Знамена Князя - Сергей Соболев

Вначале она подумала, что звонят в дверь, но потом сообразила, что это ожил телефонный аппарат, вернее, телефакс, который стоит на столе рядом с почти плоским «навороченным» монитором компьютера. Кто бы это мог звонить? Автоответчик был отключен, поэтому она могла лишь теряться в догадках.

Возможно, кто-то попросту ошибся номером. Но кто бы это ни был, трубку она все равно снимать не станет.

Где-то на четвертом или пятом по счету прозвоне с ней стали происходить довольно странные вещи.

Она стала вдруг видеть прямо перед собой некую стеклянную перегородку. Сквозь нее почти ничего не было видно, потому что она не была прозрачной: как будто кто-то подзакоптил ее; так дети мажут сажей стеклышко, чтобы затем можно было через него безбоязненно смотреть на солнце. Можно было разобрать человеческий силуэт, видимый до пояса, но подробности были неразличимы.

Элизабет испуганно охнула. Ей показалось, что этот силуэт принадлежит Кадошу, потому что в этом изображении смутно угадывался и надвинутый на брови остроконечный балахон, и слабое мерцание золотой маски.

– К-кто вы? – прошептала Элизабет одними губами. – Как вы здесь… Как это все понимать?

До ее слуха дошла серия приглушенных звуков, лишь отдаленно напоминающих человеческую речь.

– Я тот, кто идет в Огне, – скорее угадала, чем услышала она. – Ну нет, так дело не пойдет… Совсем дрянной канал! Ожидайте, мы изыщем другую возможность вручить вам послание…

Колхауэр резко тряхнула головой, раз и другой. Что за дурацкое наваждение? Чур меня, чур…

Видение, так напугавшее ее, и вправду тут же рассеялось, исчезло без следа, хотя какое-то время в ее ушах еще слышался тонкий комариный звон…

– Поздравляю тебя, подруга, – мрачно пробормотала под нос Элизабет. – Ко всем прочим несчастьям у тебя еще и «глюки» начались.

Хотя голова у нее после этого странного происшествия нисколечки не болела, она ради профилактики приняла таблетку аспирина. Определенно, с ее мозгами что-то не так. Похоже, что Ховард был прав, и в те сентябрьские дни, когда ее угораздило присутствовать на одном из тайных мероприятий Новой Церкви, ее попотчевали такой крутой вещицей, как наркотик «джанк».

Зябко обхватив себя за плечи, Колхауэр надолго застыла в такой позе.

Она подумала вот о чем. Если руководство газеты пронюхает, что у Колхауэр появились проблемы в смысле употребления наркотиков, то для нее это может плохо кончиться. Поди-ка докажи, что тебя накачали наркотой против собственной воли и что на саму «черную мессу» тебя завлекли буквально обманным путем… Если хоть что-то из этого просочится, то не исключено, что ее попытаются потихоньку, без шумного скандала, выставить вон из респектабельной «Лос-Анджелес таймс», где в роли ведущих журналистов владельцы издания хотят видеть добропорядочных граждан, а не психов у которых в голове периодически раздаются чьи-то голоса…

Кстати, если уж пошла речь о руководстве… Вчера, когда она заявилась в кабинет главного, с целью устроить капитальнейшую разборку, выяснилось, что в гостях у Донована находится некий Эндрю Сатер, представившийся экспертом… нет, кажется, консультантом некоего учреждения.

Этот Сатер определенно ей кого-то напоминал… Но в то же время она не знала, ни кто он такой, ни причин, по которым он вдруг ею заинтересовался. Попытаться, что ли, самой «пробить» личность этого Сатера?

Самый полный список всех мало-мальски значительных правительственных учреждений можно добыть на одном из сайтов библиотеки Конгресса США. Там же можно обнаружить контактные телефоны, координаты интернетовских сайтов и «е-мейловские» адреса. Если такое агентство в действительности существует, то какое бы оно закрытое ни было, в списке должен иметься хотя бы один контактный телефон, к примеру, пресс-секретаря этого ведомства. И если этот Эндрю Сатер не соврал, и если он не какой-нибудь «супер-пупер-секретный-агент», то она, если захочет, сможет даже послать ему прямо отсюда какую-нибудь весточку.

А то придумал какую-то игру: я вас, мол, смогу защитить, если вы только сами этого захотите… А сам даже не подумал оставить номер своего сотового телефона!

Ну да ладно. Колхауэр не маленькая девочка, она сама кого хочет достанет, от нее еще никто не уходил.

Сказано – сделано. Элизабет плюхнулась в кресло на колесиках, поерзала чуток, затем включила компьютер.

