За дверью в лето - Николай Грязнов

— Забавно. Впрочем, и так бывает, — усмехнулся настоятель, после чего вопросительно посмотрел на магистра, заметив его пробудившийся интерес.

— Так вот какого зайца я снял вчера утром с товарного поезда, — просветлел Этьен.

— Ты его ссадил? Зачем? И как же он тогда здесь оказался? — засыпал вопросами долговязого военачальника глава Храма.

— Твики засекла его в трех перегонах от станции. Ей показалось странным, что лиат, так нахально нарушающий режим анонимности, занимается глобальным сканированием. Для опытного шпиона — глупо, для зеленого юнца — слишком нагло. Вот я и решил полюбопытствовать, послал группу из бригады Хвана, но они, как назло, застряли на переезде. А этот прыткий сорванец припустил в самый центр города, еле-еле направление отследили. Потом он лег на дно так глухо, что и сканеру не удалось найти его. Я даже решил, что к нам стали засылать начинающих лазутчиков по принципу: если выживет, значит, чего-нибудь да стоит.

— Какой из него шпион? — Настоятель поморщился. — Сам посмотри, просто мальчишка, который навыки свои еще прятать не умеет.

— Вижу, потому и говорю, что забавно.

— Нет, это я сказал, что забавно.

— Хорошо, ты сказал, а я подумал, — улыбнувшись, покладисто согласился магистр.

— Слушай, — Мортафей повернулся к Роджеру: — а чего ты на поезд-то залез?

— От погони пытался оторваться.

— Ну, это понятно. А почему тогда не дал горцам покончить с парочкой наемников?

— Вы думаете, это остановило бы Борова? Или считаете, что он не нашел бы других исполнителей, более опытных?

— Думаю, что нашел бы, ты прав. А этих ты, по крайней мере, знал в лицо. Хоть какой-то, но плюс, логично. И получается, что вмешательство Этьена ты принял за козни преследователей?

— Конечно, потому так и рванул.

— С тобой все ясно, малыш. Что намерен делать дальше?

Роджер задумался. С одной стороны, задание наставника вернуться домой никто не отменял, с другой, добраться нужно было живым. Боров же производил впечатление настойчивого лиата. Подземная цитадель напоминала о серых полчищах гракхов, оказывая тяжелое давление на психику. В то же время мощная структура охраны нынешнего его убежища давала хоть какой-нибудь шанс увернуться от наемных убийц. Весы сомнений так и застыли бы в нелепом равновесии, если бы не упоминание Привратником рыжей красавицы, от которого сладко защемило под ключицей.

— Я бы хотел стать прихожанином Храма.

— Разумный выбор. — Мортафей хмыкнул. — Хорошо. Ты хотел бы научиться боевому искусству или заняться хозяйственной деятельностью?

— Хочу стать воином.

— Ну, для этого ты еще слишком мало умеешь, хотя кое-какие задатки у тебя имеются, только их надо развивать и развивать. Впрочем, Привратник привел тебя к Багиру, а у него хорошее чутье на врожденные способности. Что ж, давай попробуем сделать из тебя настоящего бойца. Этьен, ты не против пополнения?

— Не нравится мне эта идея.

— Вот те на. Этот-то чем не угодил тебе?

— Не верю я ему.

— Так ты ж никому не веришь, я уже привык.

— Ну, не нравится он мне.

— Понимаю. Привратнику не нравится Таира, потому что его бойцы прокололись с юной леомарой. Тебе не нравится Роджер, потому что твои подчиненные опростоволосились на переезде. Мне это тоже не нравится, но выгонять хороших воинов, даже потенциальных, из-за капризов своих помощников я не намерен. Ты можешь что-нибудь конкретное предъявить парню?

— Зачем нам проблемы с наемными убийцами?

— Только не говори мне, что ты испугался этого грязного Борова с его жалкими исполнителями.

— Я не знаю, кто стоит за ними.

— Так пусть твои люди найдут толстяка и потрясут, как следует. Выяснят все про заказчика. Разыщут того и поинтересуются у злодея претензиями к мальчику. Глядишь, может нам и удастся договориться. Ясно?

— Ясно.

— А я согласна с магистром, — совершенно неожиданно подала голос Таира. — Мне молодой барчук тоже не нравится. Какой из него бранд? Так, шалопай, сбежавший от слуг, чтобы похулиганить. Именно из таких юнцов предатели и вырастают.

— Нет, сегодня какой-то день обломов. — Настоятель был ошарашен. — Все оспаривают мои решения. Или ты, красавица, думаешь, что я не вижу перед собой холеного домашнего лиатенка? Мне дали кличку "Крот" не только потому, что в темноте хорошо ориентируюсь. Я вас всех насквозь вижу, и тебя подозреваю не меньше, чем его, но без фактов никого обвинять не позволю. Кто из него вырастет, зависит от наставников. Вот ты его подозреваешь, так и следи за ним, назначаю тебя его учителем по боевым искусствам. Понятно?

— Понятно.

— Отлично. А тебя, Привратник, попрошу пообщаться с новыми прихожанами Храма по поводу идей движения брандов. Проясни им, за что мы боремся и с кем.

— Обязательно.

— Теперь последний вопрос. Рамзес.

Глаза присутствующих обратились к ветерану, который единственный из всех так и остался безучастно лежать на своей циновке после появления начальства. Услышав обращение настоятеля, бывший охранник Хесуса медленно поднялся и обреченно вышел вперед, склонив голову. Похоже, он не сомневался в собственной участи, но тон Мортафея оказался неожиданно мягким:

— Я знаю, что тебе полагается за твой грех, но Храм — не гильдия гардов. Помимо строгих традиций существует еще и здравый смысл. Наши охранники работают не ради гонорара, а за идею, нам нет смысла вводить жесткие правила, чтобы доказать лояльность клиенту. Да, мы очень любили Хесуса, но ты его не продавал и не предавал.

— Но… — бригадир сделал попытку что-то сказать, но настоятель не позволил.

— Не перебивай. Вы ошиблись, недооценив противника, но мало кому удается избежать проколов, и ты дорого заплатил за свою ошибку. Раз тебе после такой передряги довелось выжить, значит, так было угодно судьбе, видимо, тебе уготована другая миссия. Я сам не буду судить никого за смерть Хесуса и запрещаю осуждать тебя другим. Багир, ты меня хорошо слышал?

— Да, — склонив голову и погасив возмущенный взор, ответил непосредственный начальник Рамзеса.

— Но… за тобой числится еще одна провинность, — продолжил настоятель речь, обращенную к бывшему гарду. — Придя в Храм, ты не признался, что был охранником Хесуса. Я понимаю, что тебе было стыдно, но это не оправдывает факта сокрытия информации. За это назначаю тебе наказание: ты будешь дядькой при Таире и Роджере. Проследишь, чтобы они не перегрызлись между собой, а стали добрыми прихожанами. Короче, ты лично головой отвечаешь за них и за то, чтобы мои помощники могли спать спокойно. Тебе все ясно?