Трамвай отчаяния - Алексей Небоходов

– Что он сделал? – спросил Виталий, его голос прозвучал как удар.

– Он… он хотел рассказать, – прошептал Котов. – Он начал говорить. Он знал слишком много.

Виталий слегка наклонился вперёд. Его взгляд пронзал, как лезвие.

– И вы решили его убрать?

Котов поднял глаза, его лицо исказилось от ужаса.

– У нас не было выбора! – выкрикнул он. – Если бы он продолжал… всё бы рухнуло!

– Всё? – Виталий усмехнулся, но в этой усмешке было больше холода, чем эмоций. – Ты имеешь в виду секту?

Котов кивнул, его руки сжались в подлокотниках кресла, как будто он пытался найти в них опору.

– Они… мы… – его голос дрожал. – Мы не могли позволить, чтобы это стало известно.

– Ты убил его, чтобы сохранить тайну, – произнёс Виталий с ледяной ненавистью к этому человеку.

– Я не убивал! – выкрикнул Котов, его голос сорвался. – Это они… Секта. Они сделали это.

Виталий молча смотрел на него, давая ему возможность говорить дальше.

– Они решили, что он угроза, – продолжил Котов, его взгляд был потухшим. – Они сказали, что он может разрушить всё, если заговорит.

– И ты ничего не сделал, чтобы остановить их, – холодно произнёс Виталий.

Котов закрыл глаза.

– У меня не было выбора, – прошептал он.

– У тебя всегда есть выбор, – сказал Виталий, как клинком, резанув этими словами.

Котов замолчал, комната наполнилась гнетущей тишиной.

– Расскажи мне всё, что знаешь, – наконец произнёс Виталий, его голос был как приказ.

Котов сглотнул, его руки сжимали подлокотники так сильно, что мог бы оторвать их, приложи он чуть больше сил. Глаза, полные ужаса, всё время метались.

– Как вы убили Ковалёва? – резко спросил Виталий.

Котов дрогнул, словно от этого вопроса по его телу пробежал ток. Он тяжело вздохнул, а затем, будто сдаваясь, начал говорить.

– Это… это были они, – проговорил он, но Виталий резко перебил:

– И ты был там. Не пытайся себя отмазать. Говори.

Слова резали Котова, заставляя его затрястись.

– Да, – выдохнул он. – Я был.

– Рассказывай, – коротко потребовал Виталий, не давая ему времени на размышления.

Котов опустил голову, его лицо посерело, как пепел.

– Это было ночью, – начал он. – Я знал, что Ковалёв останется в депо один. Я… я сам его позвал в ангар.

Виталий замер. Его глаза, холодные, как лёд, впились в лицо Котова.

– Зачем? – спросил он, его голос звучал тихо, но угрожающе.

– Им было нужно… чтобы он замолчал, – прошептал Котов. – Он говорил слишком много. Слишком много знал.

– Продолжай, – резко приказал Виталий, и Котов снова вздрогнул.

– Я сказал ему, что видел трамвай, – продолжил Котов, его голос становился всё тише. – Сказал, что нужно посмотреть вместе, чтобы всё понять.

– И он пошёл за тобой? – Виталий скрестил руки, но его фигура оставалась неподвижной, как гранит.

Котов кивнул, его лицо исказилось.

– Да. Мы дошли до ангара. Трамвай стоял там, на втором пути. Они… они уже ждали нас.

– Кто "они"? – резко спросил Виталий.

– Двое, – проговорил Котов, голос его дрожал. – Люди из секты. Они знали, что делать.

Виталий молчал, но его взгляд становился всё жёстче.

– Они заставили его встать перед вагоном, – продолжил Котов, его голос сорвался. – Они сказали, что он должен увидеть Исток.

– И что произошло? – проговорил Виталий.

Котов облизнул пересохшие губы и снова уставился в пол.

– У одного из них было устройство, – сказал он. – Оно… оно излучало странный свет.

