Изнанка Истины (СИ) - Алёхина Евгения

Я перекатился по земле, весьма ощутимо приложившись плечом о скрытый под снегом булыжник, и попытался пырнуть тварь в брюхо, о чём тут же едва не пожалел. Меч почти на половину длины клинка с размаху вошёл в нечто склизкое, вязкое, напоминающее неимоверно густой студень, и я едва сумел удержать рукоять, рванувшуюся вверх…  Тварь «села» на хвост, скукожилась, занося надо мною все восемь лап…  и только странный звук — не то свист, не то вой, раздавшийся внезапно позади, с того пригорка, где я оставил эльфийку — заставил её на мгновение промедлить с ударом. Этого мгновения хватило мне, чтобы рвануться вперёд, чудом ухитрившись вырвать меч из вязкого плена…  Восемь лезвий сошлись в единую точку за моей спиной, край одного из когтей полоснул предплечье, серпы жвал глухо щёлкнули над правым ухом, отхватив, кажется, прядь волос — но я уже ускользнул от смерти, и «танец», как метко выразилась колдунья, продолжился на равных…

Увы, все мои последующие попытки нащупать брешь в защите твари оказались такими же неудачными. Мне удалось пару раз ударить в сочленения на ногах, в узкую незащищённую полосу, соединяющую голову с грудью, в борозду между «кольцами» и даже в раскрытую пасть — но толку было мало. Меч скользил, отлетал, пружинил, однако хоть сколь-нибудь весомых повреждений монстру не наносил.

Правда, и твари больше не удавалось меня достать: за это время я успел понять её движения, подладиться под них, чувствуя миг удара и в последний момент уклоняясь в сторону — так, что страшной силы атаки чудовища не достигали цели.

Мы кружили так ещё какое-то время. Тварь казалась неутомимой; я же понимал, что время против меня. Если бой будет продолжаться в таком духе, рано или поздно я совершу ошибку, и тварь этого момента не пропустит. Действовать надо было иначе…

Я улучил мгновение, когда монстр атаковал в очередной раз и, рывком разорвав дистанцию, бросился вправо к большой щербатой скале. Тварь подобного не ожидала, что собственно и дало мне возможность выиграть так необходимый крохотный кусочек времени: нагнав меня в один прыжок, чудовище вцепилось в гранитный уступ в сажени над землёй, на котором только что стояла моя нога. В бешенстве заскрежетав жвалами, монстр подскочил вверх, насколько хватило сил, потом поднялся, опираясь на хвост, вытянулся во всю длину…  Лапы задвигались, заскребли по камню…  Но я был уже высоко, упиваясь возможностью перевести дух и заодно придумать, как быть дальше.

Увы, паршивая тварь, оказалось, тоже имела кое-какие мысли на этот счёт. Поднявшись пару раз на хвосте и сообразив, что меня теперь так просто не достать, она не стала продолжать бесплодные попытки, вспомнив, что неподалёку есть более лёгкая добыча…

Голова с уродливой нашлёпкой повернулась назад…  Я взвыл сквозь зубы: эльфийкин «отвлекающий манёвр» выдал её с потрохами.

… Безымянный и все его демоны!!!

Тварь оставила в покое камни, развернулась и со всех ног ломанулась в направлении колдуньи ровно в тот момент, когда я, оттолкнувшись, как сумел, от выбоин в скале, давших мне временное убежище, чудовищно неловко хлопнулся прямо ей на холку.

Если б не меч, который крепко застрял между пластинами панциря, я, должно быть, скатился бы сразу. А так…  Тварь подскочила на месте, сжалась, изогнулась всем телом, распрямилась в струну — но сбросить меня на землю не смогла. Меня швыряло из стороны в сторону, словно тряпку на ветру, но меч я держал крепко. И всё равно, надолго меня не хватило бы; меч уже начал освобождаться из случайного плена, но перед тем, как упасть под ноги чудовищу, я, высвободив левую руку, в каком-то безумном порыве рванул из крепления нож…

Моего времени хватило ровно на два удара, пересекших тонкие стебельки, на которых держались глаза. Клинок выскочил из панциря и я полетел вниз…  Ослепшая тварь в бешенстве взвилась во весь рост на хвосте, засучила в воздухе лапами, однако, не найдя опоры, утратила равновесие и грохнулась на спину.

