Владычица Хан-Гилена - Джудит Тарр

Постель ее была божественно мягкой. Значит, он победил. Элиан осторожно приоткрыла один глаз. Вино было хорошим, потому что она без боли могла смотреть на свет. Мирейн спал, погрузившись в крепкое забытье, свойственное юности, и его длинное тело покоилось на расстоянии протянутой руки от ее тела. Хоть он и жаловался на свое лицо, даже он сам не смог бы отрицать, что все остальное в нем очень красиво. И она ясно это видела, ибо он, по своему обыкновению, спал обнаженный, как и родился.

И она в эту ночь возлияний тоже была обнажена. У Элиан перехватило дыхание. Если кто-нибудь когда-нибудь хотя бы услышит об этом, скандал будет грандиозным. И кто поверит, что они ничего такого не делали?

Вина у них было достаточно и даже еще оставалось, но до такого падения они не докатились бы. Он даже намека не сделал. Он лишь долго-долго смотрел на нее и улыбался. И спал в дальнем углу кровати, отделенный от нее целым ворохом одеял.

Снова раздался гром. Его раскаты время от времени доносились до Элиан с самого пробуждения.

На этот раз грохот окончательно развеял остатки сна. Это был не гром: кто-то стучал мечом в массивную дверь. На миг Элиан застыла от ужаса. Они знают… они все знают. Они пришли разоблачить ее. Лгунью, обманщицу, шлюху…

Вот дура! Она скатилась с кровати, схватила первую попавшуюся под руку одежду, натянула ее на себя. Быстро, но спокойно отодвинула засов. Человек с другой стороны настойчиво тряс дверь. Это был крупный мужчина, янонец из окружения Мирейна. Как только дверь распахнулась, он закричал:

— Мой господин! — и разочарованно осекся, сразу заметив волосы Элиан.

Конечно же, дверь ему должен был открыть оруженосец. Внезапно человек на мгновение переменился в лице и вновь принял непроницаемый вид. Лишь глаза его округлились.

Элиан торопливо оглядела себя. Она была одета. На ней была рубашка. Тонкая, незашнурованная, выдающая ее с головой рубашка.

Ее мозг пронзило видение — не воспоминание из прошлого, а картина того, что еще только предстоит. Этот человек, выполнив поручение, вернется к своим товарищам с новой тревожной историей. И эта история, подобно любой сплетне, распространится по лагерю быстрее, чем огонь охватывает сухое поле.

Видение исчезло. Осталась лишь горькая крония. Элиан прогнала эти свои страхи прочь, как вздор и бессмыслицу. Но все же это было предвидением.

Над ее ухом раздался голос Мирейна, вызволяя ее из этой неприятной ситуации: — Бредан, ты принес новости? Присутствие короля и собственная выучка заставили Бредана сосредоточиться. Его глаза с трудом оторвались от Элиан, которая посторонилась, чтобы дать дорогу Мирейну.

— Срочные новости, ваше величество. Лорд Кутхан послал меня разбудить вас. — Давай.

Мирейн окончательно проснулся. Он стоял в дверях, заслоняя от Бредана комнату.

— Вооруженные отряды, ваше величество, сказал гонец, вспомнив о срочности своего поручения. — К югу отсюда, по другую сторону реки, где Эброс граничит с Поросом. Целая армия, несколько тысяч. Они идут под королевскими стягами, под стягами князей. Люди из Ста Царств пришли биться с нами. Мирейн не вздрогнул, не осекся. — Сколько их? — спросил он. — Мой господин насчитал свыше пяти тысяч человек и двадцать с лишним вымпелов. Включая… — Бредан сделал паузу и выдохнул: — Включая Хан-Гилен. — Хан-Гилен идет следом или впереди? Бредан снова сглотнул, стараясь на замечать за спиной своего господина лицо уроженца Хан-Гилена.

— Впереди, ваше величество. — Хорошо, — сказал Мирейн, как всегда спокойно. — Хан-Гилену и следует быть впереди. А теперь иди, Бредан. Узнай, что мои полководцы говорят об этом. — Слушаюсь, мой господин. Надо ли расставить посты?

— Займись этим. И отправь человека к лордам Ашана и Эброса. Я поговорю с ними, когда позавтракаю.

Мирейн почти лениво выкупался и поел с отменным аппетитом. Элиан тоже влезла в ванну с удовольствием, но от еды отказалась. Вместо этого она занялась волосами Мирейна, ругаясь про себя, когда они оказывались спутанными сильнее, чем обычно.

— Да, — сказал он, словно она спросила его о чем-то, — твоя игра окончена. Даже если ты и не выдала себя, нам предстоит встретиться лицом к лицу с армией Хан-Гилена.

— И с моим братом. — Едва подумав об этом, она уже знала, что ее отец сюда не прибыл. Она сомневалась, что это проявление высокомерия, и пыталась понять, мудро ли он поступил. — Ты позволишь мне сражаться? — А ты будешь?

Элиан глубоко вздохнула, чтобы взять себя в руки. — Я присягнула. — Да, ты присягнула.

Его волосы были заплетены лишь наполовину. Он высвободил косичку из неумелых пальцев Элиан и закончил ее более ловко, чем начала она, наблюдая за ней проницательными глазами. Как всегда, на ней был костюм, а у пояса висел меч. — Пошли, — сказал он ей.

Широкая зала крепости была заполнена людьми и гудела от возбужденных голосов. Некоторые прибыли сюда с почетной миссией в числе королевской свиты, большинство же производили впечатление прихлебателей. Люди Мирейна смешались с остальными, однако все присутствовавшие определенно образовывали два лагеря и воинственно поглядывали друг на друга. Во главе одного стоял наследник Луйана. В другом возвышалась огромная фигура князя Эброса. Когда Мирейн вошел в залу, он шагнул ему навстречу с царственным поклоном, хотя это и стоило ему труда, как всякому господину, который приветствует высочайшую особу.

Мирейн удостоил Индриона быстрой улыбкой и пожал ему руку.

— Вы хорошо выглядите, господин князь. Надеюсь, вы поправились?

— Я чувствую себя хорошо, — ответил князь, улыбаясь в ответ, и глаза его засветились теплым янтарным блеском. — Только голова болит. Это был искусный удар, мой господин.

— Простой и старый трюк. — Да, но удачный.

Неподалеку стояла скамья. Мирейн сел на нее. Элиан заняла место позади него, восхищаясь его искусством превращать презренное дерево в королевский трон. Он пригласил своего нового вассала разделить с ним сиденье, но не королевский титул.

Индрион колебался не дольше, чем требуется для одного удара сердца, и медленно сел. Улыбка сошла с его губ, но он по-прежнему глядел на Мирейна с глубоким уважением.

— Мой господин, — сказал он, — я сожалею о том, что бросил вызов вашему величеству. Но я никогда не буду сожалеть о битве. Это был славный бой и славная победа.

— Такая же славная, как и поражение. — Мирейн поднял руку. — Лорд Омиан.

Наследник Луйана покинул шеренги своих соотечественников. Чтобы подойти к Мирейну, ему пришлось миновать ряды эбросцев. Он не ускорил шаг и не замедлил его, он вообще не подал вида, что заметил их существование. Поклонившись Мирейну, он без какой-либо заметной паузы сделал то же самое перед Индрионом.