Гарри Поттер и Лес Теней. Альтернативное окончание. - Constance_Ice

На смену апрелю торопился май, а за экзаменом по аппарированию последовали и другие, сданные не менее успешно. Оплошность вышла только с Креативной Трансфигурацией – МакГонаголл попросила Гарри сотворить какую-нибудь «маггловскую еду». Гарри напрягся, представив себе хот-дог, а спустя мгновение перед комиссией бесновалось чудовище, которое только с очень большой натяжкой можно было назвать собакой: из пасти валил дым, шерсть полыхала, словно смазанная фосфором.

- Если жизнь и рассудок дороги вам, держитесь подальше от… - пролаяла собака прежде чем опомнившаяся деканша взмахом палочки изничтожила светящегося монстра.

От пересдачи Гарри спас Дамблдор, прошептавший МагГонаголл на ухо что-то такое, от чего гнев профессора приутих и она разрешила Гарри вторую попытку. Сотворение шоколада, бронзового подсвечника и иллюзорной мантикоры прошли успешно, и юноша с облегчением выслушал решение комиссии о том, что экзамен считается сданным. После директор поставил его в известность, что если его опекунша не появится в ближайшие пару дней, заботу о нем на время летних каникул поручат профессору Снейпу. Что означало возвращение в SnakeCliff… А за окнами цвела черемуха и заливались по ночам соловьи.

Первым вернулся Невилл. С плохой новостью.

«Не зря мне утром казалось, что медальон потеплел», - подумал Гарри, увидев Лонгботтома сидящим на полу под дверью директорского кабинета и с трудом преодолев искушение броситься однокласснику на шею: вид живого и невредимого Невилла открыл ему, насколько он страшился больше никого из них не увидеть. Невилл просиял и кинулся к Гарри, затеребил его мантию, радостно и одновременно потерянно улыбаясь:

- Гарри! Ты жив! Я так и думал! А я так испугался, когда ты вниз по ступенькам покатился… Понимаешь, я же тогда вернулся – почудилось мне что-то нехорошее, вернулся – и верно, вижу, как страж на вас наседает, Валери упала, а ты и вовсе кубарем вниз полетел, и этот в плаще за тобой. Я было за вами, а тут ступенька возьми и провались под ногой, и вся беседка как начала трещать! – взбудораженный Невилл изливал свежепережитые страхи, не замечая, что откручивает пуговицу на гарриной мантии. Гарри аккуратно отцепил руки одноклассника от пуговицы, но тот тут же вцепился в рукав. - Ну все, думаю, плохо дело, поезд отправляется, замок рушится, как бы на перроне не остаться. Надо спасать мисс Эвергрин. Я, Гарри, видишь ли, верил, что ты как-нибудь выкарабкаешься, ну, в смысле, тебе же всегда везёт… - Невилл снова смущенно улыбнулся, а Гарри задумчиво кивнул. – Ну вот, подхватил я мисс Эвергрин в охапку, она оказалась лёгкая, как пёрышко – там, в замке этом вращающемся, вообще с законами физики ерунда какая-то – и дёрнул за всеми. Лестница рушится под ногами, страшно! Влетел в портал – и оп, я уже в Большом Зале. Тут у меня руки сразу книзу потянуло, тяготение-то вернулось. Оглядываюсь я, значит, и тут откуда не возьмись – Снейп! Ты же знаешь, Гарри, я всегда его боялся, но это было что-то особенное: налетел на меня, хуже дементора, шипит что-то нечленораздельное сквозь зубы, как собака, у которой кость отняли … Ей-ей, я стража меньше испугался! Выхватил у меня мисс Эвергрин (и слава Мерлину, у меня уже руки отсохли, это ж не Клара) и умчался. – Невилл перевёл дух и вдруг спросил: - Как ты думаешь, он что – влюблён в неё?

- Он не влюблён, - помолчав, сказал Гарри.

Невилл вздохнул было с облегчением, а Гарри закончил:

- Он её любит, по-моему... У тебя рот открылся. Закрой и рассказывай дальше.

Невилл подобрал челюсть и продолжил:

- Ну, я пошёл следом, смотрю, они уже с Дамблдором беседуют, и тот какие-то пассы делает…

- Не тяни, говори прямо: она проснулась? – перебил Гарри.

- Нет, - с тяжёлым вздохом Невилл отвёл глаза. – Пока нет.

- А директор что сказал?

- Ничего. Знаешь, по-моему, он растерялся…

Дамблдор растерялся? Это никуда не годилось. Что сделал с ней Вольдеморт? Гарри вспомнились слова Снейпа о стражах, высасывающих душу и оставляющих лишь пустую оболочку. Неужели Валери… Нет, он запретил себе так думать. Дамблдор и Снейп что-нибудь придумают. В конце концов, есть клиника Святого Мунго, ведь не все же специалисты в ней работали на Темного Лорда, должны были остаться и нормальные колдомедики.

- А Сью ты не видел?

Невилл помотал головой:

- Нет, только в самом начале, ещё до входа в портал. Она с Джастином рядом стоя…

- Это я и сам знаю, - резко оборвал его Гарри, прислушиваясь. Точно, голос Гермионы. А это… это Молли и Артур Уизли, и солидный баритон Джорджа. Топот ног.

- О, вот и остальные! И родители, они-то откуда узнали, что мы именно сегодня вернемся? Наверное, Дамблдор… –Невилл просветлел, но тут же озаботился. – Интересно, моя ба тоже здесь? Кстати, Гарри, интересно, как это мы с тобой ухитрились выйти раньше всех, если шли последними, а, Гарри? Ты давно здесь?

- Давно, Невилл. – Знал бы он, насколько давно…

- Гарри! Невилл! – лицо Гермионы пылало радостным румянцем, а глаза подозрительно блестели. Вот она не стала мучиться лишними сомнениями и тут же обняла обоих. Невилл мучительно покраснел, а Гарри ощутил, как свалился с души давно лежащий там камень.

- Гермиона, детка… - миссис Грейнджер с растрепавшимися волосами, поразительно похожая на свою дочь в эту секунду

- Здравствуйте, мистер Уизли!

- Гарри, вот мы и дождались, а ты переживал.

- Ронни, братишка! Вырос-то как, вот каланча, а? – Чарли и Джордж одновременно стиснули Рона, закрыв его долговязую фигуру от Гарри.

- Гарри, там какая-то смешная старушенция в прикольной шляпе искала Сьюзен Боунс. Это её родственница, ты не знаешь? – крикнул Рон, вырываясь из медвежьих объятий братьев.

Гарри торопливо пожал на секунду вынырнувшую из подмышки Чарли костлявую лапу Рона и кинулся на поиски Сью.

Вон огромная нелепая шляпа, украшенная потрепанной птицей – нет, это бабушка Невилла с видом главнокомандующего решающим сражением в поисках собственного внука расталкивает толпящихся в Большом зале чад и их родителей. Бледное напудренное лицо, жемчужно-белые локоны Нарциссы Малфой. Рот упрямо стиснут, глаза бегают по сторонам – сынка пока не видно. По бокам телохранители – две знакомо квадратные туши: Крэбб и Гойл, надо думать. Дин Томас о чем-то возбужденно рассказывает высокому мужчине с бакенбардами, рядом высится представительная фигура герцога Ярнли, чью солидность слегка умаляет висящая у него на шее, визжащая и взбрыкивающая в воздух ногами Клара.