Чума из космоса - Гарри Гаррисон

Глава 14

– Это средство против эпидемии? – спросил генерал Барк.

Взгляд его был направлен на цилиндр с жидкостью.

– Может быть, это какое-то лекарство?

– Соедините провода, – проквакал голос из динамика.

– Я возьму это на себя, – сказал Ясумура.

Он вынул из кармана нож.

– Великолепный салат из проводов! К счастью, каждый провод имеет свой цвет.

Сэм снял берет и положил в него восковой цилиндр.

– Я надеюсь, что это лекарство. Это мы выясним наверняка, когда проведем исследования.

Он смущенно взглянул на цилиндр в своей руке.

– Он не холодный! Но ведь при царящей в этом баке температуре он должен быть заморожен до твердого состояния. Может быть, это именно то лекарство, которое мы искали, Тесак.

– Тогда мы должны выйти наружу, чтобы позвать помощь. Нам нужен видео, и я должен знать, где находится лифт.

– Сию минуту, сэр, – сказал Ясумура.

Соединив очередные два конца проводов, он взялся за другие.

– Он здесь, внизу. Следуйте вдоль переборки в этом направлении и входите в первую же дверь. Видео и лифт в коридоре. Потом направьте кого-нибудь вниз, чтобы я знал, как у вас дела. Я останусь здесь и соединю все провода. Может тогда юпитерианин расскажет нам что-то еще.

На ближайшем видеотелефоне генерал Барк набрал номер воздушного шлюза. В течение тридцати секунд его пальцы нервно барабанили по стене, потом экран засветился, и на нем появилось лицо Хабера.

– Как у вас там дела? – спросил генерал.

Лейтенант тяжело дышал.

– Все в порядке, сэр. Огонь прекратился некоторое время назад, но прожектор все еще направлен на люк. Нас, кажется, подкарауливает засада. Я попытался выглянуть наружу, и пулеметные очереди так и загремели, пули так и засвистели мимо моих ушей. Но до сих пор сюда еще никто не пытался проникнуть.

– Оставайтесь на месте, Хабер, но удерживайте свою позицию. Я должен установить связь с находящимися снаружи людьми, чтобы мы могли покинуть корабль. Кажется, мы нашли против этой эпидемии лекарство, но это мы сможем проверить только в госпитале.

Он прекратил связь, прежде чем лейтенант смог ответить.

– Я поднимусь в рубку управления, Сэм. Скажите Ясумуре, что как только он исправит кабели, он должен подняться в воздушный шлюз к Хаберу и находиться там. Подчеркните – это очень важно. Потом поднимайтесь ко мне в рубку управления.

В то время, как Сэм передавал сообщение и убеждал инженера, что сейчас не время для разговора с юпитерианином, генерал нашел путь в рубку управления и теперь громко кричал в видеотелефон. Чтобы никто не смог усомниться в его личности, он удалил со своего лица большую часть черной краски. Когда Сэм вошел, он сделал ему знак подойти поближе.

– Вы знаете Чейбла из Всемирной Организации Здравоохранения. Поговорите с ним. Он не верит ни одному моему слову.

С экрана на них уставился профессор Чейбл. Его лицо было бледным как мел, руки дрожали.

– Как я могу поверить в то, что вы сказали, генерал, или что рассказывает доктор Бертолли после всего того, что произошло? Сейчас заседает Совет Безопасности. Вы знаете, что сейчас с вас не спускают глаз? Я с трудом отважился на открытый разговор с вами.

– Я знаю, что с нас не спускают глаз, – сказал Сэм.

Он с трудом сдерживался.

– Вы хотите сбросить водородную бомбу на всю область Нью-Йорк-Сити. Но теперь это не нужно. Это же сумасшествие, когда теперь у нас есть средство от этой эпидемии.

Он поднял капсулу к экрану.

– Если я не ошибаюсь, это и есть лекарство, но существует только один путь установить это с абсолютной уверенностью – мы должны доставить это в госпиталь Бельвью.

– Нет! – ответил Чейбл.

Голос его дрожал.

– До тех пор, пока вы не покинули корабль, есть надежда, что Совет Безопасности откажется от этого последнего отчаянного мероприятия. Оставайтесь там, где вы есть.

– Я хочу поговорить с Мак-Кеем и объяснить все ему, рассказать, что мы нашли здесь.

– Это невозможно. Мак-Кей все еще не оправился от своего сердечного приступа. Я ни в коем случае не могу позволить вам говорить с ним…

Сэм щелкнул маленьким рычажком и оборвал связь. Потом он набрал номер коммутатора и попросил соединить его с доктором Мак-Кеем.

– Проклятая старая баба, – сердито сказал Барк. – Истеричная баба! Он что, думает, что я лгу?

Прозвучал сигнал вызова, но на экране появился не доктор Мак-Кей, а Эдди Перкинс.

