Очарованный красотой - Патриция Пелликейн

– Боже, – выдохнула девушка, – и как же ты вытерпел?

– Вытерпел, потому что знал наверняка, что ты все равно будешь моей, а ради такой, как ты, можно и помучиться.

Только сегодня Фелисити узнала, каким жестоким может быть ожидание.

– На следующей неделе… – начала она, но губы Джареда уже шептали возле ее шеи:

– Ты ляжешь в мою постель. Я с трудом выдерживаю эту муку.

Фелисити долго молчала.

– О чем ты думаешь? – спросил Джаред.

– Сама не знаю. Я ведь всегда считала, что леди не могут испытывать такое.

– Ну а теперь, когда знаешь, что могут?

На лице Фелисити блеснула озорная улыбка.

– Теперь я спрашиваю себя, нельзя ли нам пожениться завтра?

Глава 10

Но настало завтра, за ним послезавтра, а день свадьбы никто и не думал изменять. Фелисити знала, что отец при одной мысли о переносе этого торжества придет в ужас, ведь свадьба – дело нешуточное, обычно ее назначают за несколько месяцев! А потом, не дай Бог, еще пойдут разговоры, что причины для такой спешки гораздо серьезнее, чем их представляют. Сплетники будут месяцами ждать первых признаков подтверждения своих непристойных мыслей.

Фелисити переоделась в ночную рубашку и пошла к отцу. Томас спал. Девушка поцеловала его в лоб и, подтянув простыню повыше, направилась к себе. Увидев на фоне своей двери мужскую фигуру, она улыбнулась, и глаза ее потеплели. Мужчина явно не собирался пропускать ее.

– Что вы тут делаете? – спросила она.

– Жду одну леди. Вы могли ее повстречать. Она вот такого роста, – сказал Джаред, положив ладонь на голову Фелисити.

– Есть много женщин такого же роста, – ответила она, и глаза ее заискрились.

– Но у той, что я ищу, рыжие волосы.

– О, ну это немножко сужает круг поисков, не так ли? Всего, я полагаю, какая-нибудь тысяча женщин имеет рыжие полосы.

– И еще медово-карие глаза.

– Может быть, вы можете назвать ее имя? Если я с ней знакома, то, наверное, сумею вспомнить.

– Ее зовут Фелисити.

Девушка изобразила полное удивление. С широко раскрытыми глазами она сказала:

– Какое совпадение! Меня тоже зовут Фелисити.

– Правда? Как странно. А мою Фелисити вы знаете?

– Простите, но кажется, не знаю.

– Жаль.

– А что?

– Видите ли, я хотел поцеловать ее и пожелать спокойной ночи.

– Но вы уже сделали это.

– Откуда вам известно? Ведь вы с ней даже не знакомы.

– О! – поняла свою оплошность Фелисити и через секунду добавила: – Я просто предположила.

Джаред улыбнулся и провел ладонью по ее волосам.

– Ты выглядишь восхитительно.

– Спасибо. Ты тоже.

– Если пригласишь меня к себе, так и быть, я ее сниму.

– Что? – переспросила девушка, переводя взор с груди Джареда на его темные смеющиеся глаза.

– Рубашку. Я думал, что тебе, может быть, захочется рассмотреть, что под ней.

– Может быть, – поддразнила его Фелисити. – Но если уж смотреть, так на то, что находится под… – внезапно осознав смысл своих слов, она залилась румянцем.

Сжав ее в объятиях, Джаред рассмеялся:

– Боже, просто поверить не могу! Пожалуйста, в следующий раз, когда захочешь сказать что-нибудь неприличное, обязательно скажи.

– А ты уверен, что тебе это нравится?

– Клянусь тебе. Ну, давай.

Фелисити рассмеялась:

– Но ты же знаешь, я не привыкла говорить непристойности.

– Хорошо, тогда можешь вместо этого просто поцелуешь меня.

– Но кто-нибудь из офицеров…

– Все уже спят, – заверил Джаред.

Поскольку стены и перекрытия дома были очень толстыми, то они так и не услышали приглушенных звуков, доносившихся из комнаты наверху.

К радости капитана Гастингса, Бесс открыла ему в своем черном кружевном наряде и, когда он вошел внутрь, спросила:

– Есть закурить?

– Нет. К сожалению, я ничего с собой не взял.

Бесс досадливо вздохнула:

– Может, хоть у лейтенанта есть?

– Он вообще не курит.

– А как насчет выпивки? У тебя в запасе что-нибудь имеется?

– Есть одна бутылочка. Сейчас принесу.

В мгновение ока Гастингс сбегал за бутылкой. На сей раз он не стал стучаться, а сразу вошел в комнату. Бесс уже лежала в постели совершенно нагая. Гастингс налил немножко виски в два стакана и присел рядышком. Одним махом проглотив свою порцию, девица вздохнула:

– Ну вот, уже лучше. – Поставив пустой стакан на столик возле кровати, она без лишних разговоров взялась за пуговицы его штанов. – Теперь давай поглядим, что у нас тут такое.

На стук лейтенанта Уиверли никто не ответил, и тогда он озадаченно почесал в затылке. Ведь эта дамочка специально пригласила его к себе. Так почему же она теперь не отвечает? Уиверли улыбнулся. Наверное, готовится к его приходу.

И, решив, что лучше всего просто войти, лейтенант толкнул дверь заветной спальни.

Увидев, что девица с его приятелем катаются по постели, Уиверли хотел уйти, но Бесс вовремя заметила стоявшего в дверях гостя и сказала, не отвлекаясь от дела:

– Входи, лейтенант.

Гастингс тоже осклабился:

– Да. Входи, Уиверли, присоединяйся к нашей вечеринке!

И вечеринка продолжалась до самого восхода солнца.

Джаред удивился, когда шум наверху, продолжавшийся довольно долго, неожиданно прекратился. Только тут ему стало ясно, что кто-то почти двадцать минут подряд скрипел кроватью. Капитан перевернулся на живот, но, когда снова послышался знакомый скрип, зарычал от досады. Он понимал, что ни одному мужчине не дано так скоро возобновить свои атаки на женское тело. Это значит, что в кровати трое, а то и больше. Что-то надо было делать, причем как можно скорее, пока эта грязная тайна не ославила Фелисити на весь город. Но что, черт возьми, он может сделать?

Промучившись некоторое время без сна, Джаред решил поговорить с Сэмом. Может, майор придумает выход из этой ситуации?

В девять часов утра Фелисити поднялась к дверям комнаты, расположенной над ее собственной, постучала и улыбнулась. Оказывается, ее сестричка – большая сопя. Сегодня утром Фелисити обещала взять с собой Маргарет за покупками. Но если еще немного отложить это дело, то они рискуют опоздать к чаю, и тогда им не миновать гнева Кэролайн.

Не дождавшись ответа, Фелисити решила войти. Увидев распростертую на постели обнаженную сестрицу, она поскорее прикрыла дверь, чтобы, не дай Бог, никто не подсмотрел из коридора.

– Маргарет!

Ответа не было. Бесс молча открыла глаза, пытаясь припомнить, где она находится, и понять, кто зовет покойницу. Потом она села, дико озираясь вокруг, и облегченно вздохнула, когда заметила стоящую у входа Фелисити.

– Чего?

– Мы собирались за покупками, помнишь?