За дверью в лето - Николай Грязнов

Роджер хорошо знал, что душа любого условно разумного существа складывается из трех центров: восприятия, управления и движения, называемых визиосом, интосом и мотосом. Более того, ему даже довелось уже изучить это на практике, но юная наставница преподнесла эту информацию с позиции боевых искусств. Территориально центры жестко связаны с мозгом, но в астральном пространстве законы преломления намного сложнее, чем в материальном. Опытный лиат способен управлять собственным эмосом, меняя плотности биотоков, протекающих по всему организму и даже, в некоторой степени, за его пределами.

Прием блокировки мотоса, освоенный юношей, практически никем из опытных бойцов не используется из-за больших затрат энергии на его проведение. Наверно, это обстоятельство и сыграло главную роль в создании эффекта неожиданности, обеспечившего успешность атаки. Как правило, основные удары приходятся на центр управления: при желании обездвижить противника стараются разорвать связь интоса с мотосом, а при желании оглушить — с визиосом.

Если хотят убить, чаще всего используют разрыв связей внутри центра управления, хотя это тоже требует солидных энергетических затрат. Впрочем, при удачном стечении обстоятельств или высокой искусности нападающего интос можно уничтожить вообще без серьезных усилий. Другими словами, главными факторами в ментальной схватке являются не сила и скорость, а хитрость, ловкость и точность.

Соответственно, оборона строится на принципах маскировки и уклонения от удара, для чего воину во время схватки приходится чаще всего раскачивать или вращать свой эмос. Опытные мастера способны жонглировать одновременно всеми тремя центрами, не забывая при этом о подготовке атаки. В бою не рекомендуется бить соперника на поражение, поскольку в этом случае бьющий сам частично раскрывается и подставляется под встречный удар.

Чаще всего пытаются вывести противника из строя, разорвав связи с интосом. Конечно, они постепенно восстанавливаются организмом, но при этом раненый оказывается недееспособным в течение нескольких минут. Неподвижность или ослепление дают возможность нанести его телу тяжелые травмы в физическом мире.

Для того чтобы произвести удар, надо сконцентрировать сгусток ментальной энергии в заданной точке астрала, соответствующей желаемой зоне поражения. Для точного попадания необходимо раскачивать прицел излучателя в такт с защитными колебаниями противника и ввести упреждение. Другими словами, мастер телепатического боя напоминает многорукого бога, у которого каждая из конечностей совершает сложное движение, независимое от остальных.

Естественно, что на словах Роджеру все было понятно, поскольку у него был минимальный опыт нанесения простейших ударов в схватках с фарлахом и боссом горцев. Правда, он тогда даже не бил, а хватал, что требовало несколько иной техники. Кроме того, он вообще не думал в те моменты об обороне, что расслабляло противников, столкнувшихся со столь явным дилетантом.

Когда же он попробовал сконцентрироваться на обороне, даже простейшее жонглирование эмосом оказалось серьезной проблемой для молодого воина. Трижды его мотос и интос сталкивались между собой, после чего дядьке приходилось приводить обучаемого в чувство. Еще несколько раз связи между центрами так сильно запутывались, что Тобио валился на пол, как подкошенный, без всякого воздействия извне.

Впрочем, упрямства новоиспеченному храмовнику было не занимать, и он до позднего вечера крутил всевозможные сальто в астральном пространстве. Самым сильным стимулом для работы служил пренебрежительный взгляд противной девицы, у которой ментальное жонглирование получалось как бы само собой. Вернувшиеся с дежурства бойцы тоже не преминули позубоскалить по поводу трудностей, испытываемых учеником, а Багир только невнятно хмыкнул, но вслух не произнес ни слова.

Короткий ночной перерыв не позволил полноценно восстановить силы Роджеру, привыкшему к относительно простым и редким упражнениям в астрале. Тем не менее, он продолжил изнурять себя непрерывной тренировкой и отработкой простейших движений под жесткие одергивания вредной наставницы. Иногда ему казалось, что леомара умышленно мешала ему в тот самый момент, когда у него начинало все получаться, словно его слишком быстрые успехи вызывали у нее раздражение.

Бригада ушла на вечернее дежурство по центру города, а на огонек к новичкам заглянул Привратник, который вспомнил про свое обещание настоятелю. К этому моменту малыш уже добился высокой степени автоматизма движений, что позволило ему не прерывать тренировку на время беседы. Начальник охраны вначале слегка поморщился, заметив подобное проявление неуважения к себе, но ничего не сказал. Понаблюдав же за действиями молодого бойца, одобрительно крякнул и больше не отвлекался на посторонние вопросы.

Начал Привратник издалека и рассказал легенды о возникновении расы леомуров, о ее борьбе за существование с другими видами. Поведал, как появилась вторая, а затем и третья сигнальная система, постепенно вытеснившая более примитивную акустическую форму общения. Наверняка, все это было известно не только Роджеру, но и Алисе с Рамзесом. Тем не менее, все слушали внимательно, поскольку Привратник рассказывал с мастерством старого сказочника:

— Еще в те далекие времена разгорелись споры о путях развития нашего рода. Расисты требовали агрессивного доминирования над менее интеллектуально развитыми видами разумных существ. Экологи же призывали к гармонизации отношений с природой. Тогда еще не существовало соронгов и верховных сканеров, не было единой авторитарной формы управления миром. В результате группа сторонников технического прогресса смогла увлечь своими идеями группу ученых-генетиков, освоивших методы целенаправленных мутаций в биосфере. После долгих исследований полуразумных видов выбор был сделан в пользу четлан. Их неспособность к телепатическому общению рассматривалась, как ключевой позитивный фактор.

— И что же в нем позитивного? — удивился Рамзес.

— На первый взгляд, ничего, но вспомните, что никто не планировал делать четлан разумными. Генетикам нужны были легко управляемые слуги, коборты. Их задачей было не думать или созидать, поскольку это мы оставляли за собой, а осуществлять сложные механические операции. Для подобных действий тела леомуров приспособлены плохо.

— Но ведь телепатическое управление требует хотя бы минимальных способностей к восприятию, — возразила Таира.

— Вот на это и были направлены основные усилия группы генетиков — развить способности принимать, оставив умение передавать в зачаточном состоянии. И им это удалось, так у лиатов появились первые, мало чего знающие и мало чего умеющие, но относительно сильные и ловкие слуги. Нововведение оказалось успешным, действительно, легко управляемые коборты существенно повысили комфортность и безопасность жизни леомуров. Маленький, захудалый род четлан начал множиться и развиваться, усилиями хозяев существенно обогатился словарный запас верных слуг.