– ВЫ! – яростно воскликнул он. – Разве вы еще недостаточно наделали всех этих чертовых штучек? Я слышал, что вы отправились в аэропорт. Вы что, совсем потеряли разум?

– Эдди! – сказал Сэм. – Успокойтесь и выслушайте меня. Я больше не хочу ссориться с вами. Я прошу только об одном единственном шансе, который может исправить хотя бы немногие ошибки из тех, которые вы наделали в своей жизни. Теперь помогите мне, и между нами больше не будет вражды. Я должен поговорить с доктором Мак-Кеем. Генерал Барк объяснит вам, почему. Генерал Барк из армии ООН. Вы знаете его и можете ему верить.

– Все очень просто, доктор Перкинс. Мы находимся в «ПЕРИКЛЕ» и напали на след возникновения болезни Рэнда. У доктора Бертолли есть сыворотка, которой он может вылечить эту болезнь. Мы должны покинуть корабль и как можно быстрее добраться до госпиталя Бельвью. Нам препятствуют в этом, и доктор Мак-Кей – единственный, кто может нам помочь. Итак, свяжите меня с ним.

Барк говорил рассудительным, деловым тоном, но этот тон все же не переходил в тон приказа. Сэм смотрел на Эдди Перкинса, который, тупо прищурившись, сидел на своем месте, и ему впервые пришло в голову, что тот по своей природе не был зловредным. Перкинс видел, что занимает место, для которого он не подходит, и боялся ответа за свои ошибки.

– Соедините нас, Эдди, – тихо сказал Сэм.

– Мак-Кей – больной человек.

– Он умрет, как и все мы, если не остановить болезнь Рэнда. Свяжите нас с ним, Эдди.

Двигаясь, как марионетка, Перкинс взялся за рычажок, и его лицо исчезло с экрана.

Они напряженно ждали, не отваживаясь взглянуть друг на друга, пока продолжительный сигнал не сообщил им, что с ними хочет связаться кто-то из руководства.

Когда на экране появилось лицо Мак-Кея, Сэм выдохнул воздух, который он непроизвольно задержал.

– Что у тебя, Сэм? – спросил Мак-Кей.

Он вытянулся на своей госпитальной койке. Он выглядел похудевшим и усталым, но с пристальным вниманием слушал, как Сэм рассказывал ему о том, что они нашли на корабле и что здесь произошло. Мак-Кей, соглашаясь, кивнул, когда Сэм закончил.

– Я уже давно предполагал это и поэтому никогда не рассматривал болезнь Рэнда в распространенном смысле этого слова. Ее симптомы с первых же минут были невозможными. Но все это становится понятным, если речь идет об искусственно созданной болезни. Итак, что я должен сделать?

– Мы должны немедленно доставить сыворотку в Бельвью работающим там командам, но мы сидим здесь в западне. Мы не должны покидать корабля. Это приказ профессора Чейбла.

– Чепуха! Я позабочусь о том, чтобы приказ был отменен. Мне поручено задание найти лекарство от этой болезни, и, если оно у вас в руках, вы должны как можно быстрее доставить его в лабораторию.

Он кивнул Сэму и отключился.

– Деловой старик, – сказал генерал. – Надеюсь, что его сердце выдержит, и он откроет огонь по задам этих склеротичных политиков! Идемте, Сэм, к воздушному шлюзу. Нужно посмотреть, не убрались ли осаждающие.

Лейтенант Хабер и Стенли Ясумура сидели у стенки воздушного шлюза, предусмотрительно избегая зоны обстрела напротив щели в двери.

– Оставайтесь там, где вы находитесь, – сказал Барк, – когда Хабер начал подниматься. Есть у нас что-нибудь новенькое?

– Ничего сэр. С тех пор, как мы говорили в последний раз, ничего не изменилось.

– Нам нужно открыть внешнюю дверь. Я думаю, мы скоро выберемся отсюда. Находится ли распределительный щит на линии обстрела?

– Я думаю нет, сэр. Ни в коем случае, если мы прижмемся к полу, а вы будете стоять возле пульта.

– Стенли, объясните, что я должен сделать, – сказал Сэм.

– Я сам могу сделать это, – ответил Ясумура. – На объяснения потребуется слишком много времени, и у вас отсутствует опыт, позволяющий быстро управиться с этим делом. Итак, позвольте это сделать мне, и держите палец на счастье.

Он, плотно прижавшись к полу, скользнул к внутренней двери, мгновение поколебался, потом проскользнул мимо приоткрытой двери. Ничего не произошло, когда он, плотно прижавшись к полу, подполз к распределительному щитку. Чтобы соединить провода друг с другом, ему пришлось выпрямиться, но снаружи было тихо. На обратном пути к внутренней двери Ясумура даже отважился выглянуть наружу. Пули замолотили о корпус и внешнюю дверь, некоторые из них даже попали в узкую щель и, как осы, зажужжали в воздушном шлюзе. Гигантским прыжком Ясумура оказался в укрытии, где он устало опустился на пол.