Наследники Шамаша. Тени и пыль - Alexandra Catherine

— Ерунда или нет, — отмахнулась Атанаис. — Только в рождественский вечер вам следовало проверить каждый угол в библиотеке на наличие нашего любопытного братца, прежде чем начать целоваться.

Ишмерай остановилась как вкопанная и загремела:

— Этот паршивец нас видел?!

Атанаис снова рассмеялась:

— Ты не отрицаешь! Стало быть, это правда! Гаспар не врал!

— Я оторву ему уши!

— Берегись, сестрица, этот малец так гадко улыбался, пока в подробностях рассказывал мне эту душещипательную историю. Сдаётся мне, что-то тут нечисто!..

— Я не понимаю, зачем Марк поцеловал меня… — жалобно протянула Ишмерай. — Он хотел меня обидеть?

— Едва ли. Марк слишком уважает нашу семью, чтобы оскорбить одного из её членов. Думаю, ответ его поведению только один — младший сын короля без памяти влюблен в тебя и просто не смог удержать своё чувство.

Ишмерай густо покраснела, подумав уже о вчерашнем поцелуе, который подарила принцу сама, а он пылко принял этот подарок. И принимал так долго, что сердце жарко млело, а губы распухли. Она и представить не могла, что принц так хорошо умеет целоваться. И кто бы мог подумать, что от поцелуев так сладко кружится голова?

Атанаис обняла сестру и нежно прошептала:

— Какая же ты у меня ещё глупенькая, Ишмерай! Ничего не видишь и ничего не понимаешь!

— Быть может, я действительно мало вижу, но я в состоянии увидеть то, что ты сегодня постоянно о ком-то думаешь…

Атанаис тотчас погрустнела и вновь стала задумчива.

— За свою жизнь я наблюдала многих мужчин, но граф Сагдиард показался мне самым привлекательным из всех! Но я побаиваюсь его.

— Он же на целых девять лет старше тебя, — изумленно проговорила Ишмерай.

— В наше время совершаются куда более неравные браки, — усмехнулась Атанаис. — Я всю жизнь мечтала о супруге, качества которого превзойдут качества нашего отца. Боюсь ошибиться, но, полагаю, такие мужчины, как Александр, невысокого мнения о женщине. Они часто используют их для исполнения своих недостойных желаний, а после бросают. Александр смотрит на женщину, как на товар, который можно купить за любые деньги, как на вещь, которую можно выкинуть в любую минуту за ненадобностью.

— Какие страшные вещи ты говоришь!

— Зато правдивые…

— Граф Сагдиард уезжает через несколько часов следом за моим принцем, — печально пробормотала Ишмерай. — Что же теперь ждёт меня в этом доме?!

Поджидая Марка неподалёку от его комнаты, Ишмерай нетерпеливо мяла вышитый золотыми нитями платок. Слуги уже отнесли вещи принца вниз, приготовили королевскую карету, и все ждали лишь его одного. Наконец, девушка услышала, как молодой человек тихо закрывает дверь и идёт по коридору.

— Марк! — приглушенно позвала она.

— Что случилось?

— Твой отъезд — лишь твой каприз. Прошу, останься! Неизвестно, когда мы увидимся снова. В твоей академии такая жёсткая дисциплина.

Изумлённый и её бледным расстроенным видом, и мольбой в дрожащем голосе, и отчаянием в глазах, Марк захлопал длинными ресницами и покраснел.

— Поверить не могу, — немного оправившись от изумления, усмехнулся принц. — Сама Ишмерай Алистер просит… нет, умоляет меня остаться! Раньше ты вздыхала с облегчением, когда я объявлял о своём отъезде!

— Глупый! — вздохнула Ишмерай, ласково поправив ворот его колета, несмело дотронувшись до его пуговиц, очаровательно и трогательно сложив ладошки на его груди и столь малыми, но преисполненными женственностью жестами, разбередив душу молодого человека. — С недавних пор я здесь, как в тюрьме вплоть до того дня, когда смогу уехать в Сильван. Но когда это будет? Ну что тебе делать в Карнеоласе? Будто король не справится без тебя!..

— Ты до сих пор думаешь, что герцог отпустит тебя в Сильван? — покачал головой Марк. — После всего, что произошло?

— Батюшка не может быть так жесток, — проворчала Ишмерай. — Он знает, как сильно я этого хочу, как долго я об этом мечтала. Но когда я теперь увижу тебя?

— Едва ли твой батюшка впредь захочет, чтобы я ездил сюда, — прошептал Марк, опустив глаза. — А в Кеос он тебя не отпустит.

— