Крошка Черити - Джорджетт Хейер

– О Боже! – простонал виконт. – Вот чего мне не хватало! Что за сплетник добрался до Вулвершема?

– Мой дорогой Эшли, не забывай, как быстро слухи облетают графство! Слуги обожают посплетничать о господах, а тут все вышло совсем просто: горничная из Вулвершема – дочка нашего старшего конюха, и леди Рокстон дала ей выходной по случаю серебряной свадьбы родителей, дальше, пожалуй, можно не объяснять!

Виконт пристально смотрел на нее:

– Это еще не все, не так ли?

– Пожалуй, да. Лорд и леди Рокстон два дня назад навестили нас…

– Если мой отец решился проехать шестнадцать миль, значит, либо его подагра успокоилась, либо он вообразил, что я собираюсь опозорить свою семью! – бесцеремонно перебил ее виконт.

– Ну, он опирается на трость, но, кажется, вполне поправился, – продолжила Генриетта, с радостью простившая грубость, пролившую бальзам в ее истерзанную душу. – Они приехали справиться о здоровье Чарли – по крайней мере, так сказал маме лорд Рокстон, – но на самом деле, конечно, чтобы выяснить, насколько соответствуют действительности донесшиеся до них слухи. Я почти не разговаривала с лордом Рокстоном, но твоя матушка улучила момент и без околичностей спросила, правда ли, что ты привез сюда Черри, и если да, то зачем? Она посоветовала мне не искать отговорки, потому что она и без того верит, что ты бы этого не сделал, не будь на то серьезных причин. Дес, мне так нравится твоя матушка!

– Мне тоже, – сердечно согласился он. – Она прелесть! Что ты ей сказала?

– Правду – как ты рассказал мне. Она получила письмо от леди Эмборо, на которую накинулась леди Багл, требовавшая объяснений, что ты сделал с девочкой. Кажется, одна из ее дочек – не могу вспомнить ее имени, оно какое-то странное…

– У всех пятерых странные имена!

– Вот счастливицы! Так вот, одна из них слышала, как ты разговаривал с Черри вечером на балу; и, когда утром обнаружили исчезновение Черри, она убедила леди Багл, что ее увез ты! Не знаю, как леди Багл могла поверить такой невероятной выдумке, но тем не менее она отправилась в Хэйзелфилд и потребовала у леди Эмборо ответа, какие у тебя намерения! Леди Эмборо писала твоей маме, что хохотала до икоты при мысли, что ты подбил Черри на побег. Она заверила леди Багл, что на рассвете, когда Черри хватились в Мэплвуде, ты мирно спал в Хэйзелфилде и выехал в десять часов утра, после завтрака. Тем не менее, она пишет, что хотела бы знать, не имеешь ли ты какого-то отношения к исчезновению Черри. Ей тем вечером на балу показалось, что ты больше заинтересовался малышкой Черри, чем ее кузиной, признанной красавицей.

– А, Лукаста, – кивнул он, – так оно и было, конечно. Итак, тетушка написала моей матери. Она ничего не говорила отцу?

– Нет, и письма ему не показывала. Но он сам услышал где-то сплетню и, наверное, настоял на поездке в Инглхерст, чтобы во всем разобраться самому. Ты же знаешь, какой он!

– Лучше, чем кто-либо, – с усмешкой согласился виконт. – Он считает ниже своего достоинства показать малейший интерес к похождениям своих сыновей – всем, кроме самих сыновей, разумеется!

– Совершенно верно! Вышло удачно: когда они приехали, мама была совершенно счастлива, потому что Черри нашла где-то старый кружевной волан, про который все думали, что его давно выбросили. Поэтому я уверена, что она говорила о Черри только самое лучшее.

– Отец видел Черри?

– Да, конечно, но откуда мне знать, понравилась она ему или нет? Он был очень вежлив с ней.

– Это ни о чем не говорит, – сказал Десфорд. – Он будет вежлив, даже если человек ему не по душе. Ну, теперь ничего не поделаешь: я заеду переночевать в Вулвершем, что означает очередное промедление. Мне очень жаль, Хетта, но ты видишь, в каком я положении, правда? Я не упрашиваю тебя еще несколько дней позаботиться о Черри, потому что и так знаю, каким будет ответ. Благодарю тебя, дорогая! – Он снова завладел ее руками и, расцеловав их, вышел.

Глава 11

Появление виконта в Вулвершеме было встречено с неожиданным радушием. Педмур, принимая у него шляпу и перчатки, произнес с лучезарной улыбкой:

– Какая приятная неожиданность, милорд! – В этом не было ничего удивительного: Педмур всегда был привязан к виконту и его младшим братьям; но Десфорд только сухо улыбнулся, когда дворецкий сказал:

– Его светлость обрадуется вашему появлению, сэр! Миледи отдыхает, а его светлость в библиотеке. Надеюсь, милорд приехал надолго?

