Крылья Огня: Пророчество о дракончиках - Белоусов Алексей

***

Начало всё такое же. Фигура Завтравидца, кажется, заполняет всю пещеру. Только мама рядом помогает, своим присутствием не давая поддаваться страху перед ним. Он нависает над ними как огромная обсидиановая скала — настолько большая, что даже Кречет на голову ниже него. Взрослый ночекрыл смотрит на них оценивающе, с холодным интересом, без даже малейшего проблеска заботы — скорее как на инструменты пророчества, нежели как на подростков.

Он прошёлся перед стоявшими перед ним дракончиками, цепким взглядом и раздвоенным языком наблюдая за каждым изменением их позы и запаха, отдельно задержав взгляд на каплеобразных чешуйках у глаз Звёздолёта, и наконец заговорил:

— Госпожа Кречет, да вы никак решили подсунуть вместо дракончика пророчества свою дочь?

— Хвитур погиб, пытаясь донести небокрылёнка, — сразу заводясь, начинает Кречет. — Моя дочь более чем способна быть подходящим небокрылом вместо него.

— Я правильно понимаю, что вместо того, чтобы добыть новое подходящее яйцо, вы решили подменить его своей дочерью, что родилась на год раньше Ярчайшей Ночи?

— Господин Завтравидец, а вы бы хотели, чтобы вас встретили всего четыре дракона? Мы сделали всё, что могли, за то время, что у нас оставалось. Если ваше пророчество про это ничего не сказало, то это значит, что это в нём что-то не так! — в отличие от прошлого варианта, тут эскалация происходит куда быстрее… Мама уже подрагивает хвостом от плохо скрываемой злости. Оно и понятно, она наверняка воспринимает его слова как атаку на её ребёнка, а с такими у её инстинктов разговор короткий.

— Я бы хотел, чтобы вы следовали тексту и не меняли всё как вам вздумается! — вдруг взметается взрослый ночекрыл, одним движением тела и крыльев становясь как будто выше и больше. — И не смей подвергать сомнению мои способности, Кречет!

— Но всё остальное мы сделали точь-в-точь, — пытается охладить конфликт Ласт. — Ночекрылье яйцо принесено вами, небокрылье яйцо тёмно-синее из глубин моря, грязекрылье ало-красное, пескокрылье найдено вдали от соперничающих королев. Только с небокрыльим возникли проблемы. Может, надо что-то в тексте относительного этого момента понимать иначе?

— Хм… — вдруг начинает успокаиваеться Завтравидец, и его фигура опять возвращается к обычной. — В твоей идее есть рациональное зерно. В тексте ничего не сказано, что яйцо небокрыла должно быть в одной кладке со всеми остальными. Главное, что вылупилось оно в Ярчайшую Ночь. Что ж, я дам поручение Когтям мира, чтобы они нашли вылупившегося в это время драконёнка, и включили его в эту группу. А твоя дочь может отправиться домой в семью.

— Не думаете ли вы, что устраивать перестановки среди моих детей — это уж слишком? Когти Мира помогают вам, а не служат выражением вашей воли, если вы не помните, — намекающе, со скрытым порыкиванием, отвечает Кречет на подобные планы.

— Если ты не помнишь, Кречет, ты их опекун, а не мать, — последняя аж отшатнулась как от хлеющющего удара хвостом, явно не ожидая услышать такого. — Это драконята пророчества, а не твои дети, и ты просто должна удостовериться, что они ему соответствуют и просто вырастить их до совершеннолетия.

— Завтравидец, — начала впечатывать мама со слышным шипением в голосе, явно оскорблённая тем, как ей напомнили про то, что дети не её родные. — Я не позволю тебе играться с моими драконятами как с игрушками для услаждения твоего чувства идеального. Если тебе больше нечего сказать, иди прочь, и не испытывай гнев небокрылой матери!

— Кречет из Медночешуйных, — опасно посмотрел в её глаза ночекрыл, — тебе бы лучше не угрожать мне. А то если я восприму твои угрозы всерьёз, то последствия тебе могут не понравится. А теперь, пока мы не превратили наш разговор в бессмысленное соревнование мощи огня, я хочу поговорить с соплеменником наедине. Не бойся, Кречет, я его не съем — он, всё-таки, тоже ночекрыл, и ты знаешь, как мы относимся к своим.

— Хорошо. Но вы будете в пещере с одним выходом и я буду следить за выходом.

— Да сколько угодно, — как будто лениво согласился Завтравидец. — Пойдём, Звёздолёт.

Когда они уселись подальше от выхода, чтобы их точно не прослушали, взрослый ночекрыл начал всё так же:

— Интересные у тебя чешуйки у глаз… Ты уже обрёл свои способности?

Снова секундное замешательство. И всё тот же ответ:

— Нет… может, разовьются с возрастом? — всё то же неприкрытое враньё, по какой-то причине.

— Да, ты получишь их после совершеннолетия, — кивает Завтравидец. Он опять покупается на враньё! Да почему? — А пока послушай меня. Ночекрылы — это лидеры по своей природе. Ты должен вести за собой, должен обеспечить, чтобы подчинялись только тебе. А иначе ты будешь большим разочарованием для своего племени, особенно если из-за тебя пострадает репутация.

— А почему вы думаете, что я не веду из тени? — улыбается всё так же Звёздолёт. — Разве ночекрыл это не тот, кто прячется в тени, раскрываясь только для одного точного удара? Например, зачем мне вести в бой моих, если для этого есть грязекрыл с инстинктами Большого крыла, которые защищают целую группу эффективнее сознательных усилий?

— Что ж, а ты разумнее, чем я думал, — с улыбкой хвалит Завтравидец. — Как минимум, ты обладаешь способностью обернуть факты в свою пользу. Хвалю. Но раз ты говоришь, что ты уже ведёшь их из тени, то я дают тебе задачу, которую ты, как теневой лидер, выполнишь без труда. Ты должен сделать так, чтобы Пирит не хотела оставаться с вами, когда Когти Мира приведут подходящую замену. Ты наверняка уже знаешь методы, которыми это можно провести.

— Конечно, — соглашается Звёздолёт, вря и не выдавая этого даже запахом. — Сделаю всё в лучшем виде.

— Вот такой настрой я люблю, — кажется, просиял взрослый. — А после того, как пророчество исполнится, я заберу тебя на наш остров, и ты увидишь свою настоящую семью и соплеменников! А теперь пойдём обратно, пока твоя опекунша не решила ворваться сюда из-за того, что мы тут сидим слишком долго и тихо.

Они вышли к остальным, и Глин сразу подбежал, обнюхивая его на предмет всяких неприятностей, и мама едва удерживалась от того же. Завтравидец мазнул по ним взглядом, и со скрытой угрозой в голосе проговорил:

— Что ж, я надеюсь, вы все запомнили свои