Невинное соблазнение - Рейчел Томас

Зену и не причинит ей страданий. Или же стоит сразу рассказать Роуз все о своих переживаниях? Ей… женщине, которая так спокойно отменила их помолвку, мгновенно сделав его уязвимым.

Лисандрос понимал, что, если бы он способен был открываться женщине, у него не было бы проблем с сестрой и с девушкой. Он сам выстроил прочную защитную стену между собой и людьми, и все это произошло после предательства Киры. С тех самых пор он стал меньше вовлекаться в проблемы сестры, а Роуз считал лишь временной страстью.

Лисандрос в растерянности бродил по пляжу. Он не мог сейчас вернуться на виллу. У Зены появился любимый мужчина, Рикардо, и было совершенно очевидно, что они любят друг друга. Что бы он ни думал о человеке, ее возлюбленный позаботится о ней.

Больше всего в данную минуту его заботило то, что Роуз совершенно не пыталась остановить его, как только правда об их обмане вскрылась. Ничего не сказала и даже не взглянула на него. И теперь он искал утешения в буйстве волн, продолжая быстрыми шагами ходить по мокрому песку. Его сердце было ранено, а эмоции бурным потоком готовы были выплеснуться наружу. Он должен немедленно запереть свое сердце на замок.

Отчаяние наполнило Роуз.

Она едва смогла подавить разочарованный вздох, когда услышала шаги. Обернувшись, она увидела мужчину, завладевшего ее сердцем и мыслями. Он молча шел по пристани к ней.

— Если ты так отчаянно хочешь уплыть с острова, тебе нужно было только спросить, — сказал он ледяным тоном, который лишь усилил ее панику. Почему он выглядел таким сдержанным, таким уверенным в себе, недоступным и… сексуальным?

Роуз вскочила, смело взглянула в его глаза и произнесла с вызовом:

— Да, я хочу уплыть. И да, я прошу тебя о помощи. Отвезешь меня в Афины?

— Серьезно собираешься сбежать? После всего того, что между нами произошло, и после всех слов, что были сказаны?

В какой-то момент Роуз показалось, что она видит его слабым, уязвленным и обиженным, но он быстро взял себя в руки. Его глаза гневно вспыхнули, и ей только еще сильнее захотелось защитить себя от неизбежной боли.

— Я совершила большую ошибку. Я никогда не должна была оставлять свой привычный образ жизни. Наша сделка окончена, Лисандрос. Ты ведь об этом мечтал, не правда ли? — огрызнулась Роуз, не в силах скрыть разочарование.

Поведение Лисандроса в очередной раз доказывало ей, что он вовсе не тот человек, с которым она могла бы идти по жизни. Он никогда не сможет быть эмоционально открытым и любить ее по-настоящему. Как можно было быть настолько глупой, чтобы не замечать этого?

— По крайней мере, позволь мне помочь тебе. Ты никуда не сможешь уплыть, не освободив швартовые канаты, — сказал Лисандрос с насмешкой. При этом она чувствовала, насколько он зол, хоть и пытался это скрыть.

Роуз ошеломленно уставилась на него, словно не понимая, что он говорит и что делает. Очевидно, ему так не терпелось выкинуть ее из своей жизни, что он с радостью воспользовался первой же возможностью. Ее сердце разбилось на тысячи мельчайших осколков, и не было больше никакой надежды, чтобы их собрать.

Через несколько минут он отвязал лодку, забрался внутрь и завел мотор. Роуз все еще в оцепенении стояла на пристани. И все же, подавив боль и разочарование, решилась сесть в лодку — причем она сделала это так быстро, словно боялась передумать.

Она отошла подальше от Лисандроса и старалась на него не смотреть.

Лодка ожила в умелых руках мужчины, и они постепенно удалялись с острова, скорость с каждым мгновением увеличивалась, и их фигуры становились крошечными на фоне огромной морской глади. Непослушные пряди развевались на ветру, хвостик совсем растрепался. Роуз прижала волосы и оглянулась на остров, казавшийся теперь лишь маленькой точкой на горизонте. Ей было очень жалко себя, свое разбитое сердце, но мысли обратились к Зене. Будет ли она счастлива с Рикардо, не обидит ли он ее, пожелав вернуться к жене?

Лодка подпрыгнула на волнах, уводя их все дальше и дальше. Роуз хотелось плакать, но она проглотила слезы, не желая показывать Лисандросу свою слабость.

Незаметно лодка остановилась и начала дрейфовать в синих волнах. Двигатель заглох.

— Что случилось?

Роуз обернулась и увидела Лисандроса, который отошел от пульта управления. Она не знала, чего он хочет и что задумал, но собиралась дать ему отпор.

— Нам нужно поговорить, — сказал он спокойно.

Лодка также размеренно балансировала на волнах. Роуз не очень-то обрадовалась его предложению, что было заметно по ее напряженному выражению лица. Ей отчаянно хотелось сбежать.

Лисандрос же собирался немедленно поговорить с ней и прояснить все. Ему необходимо было знать, что на самом деле происходило в их отношениях — с того самого момента, как он поцеловал ее в Лондоне после концерта.

Он четко понимал: отпустить Роуз сейчас из своей жизни будет огромной ошибкой. В тот момент, когда он увидел ее на пристани, он точно понял: лишь в море они смогут остаться наедине друг с другом и прояснить все.

— Мне больше нечего тебе сказать, — произнесла Роуз тихо. Она попыталась встать, но ее закачало, потому что раньше ей никогда не приходилось плавать в такой маленькой лодке. Ее прекрасные волосы выбились из хвостика, а лицо казалось очень бледным. Она выглядела гораздо более уязвимой, чем в ту ночь, когда они впервые остались наедине.

Так ночь изменила все. Лисандрос стал ее первым мужчиной.

Подойдя к Роуз, он сел рядом. Сейчас явно не время доминировать и демонстрировать свою властную натуру. Холодность и манипуляции лучше всего оставить для деловых переговоров. А перед ним была Роуз — женщина, проникшая в его заледеневшее сердце, вернувшая его к жизни. И у него оставался лишь один шанс, чтобы убедить ее в силе своих чувств.

— Ты не можешь так просто уехать, Роуз. Да что там… я просто не отпущу тебя, вот