И вот тут я наконец заметил…

В том месте, где заканчивался панцирь, защищавший грудь, и откуда начиналось блеклое студнеподобное брюхо, пульсировало нечто, едва прикрытое тонкой розовой кожицей. Та самая «брешь» в защите, которую я так долго и тщетно искал.

Сердце?

Или нет?

… В любом случае, раздумывать было некогда. Второго шанса у меня не было. Я вскочил на ноги и, перепрыгнув через бьющий по земле шипастый хвост, взлетел на живот извивающейся на снегу твари, что всеми силами рвалась перевернуться обратно. Парировав несколько мощных, но не прицельных ударов лапами, я в три прыжка добрался до нагрудника, широко размахнулся и всадил клинок прямо в центр пульсирующего комка…

Тело твари сотрясла судорога. Я едва успел соскочить на землю, перепрыгнув через огромную голову, когда монстр свернулся клубком, корчась в предсмертных конвульсиях. Наконец, тварь вытянулась в последний раз, дёрнулась и затихла.

Я медленно поднялся во весь рост. Меня пошатывало. Только сейчас я в полной мере ощутил, как безумно устал во время этой схватки. Левый рукав рубашки был насквозь мокрый и я, скосив на него глаза, увидел, что он весь пропитан кровью. Память услужливо подсказала, что задето предплечье, но с этим ещё можно было подождать…  Я подошёл к распростёртой на снегу твари, убедился, что она действительно мертва. Поднял голову, уловив движение вдали в кустах — на поляну выбиралась эльфийка.

Я кивнул ей, махнул рукой — опасности больше не было. И склонился над убитой тварью, потянув на себя торчащий из смертельной раны меч…

… Громкий женский крик, разорвавший воцарившуюся на поляне гулкую тишину, был для меня полной неожиданностью. Но тело, к счастью, среагировало сразу. Я кувыркнулся в сугроб прямо через тушу монстра, содрогнувшуюся через мгновение в зареве яркой вспышки…

Следующая шаровая молния с треском пронеслась чуть выше, войдя в самую гущу ёлок вдалеке за моей спиной; полыхнул пожар, на какое-то время озаривший всё вокруг рыжеватым светом. Он позволил мне чётко разглядеть на левом, дальнем конце поляны человеческую фигуру в развевающейся хламиде, протягивавшую в мою сторону руки. На кончиках пальцев стремительно набирал силу новый искрящийся разряд…

Оттолкнувшись от туши, я приподнялся на локтях, прежде чем снова рухнуть ничком. Мимо опять пронеслась молния, но тело убитой твари служило мне неплохой защитой. Тем не менее, то, что хотел, я увидел.

Вернее, увидел именно то, чего не хотел.

Тёмное пятно, размытые очертания человеческого силуэта…  Эльфа лежала в снегу лицом вниз в нескольких шагах от своего покинутого укрытия. Жива ли, мертва — я не знал…

Т-тень Безымянного!…

Более дурацкого положения нельзя было и придумать.

… А Светлые Братья оказались куда расторопнее, чем я ожидал! Выследить нас с эльфийкой и пробраться нашим путём, дождаться, пока уничтожим тварь, а затем взять нас «тёпленькими», без свидетелей и помех…  Рано, эх, рано я сбросил их со счетов!…

Я лежал, тесно прижавшись к боку мёртвого монстра, и, лихорадочно соображая, как выкрутиться, пытался распознать бьющие в меня заклятья.

Брат Витин держался на значительном расстоянии и ближе не подходил, щедро швыряя в меня молнию за молнией. Неуклюжий, бесхарактерный глупец на поверку действительно оказался магом, и каким магом!…  Огромные огненные шары он творил без видимых усилий, с такой лёгкостью, словно стряхивал с пальцев крошечные искры, способные не более чем поджечь курительную трубку…

Впрочем, он довольно быстро сообразил, что действует безуспешно, и сменил тактику. В воздухе пыхнуло жаром — последовал порыв «пламенного шторма», стоически принятый «моим» чудовищем на брюхо; за ним, судя по ветвистому сполоху, бабахнул «благословенный огонь»…  У Витина пока не получалось меня достать, но в то же время и я был напрочь лишён малейшей возможности двинуться с места, даже не мог поднять головы.

Вот когда мне по-настоящему пригодился бы мой арсенал! Да что там — хотя бы плащ и мои метательные «шершни»…  Но — увы: всё это лежало сейчас в кустах бесполезным грузом, куда ближе к атакующему меня колдуну, чем ко мне, и помочь мне не могло никак.