Демонология и охота на ведьм. Средневековые гримуары, шабаши и бесовские жонки - Марина Валентиновна Голубева

никогда не оправдывала своих жертв. В лучшем случае в приговоре была формулировка «обвинение не доказано», но это не означало, что оно не могло быть доказано в будущем. Бегство обвиняемого или его самоубийство считались однозначным доказательством вины.

Один из крупнейших исследователей инквизиции, американский историк Генри-Чарльз Ли (1825–1909) писал:

Прав был францисканский монах Бернар Делисье, публично заявивший в начале XIV века в присутствии французского короля Филиппа Красивого, что инквизиция при существующей системе могла обвинить в ереси самих святых Петра и Павла и они были бы не в состоянии защитить себя. Им не представили бы никаких конкретных обвинений, не ознакомили бы с именами свидетелей и их показаниями. «Каким же образом, — вопрошал Бернар Делисье, — могли бы святые апостолы защищать себя, особенно при том условии, что всякого, явившегося к ним на помощь, сейчас же обвинили бы в сочувствии ереси?»[139]

Однако в первом столетии существования инквизиции о ведьмах речь еще не шла. Известен даже официальный запрос папе римскому, сделанный инквизицией в 1258 году: чиновники священного отдела интересовались, «следует ли принимать во внимание чары и колдовство». Но разрешение на преследование ведьм и колдунов тогда получено не было, потому что ересью чародейство не признали, а дел у инквизиции хватало и с настоящими еретиками. Но уже к XV веку о ведьмах и колдовстве стали говорить чаще.

Пожалуй, самая известная и описанная в многочисленных источниках казнь этого периода состоялась 30 мая 1431 года, то есть еще до начала охоты на ведьм. Справедливости ради надо отметить, что к охоте казнь и не имела прямого отношения, но обойти вниманием эту историю невозможно.

Речь пойдет о Жанне д’Арк, Орлеанской деве, национальной героине Франции, сыгравшей важную роль в Столетней войне между Францией и Англией. Точнее, эта роль в основном сводилась к возведению на престол нерешительного дофина Шарля — будущего короля Карла VII (1403–1461). Несмотря на традиционное прославление военных успехов Орлеанской девы, они были не столь уж велики, хотя ее роль в повышении боевого духа французов несомненна. Но нас интересует другое.

Удивителен даже сам факт того, что семнадцатилетняя девушка родом из крестьянской (пусть и зажиточной) семьи смогла встретиться с наследным принцем и убедить его в необходимости дальнейшей борьбы. Более того, Жанна возглавила войско и смогла убедить воинов следовать за ней. В ту эпоху это казалось какой-то совсем нереальной фантастикой. Скорее всего, без колдовства тут не обошлось, говорили в народе, называя Жанну д’Арк ведьмой. Однако казнили ее не за колдовство, а за ересь. Главная причина, конечно, была политической: уж слишком популярной и неудобной фигурой стала Орлеанская дева.

Пленение Жанны д’Арк в Руане

Пьер Анри Вевиль. 1819. The Metropolitan Museum of Art

Но и мотив для привлечения Жанны к суду у инквизиторов тоже был. Экзальтированная девушка всем рассказывала о своих видениях, о святой Маргарите, святой Екатерине и архангеле Михаиле, которые призвали ее помочь королю спасти Францию. То, что обычная крестьянская девушка заявила о своей богоизбранности, о поддержке не только святых, но и самого архангела Михаила, уже было святотатством. К тому же она занялась совсем не подходящим для женщины делом, да еще и нарядилась в мужское платье. Это ниспровергало многие устои католицизма и не могло не считаться ересью.

Но вот ведьмой в документах судебного процесса Жанну назвали только один раз, а затем это было вовсе вычеркнуто. Официальным обвинением стало впадение в ересь. Впрочем, в те времена и масштабные процессы над ведьмами еще не начались.

Политическая же подоплека судебного процесса была проста. После нескольких военных неудач авторитет Орлеанской девы при дворе короля серьезно снизился, и, когда 23 мая 1430 года Жанну захватили в плен бургиньоны[140], союзники англичан, Карл VII просто не стал платить за нее выкуп. После неудачной попытки побега бургиньоны передали Жанну англичанам, а те привлекли к судебному разбирательству католических священников, которые нашли основания для смертной казни бывшей чуть ли не святой.

Много лет спустя обвинения в ереси сняли, а почти через пятьсот лет, в 1920 году, католическая церковь канонизировала Жанну д’Арк и объявила ее святой покровительницей Франции.

История эта показательна, во многом символична и хорошо демонстрирует и нравы, и экзальтированную эмоциональную атмосферу того времени. Однако к охоте на ведьм эта история отношения не имеет, хотя во многих современных источниках указывается, что Орлеанскую деву сожгли как ведьму. Но это не так[141].

Ордалии

Нельзя не признать, что колдунов и ведьм казнили, в том числе сжигали на кострах, задолго до появления инквизиции. Однако судили их не за колдовство как таковое и не за сговор с дьяволом, а за использованием магии во вред людям. Одним из первых описанных случаев стала казнь ведьмы в 1128 году во Фландрии. Некая женщина плеснула водой на одного вельможу, а тот вскоре слег от болей в сердце и почках и через некоторое время умер. Родственники вельможи подали в суд, ведьму арестовали и казнили.

В 1285 году в Тулузе сожгли первую женщину, обвиненную в сексуальных связях с дьяволом, и суд установил, что ребенок, родившийся от этого греховного соития, был помесью волка, змеи и человека[142]. Возможно, в связи с распространением слухов о злонамеренном колдовстве 13 декабря того же 1285 года папа Александр IV выпустил буллу, направленную против черной магии и тех, кто ею занимался. Эта первая официальная булла против колдовства была адресована инквизиторам-францисканцам.

Однако чаще с теми, кого подозревали в колдовстве, местные жители расправлялись самостоятельно — иногда под руководством священников или правителей (графов, баронов, городских бургомистров), иногда по собственной инициативе, не прибегая к судебным проволочкам.

Самосуд в отношении ведьм был обычным делом, тому существовало множество примеров как до появления инквизиции, так и после. В сельской местности, да и в городах тоже, не всегда ждали приезда представителей святого отдела и результатов их расследования, тем более приглашенным инквизиторам нужно было платить. Поэтому следствие и дознание часто заменялось древним обычаем ордалий — Божьего суда.

Ордалии применялись двух видов: испытание огнем и испытание водой. Голландский богослов Бальтазар Беккер (1634–1698) так описывает испытание огнем в своем знаменитом сочинении Die bezauberte Welt («Заколдованный мир»):

Священник в полном облачении кладет на находящиеся на алтаре пылающие уголья железный болт, несколько раз перед тем окропленный святой водой, затем поет песнь, которую пели три отрока в огненной печи, дает обвиняемому в рот просфору, заклинает его и молится, чтобы Бог открыл или его вину, если раскаленное железо, вложенное в его руку, сожжет его, или же его невинность, если он останется невредим. Обвиняемый должен