– Какой свет? – Виталий чуть наклонился вперёд.

– Этот свет… он был неправильным, – проговорил Котов, его голос сорвался на шёпот. – Он не освещал, а словно поглощал всё вокруг.

– И Ковалёв? – напряженно спросил Виталий.

– Он начал кричать, – выдохнул Котов. – Они направили этот свет на него. Он пытался закрыться руками, отступал, но… его кожа начала темнеть.

– Темнеть? – уточнил Виталий, его лицо стало жёстче.

– Да, – Котов сглотнул, его глаза наполнились ужасом. – Она словно обугливалась изнутри. Появились пятна. Его лицо… оно застыло в ужасе.

– И что было дальше? – голос Виталия был ледяным.

– Он рухнул, – прошептал Котов. – Его поза… будто он пытался отгородиться от чего-то. А на шее… на шее осталась метка.

– Метка? – Виталий прищурился, его голос стал тихим, но угрожающим.

– Они сказали, что это знак Истока, – ответил Котов, его голос дрожал. – Те, кто видят Исток, оставляют этот след на своём теле.

Виталий не двигался, но его взгляд стал ещё жёстче.

– Ты знал, что это произойдёт? – спросил он.

Котов кивнул, его плечи сгорбились, а лицо исказилось от страха.

– Да, – выдохнул он. – Я знал.

– И ты всё равно его привёл, – холодно произнёс Виталий.

– Они заставили меня, – прошептал Котов, его голос звучал глухо. – Я не мог отказаться.

– Ты мог, – резко перебил Виталий. – Ты выбрал молчание.

Котов замолчал и засопел.

– Ты расскажешь мне всё, что знаешь, – приказал Виталий. – Потому что теперь у тебя нет другого выхода.

Комната наполнилась гнетущей тишиной, словно сама реальность затаила дыхание, ожидая, что будет дальше.

Котов сидел, опустив голову, словно пытался спрятаться от реальности. Его дыхание было сбивчивым, а руки всё ещё дрожали, сжимая подлокотники кресла. Свет утра, пробивавшийся через окно, падал на его бледное лицо, подчёркивая напряжение, которое буквально пропитывало комнату.

Виталий медленно потянулся к диктофону, который всё это время записывал разговор. Щелчок кнопки "Стоп" прозвучал оглушительно в наступившей тишине.

– Ты сам всё сказал, – спокойно произнёс Виталий.

Котов поднял глаза. Его взгляд был пустым, а лицо серым, словно вся кровь отхлынула от кожи.

– Что теперь? – тихо спросил он. Его голос звучал хрипло, почти сломлено.

– Теперь ты понесёшь ответственность, – коротко ответил Виталий, не отводя взгляда.

Он наклонился, развязал галстук, который удерживал Котова на стуле. Его движения были точными, лишенными эмоций, как будто он действовал по давно отработанному плану.

– Вставай, – резко бросил он, выпрямляясь.

Котов замешкался, но подчинился. Его ноги дрожали, и он чуть было не потерял равновесие, но Виталий твёрдо держал его за локоть. Из кармана он достал наручники, и их холодный блеск отражался в приглушённом свете кабинета.

– Вы не понимаете… – начал Котов слабо, но голос его надломился.

– Молчать, – коротко приказал Виталий, застёгивая наручники с резким щелчком.

– Это не я, это они… – жалобно продолжал Котов.

– Ты был частью этого, – холодно ответил Виталий, подтолкнув его к двери. – Ты привёл Ковалёва в ловушку. Ты знал, что будет, и ничего не сделал.

Котов опустил голову, его плечи сгорбились, а шаги стали медленными, как у человека, который больше не видит смысла бороться.

– Это только начало, – вдруг пробормотал он едва слышно.

– Для тебя – да, – ответил Виталий, его тон остался твёрдым.

Они вышли из кабинета в длинный коридор.