Очарованный красотой - Патриция Пелликейн

Когда Фелисити и Маргарет вернулись к ожидающим их мужчинам, гостья была одета намного пристойнее, чем прежде. Воротничок нового платья доходил ей до основания шеи, и Бесс не могла дождаться, когда же сможет избавиться от этой удавки.

– Ах, как жаль, что вы переоделись, – не подумав, заметил капитан Гастингс. – Вам так идет розовый цвет!

Не успела Маргарет и рта раскрыть, как Фелисити резко ответила за нее:

– То платье, к несчастью, порвалось.

Капитан посмотрел на хозяйку дома, а потом перевел взгляд на ее сестру:

– Может быть, когда его починят, вы сделаете нам одолжение, надев его и…

– Я так не думаю, – снова вмешалась Фелисити. – Платье невозможно заштопать…

Хозяйка сидела слева от майора Вуда, рядом с Джаредом. Напротив нее, счастливая тем, что оказалась между капитаном Гастингсом и лейтенантом Уиверли, – Маргарет. Фелисити лишь удивлялась, как ее сестре удается улыбаться всем без исключения присутствующим джентльменам. На своем привычном месте, в самом дальнем конце, тихонько, как мышка, сидела Альвина Дэвис. На лице у нее застыла отсутствующая улыбка.

Фелисити поняла, что Джаред прав: кузина снова хватила лишнего. Конечно, это никакая не болезнь и не старость, а просто пьянство. Из-за этого Альвина разучилась быстро соображать, из-за этого же стали такими неуклюжими ее движения.

Неужели эта война никогда не кончится? Неужели вечно придется терпеть за своим столом врагов, незаконных дочерей и пьяных престарелых дам? Порой Фелисити казалось, что она уже не хозяйка своей жизни.

Стол был накрыт белой льняной скатертью. Хрусталь и фарфор, а также серебряные приборы придавали обеду особую роскошь. И все же от внимания капитана Уокера не ускользнуло и то, что собравшаяся за столом компания несколько не соответствует этой изящной сервировке. Он видел, как Маргарет и Гастингс откровенно перемигиваются. Она даже опиралась рукой прямо на бедро капитана. Хорошо еще, что Фелисити на них не смотрит! Уокер знал, что столь непристойное, фамильярное поведение новоявленной сестры повергло бы ее в настоящий шок.

Сразу же после обеда Джаред попросил капитана Гастингса выйти с ним на минутку. И хотя тому ужасно не хотелось покидать леди, уже намекнувшую на предстоящую приятную ночку в ее обществе, пришлось все-таки послушаться.

– Что случилось? – спросил он, выйдя за Джаредом на улицу.

– Мисс Фелисити – девушка высоких моральных принципов, – начал Уокер.

Капитан кивнул, еще не вполне поняв, к чему ведет его сослуживец.

– Вряд ли ей понравится то, что происходило сегодня под этим столом. Я вынужден буду отрапортовать об этом майору.

– Вот как? – Капитан Гастингс почувствовал, что краснеет. Ему вовсе не хотелось, чтобы начальство узнало о случившемся. Ведь эта девица трогала его весьма недвусмысленно, прикасаясь пальцами совсем близко к тому месту, которое больше всего жаждало этих прикосновений. Он даже ел без аппетита, потому что мог думать только о том, как она будет ласкать его этой ночью.

– Разумеется, если леди благосклонна к вам, я не стану возражать против ваших встреч. Только потрудитесь подыскать для этих целей более уединенные места, чем столовая.

Капитан Гастингс кивнул и заторопился вернуться к веселой компании. Через минуту из дома вышла Фелисити. Джаред не видел ее: он просто курил, стоя под звездами и заложив руки за спину. «Он самый красивый на свете мужчина, – решила Фелисити, глядя на его профиль. – И все-таки очень хорошо, – подумала она, – что сразу после войны он покинет нашу землю».

Должно быть, она была неосторожна, потому что Джаред вдруг повернулся в ее сторону.

– Вы с ним говорили? – осведомилась девушка, приблизившись к жениху.

– Да, – помедлив, отозвался Джаред.

– Вы сказали ему, что мне бы не хотелось снова стать свидетельницей подобного разврата?

– Вы все видели?

– Я была очень смущена. Что же мне делать?

Джаред шагнул к девушке и обнял ее. Это движение стало в последние дни настолько привычным, что Фелисити перестала возражать. Она прижалась лицом к груди капитана.

– Ничего не надо делать, дорогая. Во всяком случае, пока.

– Что же она творит? – простонала Фелисити в рубашку Джареда. – Как это могло случиться?

– Наверное, она просто немного ошалела от того очевидного интереса, который капитан Гастингс проявляет к ее персоне, и приняла его любопытство за нечто большее, чем имелось в виду. – Джаред знал, что говорит неправду. Он же видел, что Маргарет имела за плечами определенный опыт. Стоило только бросить на нее беглый взгляд, как все становилось ясно. Уж она-то прекрасно знает, чего хочет.

– Ей ведь только восемнадцать, – вздохнула Фелисити. – Отец еще очень болен, чтобы защитить ее честь, а я вообще для этого не гожусь.

Джаред нахмурился. Ну уж если этой дамочке восемнадцать, то ему, должно быть, все восемьдесят. Вероятнее всего, ей около двадцати пяти, и оберегать ее вовсе не требуется.

– Так она родилась позже вас?

– Да. Может, в этом и кроется причина моего…

– Разочарования?

– Отвращения, – поправила его Фелисити и тут же взорвалась: – А это платье? – При воспоминании о том, как Маргарет выставила себя на обозрение всем мужчинам, девушка передернула плечами. – Боже, я чуть в обморок не упала! Просто поверить не могла… – Тут Фелисити услышала, что в груди у Джареда как будто что-то странно клокочет. Она отпрянула. – Вы что, смеетесь?

– Я? Нет, конечно. Просто откашливался.

– Тогда почему улыбаетесь?

– Вы так сердиты, что того и гляди меня ударите.

– Я уж и правда об этом подумываю.

– Но почему?

– Потому что вы тоже на нее смотрели.

Джаред ощутил, как радостно забилось его сердце. Она ревнует! А женщина не станет ревновать, если она ничего не чувствует.

– Ну да, смотрел – невольно.

– Если она так вам понравилась, то для чего же вы возитесь со мной?

– Я не говорил, что она мне нравится.

– Как вы мне омерзительны! Пожалуй, я все-таки передумаю выходить за вас замуж.

Джаред решил, что лучше как следует объясниться, чем просто настаивать на предстоящей свадьбе.

– Давайте-ка пройдемся, – сказал он и взял ее под руку. – Мужчины гораздо проще устроены, чем женщины. Когда они молоды, им нужно только одно, и порой это руководит всеми их поступками. Но рано или поздно каждый юноша понимает, что в жизни есть более важные вещи, чем постель, и что в самой женщине следует видеть не просто приятное тело. Без духовной близости с подругой акт совокупления теряет свою ценность.

– И в каком же именно возрасте наступает это прозрение?

– Обычно мужчины осознают это, когда встречают женщину, похожую на вас. Любой, кем руководят примитивные инстинкты, станет желать такую, как Маргарет, но тот, кто ценит качество, выберет вас.