Тимбер - Тейт Джеймс

себе под нос. — Вега - хороший союзник. Надеюсь, это не изменилось, и он сможет помочь с этим дерьмом Мориса. Но держись подальше от Иезекииля. Он... скользкий ублюдок.

— Я знаю, — ответил Лукас, терпеливый, как Сейнт. — Я справлюсь, детка. Тебе не нужно беспокоиться. Просто береги себя. Ты не забыла о своих антибиотиках?

— Нет конечно, — пробормотала я, протягивая руку за таблетками. Я опоздала всего на час или два.

В трубке повисла пауза, прежде чем он задал свой следующий вопрос. — Вы с Зедом разговаривали?

Я раздраженно хмыкнула, проглатывая таблетки. — В общем? Да.

Я практически чувствовала невозмутимый взгляд Лукаса в трубку. — Хейден...

— Почему тебя это волнует? — Я возразила. — Ты действительно думаешь, что то, что он сделал, можно объяснить? Ты должно быть так и думаешь, раз настаиваешь на том, чтобы я выслушала его.

— Я не... — Он разочарованно вздохнул. — Послушай, я никогда не заставлю тебя делать то, что тебе неприятно. И нет, я не думаю, что это можно объяснить. Но я также ни на гребаную секунду не верю, что он подставил тебя, как это кажется. Он любит тебя, Хейден. И я знаю, каково это. Он сделает для тебя все, даже рискуя собственным счастьем. Просто подумай об этом. У каждой истории есть две стороны.

Когда я ничего не сказала в ответ, потому что у меня не хватало слов, он сменил тему.

— Ты справишься с принятием душа без помощи Ворчливого Кота? — Его беспокойство было очевидным, и я не смогла сдержать улыбку. Это действительно было абсурдно.

— Я уверена, что справлюсь с этим, — ответила я с коротким смешком, — если буду относиться к этому спокойно и не подставлять плечо. Это лучше, чем мариноваться в моей собственной вони, пока не вернется Касс. Кроме того, я сказала ему возвращаться в Сиэтл, так что это может затянуться на дольше, чем ожидалось.

Лукас задумчиво промычал. — Что ж... ты всегда можешь позвонить мне. Я не могу быть рядом, чтобы помочь, но я мог бы поболтать с тобой. Немного отвлечь тебя.

Я знала, что он имел в виду. Он беспокоился не столько о том, что я наврежу себе, сколько о том, что у меня начнется новая паническая атака, если вода попадет мне в лицо. Гребаный Чейз, это было похоже на то, что он намеренно выбирал методы пыток, которые могли бы испортить для меня все самым отвратительным образом.

— Спасибо, — искренне пробормотала я. — Но я что-нибудь придумаю. Я не могу принимать душ с тобой всю оставшуюся жизнь.

— Почему бы и нет? — Ответил Лукас, и я услышала его усмешку. — Я не жалуюсь. Приятно хоть раз иметь возможность позаботиться о тебе. — Затем он издал тихий стон. — Я не имел в виду... Ох, прости, что получилось не так. Очевидно, я не думаю, что...

— Все в порядке, Лукас, — оборвала я его панический лепет. — Я знаю, что ты имел в виду. Я обещаю, ты сможешь вымыть мне голову в любое время, когда захочешь. Ты действительно хорошо справился с этим. — Он действительно справился - эталон всех парикмахеров - и то, как его длинные пальцы массировали мой череп, было бы откровенно сексуальным, если бы я не была такой разбитой.

Он радостно замурлыкал. — Я буду надеяться на это, детка. Но мне лучше идти. Деми показывает мне на свои часы.

Я улыбнулась. — Передай от меня привет.

— Я так и сделаю, — пообещал он. — Я люблю тебя, Хейден. Подумай о том, что я сказал.

Моим единственным ответом на это было раздраженное фырканье и пробормотание: — Я тоже люблю тебя, Леденец.

Несмотря на то, что он подталкивал меня поговорить с Зедом, я закончила разговор с теплым, счастливым сиянием внутри. Разговоры с Лукасом, казалось, всегда вызывали у меня подобное чувство, как будто я могла сбросить тонну эмоционального багажа всего за один разговор с ним. Чертов парень был волшебником. Черт, мне повезло, что он у меня был.

13

Г

лупая я, мне следовало позавтракать, пока я бесцельно слонялась по лестнице. Всего через несколько мгновений после окончания разговора с Лукасом у меня заурчало в животе. Однако мне очень не хотелось так скоро снова иметь дело с Зедом, поэтому я просто выпила свою бутылку содовой и потащила свою задницу в ванную.

Обсудив это с Лукасом, я поняла, что мне нужно как можно скорее пройти через это и принять душ в одиночестве.

— Да ладно тебе, слабачка, — ругала я себя, стоя там и уставившись на сухую душевую кабину. — Это гребаный душ. Ты одна. Утонуть невозможно.

За исключением того, что логика и травма занимают две совершенно разные области мозга, и нет, они не разговаривают. Независимо от того, насколько спокойной и рациональной я была сама, когда я потянулась, чтобы включить душ, сторона травмы оказалась впереди и посередине.

— Отвали, — прорычала я от иррационального страха, затопившего мое тело, когда брызги из душа намочили мое запястье прежде, чем я успела его вытащить.

Оставив воду включенной, я снова повернулась к своему отражению в зеркале.

Медленно я разделась и пробормотала мотивирующее словесное оскорбление своему отражению, подбадривая себя за то, что сделала следующий шаг в преодолении своих повреждений. В конечном счете, однако, я решила, что просто заставляю себя еще больше подвергнуть себя стрессу.

Итак, я глубоко вздохнула и пошла в душ.

Мой табурет все еще был там, но теперь я была достаточно сильна, чтобы стоять на ногах. Поэтому я прикусила щеку и позволила воде стекать по спине. Не так уж и плохо. Это было точно так же, как тогда, когда я была с Лукасом, только без его успокаивающего голоса и нежных рук.

Я позволила себе издевательски рассмеяться, расслабляясь. Я была так увлечена этим, что это даже не было проблемой. Это было прекрасно. Та паническая атака в первый день, должно быть, была вызвана тем, что я только очнулась от воспоминаний о том, как я тонула.

Воодушевленная этой уверенностью, я еще глубже погрузилась в воду, запрокинув голову назад, чтобы намочить волосы. Затем струя воды хлынула мне на лицо, и я тут же пожалела о своем выборе.

Воспоминания обрушились на меня сильно и быстро, сменяя друг друга в мешанине страха, удушья