Пока на дисплее не появилась нужная ей информация, Колхауэр решила заглянуть в ящик стола, чтобы проверить, все ли на месте. Да, все ее хозяйство в целости и сохранности: флэшки, несколько дискет с «секретными архивами», органайзер…

Посмотрев на все это добро, она криво усмехнулась. Если вдруг сюда вломятся сотрудники ФБР, если ее накроют в этом тайном гнездышке, то ее определенно смогут заподозрить в шпионаже: в политическом, промышленном или даже на другую страну. Нет, надо заканчивать с этим, пока она не огребла на свою голову крупные неприятности. Надо найти мужика, благо возле нее вечно крутятся воздыхатели, выйти замуж, родить четверых детей, воспитывать из них настоящих стопроцентных американцев и жарить целыми днями гамбургеры…

В этот момент что-то звякнуло, как будто сработала сигнализация, свидетельствующая о сбросе почты в ее «бокс». Нет, ребятки, шалите… У меня сейчас такая мощная программа стоит, что дальше почтового ящика вас все равно не пустят, как вы ни старайтесь…

Колхауэр уставилась на экран. Странно, но затребованная ею информация на экране почему-то не появлялась. Ей стало не по себе. Какое-то странное оцепенение на нее напало. И тут же на голубом фоне медленно проявились кроваво-красные буквы – они были какие-то живые, пульсирующие, словно сплетены из кровеносных сосудов…

Элизабет хотела отключить ПК, но не смогла.

Весь текст наконец проявился целиком. На экране Эл-си-ди-дисплея появилась следующая запись:

ОБЪЕКТ: ЭЛИЗАБЕТ Р. КОЛХАУЭР.

МЕСТО РАБОТЫ: ГАЗЕТА «ЛОС-АНДЖЕЛЕС ТАЙМС».

САНКЦИЯ: ЛИЧНОЕ РАСПОРЯЖЕНИЕ АВАДДОНА.

РЕЖИМ: ФИЗИЧЕСКАЯ СМЕРТЬ.

ПРИЧИНА: КРОВОИЗЛИЯНИЕ В МОЗГ.

ВРЕМЯ ИСПОЛНЕНИЯ: НЕМЕДЛЕННО, ПО ОКОНЧАНИИ ОТСЧЕТА.

Едва она успела прочесть все это, как запись тут же исчезла с экрана, а вместо этого чудовищного послания на дисплее появилось изображение по пояс человека, в монашеском одеянии, с надвинутым капюшоном и маской, скрывающей лицо.

На нем была серебряная маска, с пустыми глазницами, в которых накалялся адский огонь. Это было ужасно, и Элизабет старалась туда не смотреть.

В углу дисплея одна цифра меняла другую, другая третью, и такой же счет шел, казалось, где-то глубоко внутри самой Элизабет Колхауэр.

Последнее, что она запомнила среди надвигающейся на нее слабости, так это то, что она падает, падает медленно, спиной вниз, как сухой лист в пору прекрасной индейской осени…

Глава 19

На следующие сутки, ровно в десять утра, Романцева вновь выдернули из его «кельи». Ему опять не сочли нужным ничего объяснить. Как и прежде, заставили надеть бушлат, ушанку, а также спрятать личико под маской, после чего скомандовали «на выход!».

Алексей предполагал, что его загрузят в крытый фургон, как это было вчера, и повезут в Москву, но очень скоро выяснилось, что он ошибся. Вообще, все или почти все его догадки и предположения, связанные с последними событиями, оказывались ошибочными, в корне неверными. Обычно он неплохо ориентировался в самых запутанных событиях. Его мозг за годы учебы и почти два десятилетия работы в разведывательных и информационно-аналитических структурах спецслужб впитал в себя колоссальное количество разнообразных данных и сведений, позволяющих грамотно, квалифицированно судить даже о тех вещах, которые, казалось, находятся далеко за пределами его собственной компетенции. Он в совершенстве, как ему представлялось, владел самыми передовыми методами многоступенчатого структурного анализа, неплохо разбирался в продвинутых информационных технологиях, владел довольно прилично компьютерной грамотой, а помимо этого, в совершенстве знал шесть иностранных языков, включая латынь.

И вот, несмотря на все свои благоприобретенные достоинства, сейчас, в данный конкретный момент времени, он ощущал себя слепым кутенком, который только что появился на свет и которого бросили в одиночку выживать в этом враждебно настроенном к нему мире.

На этот раз для транспортировки Романцева в точку с неизвестными ему координатами был задействован вертолет, а именно, военно-транспортный «Ми-8МТ». «Вертушка» приземлилась на площадке, которая находилась внутри охраняемого периметра объекта «Комплекс-2», лишь на считанные секунды; едва только «пассажира» определили в салон, как пилот поднял тяжелую машину в воздух, после чего, огибая десятимиллионный мегаполис с юга, взял курс почти строго на запад.