходилось еще хуже. Ей ведь срочно нужно было осваивать многое из того, что местные студиозусы зубрят на старших курсах. Постановке поля дочь не учили (оказалось, это вообще особый вид магии, подвластный буквально десятку лучших местных специалистов), но вот огненные шарики швырять она насобачилась на удивление быстро. Даже в комнате поставила деревянную мишень и регулярно поливала ее огоньками размером с мячик для пинг-понга, отщипывая их от пламени какой-то установки, подозрительно напоминавшей примус. Мишень быстро приобрела леопардовую окраску из-за подпалин разной степени коричневости. Увы, парочка отметин украсила и стенку за мишенью. Лиина, по-моему, заметила, но ничего не сказала. А Бержи, посетивший как-то наше скромное обиталище с очередной порцией съестного (у меня возникла мысль, что в свободное время он еще и стряпает) скривился, увидев изуродованную стенку. И пообещал прислать "специальный огнеупорный ковер".

   Швыряться огнем, как в наших киношках - когда чародей прикуривал от пальца или метал файербол, вынимая его из-за спины - здесь не умели. Мол, это противоречит основным законам природы. (Ага, а сама по себе магия не противоречит?). Правда, по Юлькиным словам, однажды препод продемонстрировал им фокус с зажиганием свечи на расстоянии, но при этом в кабинете стало ощутимо холоднее. Дескать, какое-то количество тепла, рассеянного в воздухе, маг умудрился собрать в одной точке. Из этого я сделал вывод о том, что закон сохранения энергии в здешнем мире действовал. Правда, нарушалось второе начало термодинамики. Хотя... оно ж вроде как статистическое, а тут мы имеем разумное вмешательство в процесс, эдакий аналог демона Максвелла. Впрочем, поделиться своими "противофизическими" открытиями мне было решительно не с кем. Даже Юля не оценила бы ввиду дефицита земного образования, а также влияния местной школьной программы.

   Сайни, правда, говорил, что в этих магических штучках больше показухи, чем эффективности. И в доказательство попросил Юльку его обстрелять. В первый раз он с легкостью отбил пару шариков рукоятью своего бердыша - словно в бейсбол играл. Шарики лопались с легкими звонкими хлопками, словно елочные игрушки. Сравнению добавляли живости осколки-искорки, осыпавшиеся на пол легким дождичком. Дочка несколько обозлилась - ну еще бы, она так гордилась своими оборонными успехами - и веером запустила в Сержанта очередь разнокалиберных и разноцветных файерболов, полностью сорвав с "примуса" его огненную прическу. Причем плоскость веера располагалась под углом к земле - ни пригнуться, ни перепрыгнуть, даже отскочить затруднительно. От нескольких "подарочков" Лелек таки увернулся, парочку принял на лезвие - а они, вместо того, чтобы погаснуть, разделились на несколько совсем уже крошечных, с ноготок, бусин. Те сперва брызнули в стороны, а затем, вычертив сверкающие дуги, атаковали Сайни. И благополучно пробили его защиту. Он заругался, отбросил оружие и принялся охлопывать себя руками. В итоге мундир нашего начальника охраны обзавелся семью горелыми дырами, сквозь которые проглядывала явно обожженная кожа - где-то просто красная, а где-то и покрытая пузырями. Самый кончик каштановой бородки тоже малость пострадал.