Там, где фальшивые лица - Олег Яковлев

– То есть мы собираемся пробиваться в гоблинский подземный оплот?! – вскричал Кили. – А как же пресловутая «бесхозность» клада? Или тебе, Ангар Дортан, растолковать значение этого слова?

– Обойдусь, премного благодарен, – скривился Ангар. – Вы же не даете договорить и все время меня перебиваете… Так вот, друзья-гномы, доношу до вашего сведения, что подземная крепость пуста, и уже давно. Что-то… – Непутевый запнулся, не зная как это объяснить. – Что-то неизведанное пришло…

– …и убило всех жителей оплота, – закончил за него Лори Дарвейг. Все удивились, откуда Неудачник знает о тех событиях.

– Да, – пораженно согласился Ангар.

– Что-то явилось из снежной бури… – прохрипел Лори, резко тряся головой, словно его кто-то тянул за ухо.

– Да.

– Что-то выбралось из чудовищной метели…

– Да, но ты-то откуда об этом знаешь?

– Я знаю… хе-хе… я знаю… мы читали, помнишь, Вчера? – криво улыбнулся Лори. Его глаза наполнились привычным полубезумным выражением. – Потому что это одна из самых известных баллад о гоблинах. «Ледяная чума». Король Гемлаг Недовольный (тот самый младший принц) пал от снежного чудовища. Я много чего перечитал, чтобы выяснить все о монстре, который преследует меня самого, – признался Лори. – Но нашел лишь рассказы и истории о других тварях, иных напастях.

– Что-то ты темнишь, Ангар, – покосился на Непутевого один из молчавших до сей поры гномов, хмурый Долдур Неммер, присоединившийся вместе с братом к отряду лишь прошлым вечером – для этого они покинули небольшую деревушку на тракте, где жили уже три десятка лет. Лицо гнома имело медный оттенок, как и всклокоченная, судя по всему, из-за долгого нахождения подле горна, борода. Сказать по правде, он и был кузнецом. Подле сидел его младший брат в зеленом кафтане и с недлинной каштановой бородой, напоминающей кусок древесной коры.

– Да нет, – пробормотал Непутевый. – Просто история такая…

Почти одновременно гномы почувствовали, как к каждому из них начинает подбираться страх. Как он запускает свои ледяные пальцы им под одежду, пытаясь нащупать сердце. Нор-Тегли действительно испугались некоей неведомой твари, что вышла из снежной бури и уничтожила всех гоблинов Гемлага Недовольного…

Ангар и предположить не мог, что его выдуманная на ходу история найдет свои привязки к древним легендам и превратится в нечто подобное. Из истории о его храбрых подвигах все переросло в какую-то зловещую жуть.

– Никто не знает, что это было на самом деле, – продолжал перехвативший нить рассказа Лори Неудачник. – Так гласит легенда. В полночь, когда зазвонили колокола под сводами главного зала города Гемлага, а ворота, ведущие в глубь подземелий, сорвало бурей, нечто проникло под гору. Оно, подобно чуме, истребило всех. Туннель за туннелем наполнялись непередаваемым холодом, вода в подземной реке замерзла и стала льдом. Младенцы гоблинов превратились в безжизненные обмороженные трупики в своих колыбелях, а старики просто позастывали на месте, будто ледяные скульптуры. Остальные жители: и мужчины, и женщины встретили свой конец в клыках монстра. Неведомая тварь, вышедшая из снежной бури, сожрала всех: и короля Гемлага Недовольного, и всех его подданных. И никто с тех пор ни на шаг не приближается к разоренному оплоту.

– Эээ… ну все не совсем так, – попытался оправдаться Ангар. – Там просто никого нет, и все. Зато много сокровищ… Это легенда, и ничего более.

– Давайте оставим различные заумные истории, ведь, полагаю, мало что в них – правда, – убеждал и себя, и остальных младший брат кузнеца. Его звали Хонир. – Все это гоблинские сказки.

– Вот-вот. Но меня до сих пор мучает еще один вопрос, Ангар, некая мелочь… – протянул Дори. – А какую часть ты обещал…

– Одну девятую часть от общей добычи, – перебив друга, скороговоркой выпалил Непутевый и отвел глаза.

– …своему осведомителю, – закончил Дори и тут же понял, что из всей истории это было единственной правдой. Ангар кому-то задолжал одну девятую часть сокровищ, и, кажется, лишнее упоминание об этом доставляло ему не самые приятные ощущения.

Пони, медленно перебирая копытами, шагали на север. Отряд состоял из восьми путников. Все они были гномами, все вооружены до зубов. Сгущались сумерки, когда за спиной раздались стук десятков копыт и звуки трубы, призывающие освободить дорогу. Кладоискатели съехали на обочину, и мимо пронесся отряд всадников, во главе которого скакали лорд в дорогих доспехах и человек в длинной мантии, алой, точно закат, и такой же остроконечной шляпе.

– Маги… маги… – задумчиво проговорил Дори Рубин, выплевывая залетевшую в рот пыль. Гномы продолжили путь. – Главное, чтобы они не влезли в наши дела.

Ближайший друг и соратник рыжебородого, именовавшийся Дортаном, презрительно на него покосился:

– Не упоминай при мне этих подлых фокусников. Я очень их не люблю…

– Но нельзя забывать о старом Неверморе, – воззвал к его разуму Дори. – Нельзя о нем забывать…

– Кто такой этот Невермор? – спросил молодой Хонир. Он следовал сразу за предводителем и его другом.

– Наш путь будет пролегать через его земли, Хонир, – пояснил Рубин. – Это злобный сумасшедший старик, который живет где-то на заброшенной поляне в лесу Дерборроу, в нескольких милях севернее Истара. Говорят, что он бывший некромант или еще нечто в том же духе. Кто их, чернокнижников, разберет… Его дом нужно обходить стороной и ни в коем случае не прислушиваться к вою ветра, когда мы окажемся в тех местах.

– Некромант? – испуганно проговорил Хонир. – Может, обойдем лес Дерборроу, и все?

– Нет. Там только одна дорога. Наша.

– Невермор?! – встрял в разговор Лори, он ехал на своем пони подле Ангара и все время разговаривал сам с собой – вел приглушенный диалог с невидимым собеседником по имени Вчера. Подле никого не было. Подчас он судорожно дергал то рукой, то плечом, и вскоре все уже привыкли к его необычному поведению. Все, кроме Кили, который по-прежнему исподлобья глядел на этого безумного компаньона. – Слыхал я о старике Неверморе. Говорят, что любой, кто захочет найти его дом, с легкостью его отыщет, в какой бы части леса ни находился. А уж старик всех приютит… разделает на своем кухонном столе…

– Ладно, оставим магов, – закрыл больную для себя тему Непутевый. Помнится, когда он только начинал заниматься своим опасным ремеслом, его ничто не могло остановить. Ничто, даже если требуемые ему сокровища лежали под замком и принадлежали еще живому и вполне здравствующему человеку. Что там было у него на двери написано? Слова врезались в память и тело гнома на всю жизнь: