Невинное соблазнение - Рейчел Томас

Роуз опешила: как Зена могла сейчас думать о ней?

— Он без ума от тебя, Роуз, поверь мне. Ему важно все, что ты делаешь. И я не позволю вам вновь разойтись, — произнесла она решительно, и все же в голосе звучала нотка сомнения, потому что не все в данной ситуации зависело от ее энергии и силы воли.

— Мы должны разорвать помолвку, Зена.

— Нет, не сейчас! Все уже распланировано, соберется множество гостей. Ты будешь женой моего брата! — с восторгом прокричала Зена.

— Это невозможно! — сказала Роуз с отчаянием.

— Но ведь ты только что сказала мне, что любишь его, — тихо произнесла Зена, нежно касаясь руки подруги. Ее лицо вдруг озарила улыбка. — Это ведь твои слова, не правда ли?

— Да, мои. И да, я действительно люблю Лисандроса.

— Тогда здесь больше нечего обсуждать. Через два дня мы отпразднуем вашу помолвку, а уж дальше я позабочусь о том, чтобы братик быстрее назначил дату свадьбы. Я буду самой счастливой на свете, когда ты станешь моей невесткой!

Желая поскорее увидеть Роуз, Лисандрос буквально выскочил из офиса, хотя до конца рабочего дня было еще далеко. Помощнику он сказал, что отправляется испытывать свою новую яхту. Неужели его чувства к Роуз были настолько очевидными? Он не знал ответа на этот вопрос.

Приехав намного раньше условленного времени, он немного насладился красотой и спокойствием моря, затем направился к дому. Лисандрос слышал, что Зена и Роуз о чем-то разговаривают, но уловить суть беседы не мог.

И лишь подойдя к террасе, он четко услышал некоторые слова.

— Ты только что сказала мне, что любишь его.

О чем это они? Кого любит Роуз? Неужели…

Лисандрос думал, что невосприимчив к таким излияниям чувств, но слова снова и снова звучали в его голове. Он не был готов к таким откровениям, потому что сам чувствовал лишь желание, рожденное из нескольких страстных ночей. Он не хотел, чтобы их связь перерастала в нечто серьезное, и считал, что Роуз также не хотела никаких сложностей. Между ними все было предельно ясно: они лишь играют роль влюбленных. И теперь эту суровую правду ему нужно донести до своего воспаленного сознания.

Лисандрос меньше всего предполагал, что все придет к такому разрушительному финалу. Он вовсе не собирался влюбляться в свою временную невесту, которая так хорошо вжилась в роль, что теперь играла ее просто в совершенстве. Роуз врала его сестре о своих чувствах к нему. Конечно, на самом деле все было совсем иначе. Все делалось исключительно для спокойствия Зены.

Лисандрос стиснул зубы от боли и обиды, ощущая себя одураченным и как никогда уязвленным. Ведь он почти поверил ее словам! Какова актриса!

— Так, вам обоим просто необходимо прогуляться, побыть наедине! Побродите по пляжу — это ведь так романтично, — произнесла Зена игриво, заметив его, и он вдруг увидел свою прежнюю веселую и беззаботную сестру. Значит, ей становилось лучше.

— Хочешь прогуляться? — спросил он.

На лице Роуз мелькнула тень беспокойства.

— Да, было бы замечательно, — ответила она почти шепотом. Ее лицо побледнело, и эту бледность не скрывал даже загар.

Отделившись от Зены, они побрели по песку, вскоре оставшись наедине.

Роуз в нерешительности заговорила первой:

— Зена догадывается о том, что наша помолвка ненастоящая, никогда не думал об этом?

— Но ведь на тебе мое кольцо, — резко произнес Лисандрос.

— Но… — ответила Роуз взволнованно.

У Лисандроса не было настроения обсуждать что-либо, кроме того, что он услышал только что.

— Я слышал, как вы с Зеной обсуждали меня сейчас, так что не оправдывайся.

Роуз даже не взглянула на него, услышав эти слова, но не остановилась. Он терялся в догадках, собирается ли она рассказать ему всю правду?

— Ты говорила сестре о нас. Говорила о своей любви. Это звучало очень убедительно, браво. Твоя актерская игра просто великолепна. Ты нашла отличный способ, чтобы убедить Зену в том, что наша помолвка реальна.

Роуз наконец остановилась, уткнувшись взглядом в песок. Лисандрос на мгновение пожалел о том, что был таким резким с ней. И все же, когда они посмотрели друг на друга, в ее взгляде читался вызов, подбородок был гордо вздернут — как и тогда в больнице, у кровати Зены.

Осознание всего происходящего резко накрыло Лисандроса, как шторм. Черт побери, он безумно хотел, чтобы она любила его по-настоящему!

— Моя сестра все еще верит, что между нами все всерьез?

Он подошел ближе, желая доказать реальность своих чувств и напомнить, как замечательно они провели выходные. Именно ему она решилась подарить свою девственность, значит, явно считала его особенным.

И если малая толика правды скрывалась в ее признании, то и ему было что ей сказать. Как бы ни пытался Лисандрос бежать от себя, он хотел бы любить ее по-настоящему, но так до сих пор и не мог отпустить прошлое, которое так сильно мучило его.

— Да, — прошептала Роуз, и он замер. — Она верит в реальность наших чувств, но это не так. Потому что ты не хочешь этого. Ты не впускаешь меня к себе в душу, мне нет там места.

Он нежно погладил ее руки, прижав их к своим губам. Неужели он наконец нашел женщину, которая помогла бы ему забыть прошлое и с уверенностью смотреть в будущее?

— Неужели ты думаешь, что, когда я так нежно касаюсь тебя, я играю или изображаю чувства? — спросил он хрипло.

Роуз попыталась отвести взгляд, но он осторожно приподнял ее подбородок, шепча ей прямо в губы:

— Здесь нет никакой фальши. Я тебе не вру.

Произнеся это, он впился в ее губы страстным поцелуем. Роуз ответила тут же, обвив руки вокруг его шеи, прижимаясь к нему своим восхитительным телом.

Лисандрос чувствовал себя