Крылья Огня: Пророчество о дракончиках - Белоусов Алексей

— Завтравидец. Тот самый, кто получил пророчество о нас. Скоро мама расскажет, что он прилетает завтра…

Глава 11

— Да не может быть. Что он тут забыл? — беспокойно заворочался Глин. — Все шесть лет он сюда и носа не казал, а тут вдруг решил.

— Если я видел видение, значит это почти неизбежно. Мама прилетит с новостью и соберёт нас… — в отдалении, у входа, раздались тихие когтистые шаги. — А вот и уже прилетела.

Звёздолёт сразу нацелился на её мысли. Он бы и сам хотел, чтобы это видение не было правдой, но первые же мысли разрушили эту надежду с силой несущегося с горы камня.

«Завтравидец придёт. Вот что мне сказали. Я должна предупредить кузину о его прилёте и встретиться с ним на границе нашей семейной территории. И что он тут только забыл? Шесть лет ему было совершенно всё равно, и тут он вдруг решил появиться! Надо сообщить Дюну и Ласту… а хотя, Звёздолёт же уже наверняка прочитал мои мысли, так чего бы не всем остальным». Её мысли были окрашены той же самой смесью, что он ощущал от неё в видении: замешательство, густо замешанное со злостью, и страх, который она всеми силами пытается подавить, чтобы не показывать его перед детьми. Ведь если даже мама боится, то дети тем более испугаются, почувствовав это в её запахе!

— Общий сбор! Общий сбор в озёрной пещере! Всем явиться, взрослым и детям! — прокричала Кречет, проходя мимо гнездовой пещеры. Сразу же заслышались другие шаги — неровные прихрамывания Бархана да лёгкие шлёпания перепончатых лап Ласта. Вслед за ними вышли и драконята, идя за своей мамой.

В пещере взрослые собрались возле неё, а дракончики расселись кружком. Она полностью стояла на лапах, бессознательно стараясь казаться выше, и наконец заговорила — прямо так, как он видел:

— Наверняка вы всё уже знаете от своего мыслечитающего брата, но я повторю. Завтравидец прилетит на следующий день. Будьте готовы. Охота отменяется. Пирит и Уголёк сегодня улетают со мной, а завтра я встречу его на границе территории.

— Почему мы должны улетать? — встрепенулась Пирит, невольно разогреваясь от мысли, что опять придётся жить у тёти, а то и у бабушки! Снова сидеть в отдалении от дракончиков, наблюдая как они играют, или слушать как читает брат…

— Потому, что… в пророчестве сказано о пяти драконятах. Не семи. Пятеро останутся тут, он увидит их и будет доволен.

— Не будет, мама, — негромко сказал Звёздолёт. — В пророчестве сказано о крыльях неба. То есть, с нами должен расти небокрыл, вылупившийся, как и мы, в Ярчайшую ночь. А у нас вместо него дождекрылка. Это наверняка ему не понравится, и для этого даже не нужно быть пророком.

— И что ты предлагаешь? — нетерпеливо спросила Кречет, снедаемая мыслью о том, что этот большой дракон может что-то сделать с её детьми.

— Может, лучше с нами останется Пирит? Близнецовое яйцо с ней было большим, как и сказано в пророчестве. Мы скажем, что она вылупилась с нами.

— Она немного больше вас. Он догадается, что она на год старше Ярчайшей ночи. Это тоже ему не понравится!

— Мы скажем, что это аномалия от того, что она огнечешуйка.

— Кто-то может случайно подумать о правде и он прочитает эту мысль! — беспокойно аргументировала мама.

— А если оставить Славу, ему даже не придётся их читать! — горячо отвечал Звёзолёт.

— Я предлагаю рассмотреть как будут разворачиваться оба наших вариантов, — наконец подал голос Ласт, видя, что предположения начинают заходить в тупик. — Что будет, если останется Слава, и что будет, если останется Пирит.

— Я ж вообще не подумала, что есть второй вариант, забыв про детали этого долбанного пророчества… — наконец сказала Кречет. — Что ж, посмотреть что будет хорошая идея. Звёздолёт, ты же не против так сделать?

— Нисколько. Это вопрос безопасности нашей семьи. Я должен посмотреть всё. Дайте мне время, пожалуйста.

— До сумерек у тебя оно есть.

— Я закончу раньше, — ответил Звёздолёт, сразу садясь и закрывая глаза, прямо тут, на берегу пещерного озера, погружаясь в своё полное звёзд небо.

Оно послушно развернулось перед ним. Большое — нет, бескрайнее, притягательное, перемигивающееся всеми доступными вариантами. Он с радостью упал в него, держа в уме свой вопрос — что, если с нами останется Слава?

***

Фигура Завтравидца, кажется, заполняет всю пещеру. Только мама рядом помогает, своим присутствием не давая поддаваться страху и склониться в подчинённую позу.

Она нависает над ними как огромная обсидиановая скала — настолько большая, что даже мама на голову ниже него. Он смотрит на них оценивающе, с холодным интересом, без даже малейшего проблеска заботы — скорее как на инструменты, нежели как на подростков. Жалко, что в видениях мысли нельзя прочитать! Только запахи, звуки и свет… Наверняка он просмотрел мысли абсолютно всех в этой пещере!

Он прошёлся перед стоявшими перед ним дракончиками, цепким взглядом и раздвоенным языком наблюдая за каждым изменением их позы и запаха, отдельно задержав взгляд на каплеобразных чешуйках у глаз Звёздолёта — и, наконец, заговорил:

— Итак, все на месте… а что это? — его морда дёргается в сторону Славы. — И что ты можешь, бесполезная дождекрылка?

— Она может многое! — не выдерживая, выпаливает Цунами. Да он её ж явно подловил! — Она наша ядовитая поддержка!

Славе потребовалось едва ли полсекунды, чтобы приготовить клыки — и из расклиненной пасти вылетают две полоски мутно-белой жидкости. Они полетают мимо явно шокированной морды ночекрыла, и впечатываются в стену рядом, образуя область примерно с лапу взрослого дракона:

— Если бы я хотела, этот яд полетел бы вам в точно глаза — и обеспечил бы пару часов хорошего сна, — Слава убирала клыки обратно и закрыла пасть, казалось откровенно скучая даже произнося эти слова. — Если нужно, остальные бы завершили начатое.

Завтравидец за секунду убрал шокированное выражение с морды, его запах опасности сменился на ровный запах слабого интереса:

— Что ж, способности вашего племени оказались не только слухами. А теперь покажите, как вы действуете вместе.

Они разошлись по пещере, нападая на огнеупорные чучелки, изображающие врагов — единой формацией