Практическое руководство по злу - overslept

по-прежнему считалась престижной. Один из их древних вождей, как говорят, женился на дочери принца джиннов, и хотя кровь существ в наше время была негустой, она всё равно была чище, чем во многих более могущественных семьях. Айша всё ещё могла сунуть руку в открытую жаровню и не чувствовать боли, или провести целый день под солнцем Пожирающих Песков и не обжечься. Это означало, что сыновья и дочери рода Бишара были хорошими супругами для знати, стремящейся улучшить свою кровь, а не заключить крепкий союз, и это, в свою очередь, означало, что у Айши были родственники, разбросанные по всей Империи.

Для сонинке это не имело большого значения — они убивали даже родственников из-за незначительных титулов, — но для тагреба все было иначе. Племя, даже если оно больше так не называлось, всегда было на первом месте. Не важно, за кого ты вышла замуж, не важно, сколько лет прошло. Если, конечно, ты не был простым бастардом.

Тогда избавление от тебя было просто хорошим планированием. Крыса улыбнулся так, чтобы ядовитая ярость, которую он чувствовал, не проявилась. Им пришлось выйти из палатки, пока она связывалась со своими родственниками, а они — со своими, но уже через колокол они получили ответ. Кадун Ломбо, судя по всему, был всего лишь мелким чиновником. Никаких известных связей с высшим начальством.

— Но есть две детали, — сказала Айша. — во-первых, когда он спонсировал Нилина, ходили слухи, что он его дальний родственник.

Глаза Килиан прищурились.

— Нилин был единственным ребенком, как и его родители. Он часто шутил по этому поводу. Сказал, что это семейное.

По хорошо скрытому удивлению на лице Айши Крыса догадался, что она этого не знала. Она всего лишь старалась быть доскональной. Но у нее был победный тон, поэтому она нашла что-то еще. Что-то важное.

— Во-вторых, Кадун Ломбо упал с понесшей лошади через месяц после того, как стал спонсором.

Квартирмейстер глубоко вздохнул. Он надеялся. Вопреки растущим уликам, как он надеялся.

— Концы были подчищены, — сказал он.

— Это стандартная практика при размещении долгосрочного шпиона, — тихо сказала Айша. — Избавляться от всех, кто может их выдать. У Старой Крови есть люди в Легионах, это факт. Он мог быть инвестицией от Верховной Леди Аксума — у него определенно был талант чтобы дослужиться до чьего-то генерального штаба. Это мог быть любой из них, если уж на то пошло. У них у всех есть ресурсы, чтобы провернуть что-то подобное.

Они. Старая Кровь. Военный Колледж действительно пытался отсеять лазутчиков или, по крайней мере, идентифицировать их, но некоторые неизбежно пробивались. Не настолько, чтобы когда-либо искалечить армию в случае восстания, но определенно достаточно, чтобы Старая Кровь осталась в курсе того, что замышляют Легионы.

— Косвенные улики, — наконец сказал Крыса. — Нам нужно больше. Всё, что у нас сейчас есть, — это странный отчет и предположения.

Айша посмотрела на него с неприятно знакомым разочарованием.

— Тебе вручили неточный отчет, и ты просто заметил? Возможно, Верес права, и нам действительно нужно проверить твои книги.

То, что Гончая недолюбливала его, не было новостью. В свое время она не одобряла их с Айшей отношения и не пыталась это скрыть. До такой степени, что она сказала это ему в лицо. Несколько раз. Оглядываясь назад, можно сказать, что у неё были веские основания. Но это не заставило Крысу относиться к ней с большей симпатией.

— Я получил его только после смерти Нилина, и он датируется Саммерхолмом, — сказал он немного резко.

— Почему? — перебил его Килиан, прежде чем Айша успела ответить. — почему только тогда?

Крыса помолчал.

— На самом деле я не знаю. Хакрам был тем, кто отдал мне свиток после смерти Нилина. Кэтрин велела ему заняться всем этим делом, так как Наук был слишком расстроен, чтобы сделать это.

Айша пожала плечами, каким-то образом умудрившись сделать этот обыденный жест элегантным. Ему очень хотелось, чтобы она не была так хороша собой, да и вообще не умела быть красивой.

— Давай спросим ответы у Мёртвой Руки.

۞

Хакрам не спал. Крыса не был уверен, что Адъютант вообще спит — он, безусловно, выполнял такой объем работы, который предполагал, что он находится за пределами таких смертных слабостей. Орк расплачивался шатранджем с Подмастерьем и, судя по всему, легко побеждал сына Чернокнижника. Оба Именованных вызывали у него чувство неловкости, хотя и по совершенно разным причинам. Он знал Хакрама ещё до того, как орк ступил в царство легенд. До того, как он стал Мёртвой Рукой, первым орком с Именем за тысячу лет.

Трудно было примирить сержанта, который плохо скрывал контрабандный алкоголь, с воином, за которым повсюду следовал приглушенный шёпот зеленокожих, полубогом во плоти для своего народа. Что же касается Подмастерья, что ж… Никто из тех, кто когда-либо видел мага за работой, никогда не будет чувствовать себя комфортно рядом с ним. На Трех Холмах он превратил весь фланг в ледяную пустошь смерти, а в Марчфорде своим гневом осветил всё ночное небо. Концентрированная сила, заключённая в пухлом каркасе мягкотелого безбородого человека, готовая дейстовать по щелчку его пальцев.

— Адъютант, — приветствовал он их. — Лорд Подмастерье.

Взгляд Хакрама скользнул по Айше и Килиану, прежде чем остановиться на нём. Орк прищелкнул языком по небу, и этот жест показался ему странно человеческим.

— Ты охотишься за нашей крысой, — сказал Хакрам.

— Их будет больше, чем одна, — ответила Айша. — Но в сущности ты прав. Мы думаем, что обнаружили утечку.

— Это объясняет всё происходящее, — сказал Подмастерье. — Я собирался задать вам несколько вопросов по этому поводу.

Парень был явно равнодушен, когда упомянул об этом, поигрывая новой безделушкой в своих косах. Костяной амулет, который сделала Кэтрин. Он знал о его существовании только потому, что она убила быка, чтобы изготовить его, и отчет попал на его метафорический стол.

— Я получил кучу документов после смерти Нилина, — сказал он. — Среди них был пергамент, отдельно от остальных. Почему?

Хакрам хмыкнул.

— Его нашли в его личных вещах, а не в бумагах кабили, — сказал он. — Вот почему ты получил его позже остальных.

Килиан резко выдохнул.

— Крыса. Ты сказал, что тебя насторожило то, что в отчете были странные цифры.

Он медленно кивнул.

— Адъютант, — продолжала она. — пергамент, вы нашли его в книге?

Глаза высокого орка