– Нет, всего лишь на одну ночь, – ответил виконт. – Вы позаботитесь о лошадях? Впрочем, это и так ясно.

– Конечно, милорд! – приветливо сказал Педмур. Виконт, бросив беглый взгляд в чиппендейловское зеркало, висевшее на стене в холле, убедился, что его галстук и прическа в порядке – подобные огрехи могли сразу вызвать неодобрение графа, – и решительно шагнул к массивной двойной двери в библиотеку. Он немного помедлил перед дверью, готовый (вопреки заверениям Педмура) к адской выволочке. Но лорд Рокстон, поднявший глаза от журнала, спокойно произнес:

– Ха! Это ты, Десфорд? Рад тебя видеть, мой мальчик!

Приятно удивленный, виконт подошел к креслу, в котором расположился милорд, почтительно поцеловал протянутую ему руку и сказал с приветливой улыбкой:

– Благодарю вас, сэр! И я тоже очень рад видеть вас – в особенности без этой безобразной повязки на ноге! Надеюсь, вы чувствуете себя не хуже, чем выглядите!

– О, все отлично, – с гордостью ответил милорд. – Последний раз, когда мы виделись, ты заявил, что я просто кожа да кости, негодник! Погоди, ты еще побываешь в моей шкуре, хотя и не скоро!

– Очень на то надеюсь! – парировал виконт. – И не пытайтесь надуть меня, сэр, разыгрывая слабоумного старика, потому что мне с точностью до дня известен ваш возраст!

Граф Рокстон с деланным возмущением заявил, что всякий самонадеянный болван, вздумавший так непочтительно разговаривать со своим отцом, скоро в этом раскается. Но в глубине души он был доволен: ему всегда (за исключением периодов обострения подагры) нравилось, когда его сыновья обнаруживали свойство характера, которое он называл «настоящим задором». Поэтому, для проформы коротко выругав сына, он приказал ему садиться и рассказывать обо всем, что происходило с ним после отъезда из Вулвершема.

– Именно это я и собираюсь, сделать, – сказал виконт. – И так как я не больше вас люблю вилять, сэр, скажу сразу, что был только что в Инглхерсте, где узнал о вашем недавнем визите.

– Я так и думал! – сказал милорд. – И теперь явился просить, чтобы тебя выручили из передряги?

– Ничего подобного, – сказал Десфорд. – Чтобы рассказать вам правду о появлении Черри Стин в Инглхерсте, взамен глупых сплетен, которые донеслись до вас.

– Это мне и так понятно! – сказал его отец, у которого глаза подобрели. – И пока ты не наговорил лишнего, Десфорд, позволь мне напомнить тебе, что я не имею привычки прислушиваться к тому, что болтают слуги, – в особенности когда дело касается моего сына!

– Конечно, сэр, – улыбнулся виконт. – Но вы все же решили съездить в Инглхерст и своими глазами увидеть, что я натворил, не так ли? Понимаю вас: вам показалось, что я по самые уши увяз в некрасивой истории. Хетта могла бы рассказать вам, почему мне пришлось доверить Черри ее заботам, но вы ее ни о чем не спросили.

– Ты воображаешь, что я стану кого-то расспрашивать о поступках своего сына? – вспылил граф. – Хорошего же ты мнения обо мне, Десфорд!

– Я слишком хорошо знаю вас, чтобы иметь дурное мнение, – невозмутимо ответил виконт. – И поэтому хочу обо всем рассказать сам.

– Тогда не виляй, говори! – сурово приказал отец. Подбодренный таким образом, Десфорд рассказал о своих злоключениях в последние две недели. Граф слушал молча, между его нахмуренными бровями залегла глубокая складка, не разгладившаяся, когда виконт закончил свой рассказ. Граф мрачным тоном произнес:

– Угодил в капкан, верно?

– Может быть, – парировал Десфорд, – а может, и нет!

Граф недовольно хмыкнул.

– Что ты будешь делать, если эта директриса не захочет связываться с девочкой?

– Возьму свежий след!

Граф снова хмыкнул и задумался. Довольно долго он сидел с видом человека, борющегося с собой, и наконец с усилием выговорил:

– Ты взрослый, независимый мужчина, ты волен поступать, как тебе заблагорассудится, но прошу тебя, Дес, не считай себя обязанным жениться на этой девушке!

Виконт мягко сказал:

– Я и не думаю об этом, сэр, я ничем не скомпрометировал ее. Но я считаю себя обязанным помочь ей устроить свою жизнь.

Его отец кивнул и раздраженно произнес:

– Как я жалею, клянусь Богом, что ты не уехал от Софронии часом раньше!

– Ну, – с кривой улыбкой сказал Десфорд, – между нами говоря, я тоже. Нет, пожалуй, когда я думаю, что могло случиться с милой и глупой девочкой на почтовой дороге, если б я не забрал ее оттуда… Скорее, мне жаль, что я не отказался от приглашения тети Софронии!