Заботливая женская рука - Надежда Первухина

— Так это в боевиках, — огрызнулась Скалли. Блины, конечно, были невероятно вкусными, но это может плохо отразиться на фигуре. А в свой фитнес-центр при ФБР Дэйна теперь сможет попасть очень не скоро…

— Послушайте, сэр, — решил расставить все акценты Молдер. — Не могли бы вы стать видимым?

— А зачем? — тут же отозвался ехидный голос.

— Врага надо знать в лицо, — твердо ответил Молдер.

— Врага?! Помилуйте, дорогой Фокс, я вовсе вам не враг. Наоборот, я предлагаю вам вполне достойное и взаимовыгодное сотрудничество. Оно в интересах и вашей и моей страны.

— Фокс, будь осторожен, — предупредила Скалли. — Обычно, когда нам предлагают сотрудничество, это плохо кончается. Помнишь, как некий крезанутый ученый предложил тебе сотрудничество в эксперименте по использованию машины времени? И как ты попал в собственное будущее, а вернувшись, угодил в психиатрический приют, так как долго не мог решить, какой именно ты из будущего вернулся?

— Скалли, у нас, похоже, нет выхода, — грустно оторвался от бокала с русским напитком Молдер. — Мы попали, как цыпленок в перьещипательную машину.

— У нас в России говорят: «Попал, как кур в ощип», — поправил спецагента бесплотный голос. — Но в одном вы правы, мистер Молдер. Долой невидимость! Будем откровенны с теми, кто становится по нашу сторону баррикад!

С этими словами по кабинету пронесся вихрь холодного воздуха. Чарли схватился за голову и закрыл глаза. Молдер и Скалли едва сдержались, чтоб не последовать его примеру. Неожиданно одно из зеркал исказилось, поплыло, как патока с тарелки, и из серебряной его глубины выступило существо, вид которого поверг спецагентов ФБР в состояние предкоматозного ступора.

У существа имелось две головы на одном, покрытом перьями и плоской бронзовой чешуей тулове. Одна голова напоминала птичью, а другая — бычью. Но в природе еще не обнаружено птиц с двенадцатью глазами и быков с тремя рогами и двумя парами постоянно двигающихся челюстей. Монстр также обладал шестью развитыми псевдоподиями, напоминавшими промасленные суставчатые паучьи лапы с наманикюренными когтями на концах. Вместо ног или лап у него имелись гигантские клешни, все в наростах, напоминавших позолоченные бородавки. Сзади наблюдался длинный пурпурно-черный хвост, мерно ходивший из стороны в сторону, словно сломанный шлагбаум на железнодорожном переезде. А из груди уродливого и мерзкого существа росли три коричневатых лакированных шипа. На одном из шипов висел мобильный телефон «Сименс».

— Что, хорош? — проскрежетало существо, медленно поворачиваясь вокруг своей оси, дабы спецагенты ФБР могли оценить все совершенство его фигуры.

Скалли автоматически отметила, что с момента превращения голос монстра звучит менее совершенно и гладко. Видимо, мутации не проходят для него бесследно.

Молдер отчаянно расхрабрился:

— Рады знакомству, сэр. В своей многолетней практике мы встречались с разными образцами жизни, но, разумеется, все они не идут ни в какое сравнение с вами. Скажите, а вот эти бородавочки вы сами золотили, или такими они у вас и вырастают?

— Молдер, опомнись, что ты говоришь! — всплеснула руками Скалли. — Во-первых, это может быть не сэр, а леди. А во-вторых, какое тебе дело до его бородавок?

— Не волнуйтесь, миз Скалли.[10] — Существо свило хвост кольцом и уселось на него, как на надувное кресло. — Вопросы мистера Молдера меня отнюдь не обижают. Что же касается моей половой принадлежности, то я мужчина. Хотя в это трудно поверить. И я сразу открою вам карты, дорогие спецагенты. Вы нужны мне для того, чтобы я мог вернуть себе человеческий облик. Согласитесь, это не противоречит принципам гуманизма.

— Не противоречит, — кивнула Скалли. Она уже начала привыкать к облику русского монстра. — Но только в том случае, если вы не станете при этом прибегать к противозаконным действиям.

Молдер поморщился. Скалли с ее вечной дилеммой «закон или человечность» была иногда просто невыносима.

— Дэйна, — сказал он. — Полагаю, нам стоит выслушать все аргументы этого джентльмена.

— Благодарю, мистер Молдер. — Чудовище приложило одну из лап к шипованной груди. — Я почему-то был уверен, что вы пойдете мне навстречу. Конечно, я чересчур жестко повел себя с вами в момент нашего знакомства. Но поверьте, это не от недостатка воспитания или неприязни к вам, а из опасения, что эти типы в аэропорту просто вас растерзают. У них ведь нет ничего святого! Что такое жизнь американского спецагента для русских гангстеров!

— Это были гангстеры? — удивился Молдер. — А я почему-то подумал, что нас сцапали знаменитые ваши спецслужбы. Как они сейчас называются? Фи-эс-би?

— Спецслужбы о вас ничего не знают. И я приложу все усилия, — чудище полыхнуло глазами, — чтобы такая ситуация сохранялась и впредь. Мне нужна ваша помощь, и не в моих интересах отдавать вас на растерзание парням с Лубянки. Много им будет чести! Кстати, мистер Молдер, скажите вашему реликтовому другу, чтобы он успокоился и открыл наконец глаза. Я вовсе не собираюсь его уничтожать. Наоборот, сочту за большую удачу, если он согласится поболтать со мной о принципах английского реализма. У меня ведь нет никаких нормальных собеседников!

Чарли открыл глаза.

— Вы любите Диккенса, сэр? — дрожащим голосом поинтересовался он у чудовища.

— Обожаю! — искренне воскликнул тот. — И Теккерея, и Голдсмита! А Гарди, Голсуорси, Шоу! Какой кладезь культуры! Только в последние годы из-за активной мутации моих зрительных клеток я не имею возможности читать книги. Когда у тебя двенадцать глаз, процесс чтения превращается в какие-то американские горки. Как я страдаю из-за этого, мой друг!

— О-о, — протянул Чарли с пониманием. — Если угодно, сэр, я буду читать вам вслух.

Чудовище воздело свои псевдоподии к потолку:

— Это великолепно! Чарли, вы настоящий джентльмен! Я буду вам безгранично признателен, только…: Боюсь, у нас не будет времени на столь приятное занятие. Нас ждут серьезные дела.

— Какие же? — напрягся Молдер.

— Для этого, господа, вам сначала нужно выслушать мою историю. Это правдивая история, но чтобы вы до конца поверили мне и не сомневались, что наше сотрудничество носит государственный характер, я вам скажу следующее: «Somewhere away, it's very far…»[11]

— There are rains during sunshine,[12] — осипшим голосом добавил Молдер. — Боже мой! Так вы согласовали свою операцию с нашим начальством?

— Разумеется, — кивнуло чудище своей птичьей головой. — Я имел приватный разговор с мистером Скиннером, обрисовал ему ситуацию и попросил тайно направить в Россию двух лучших агентов ФБР, то есть вас. Тут, ребята, скоро начнется такая заварушка, что ваша помощь будет просто неоценима. Кстати, на ваши счета уже переведено мною по миллиону долларов. И это только аванс.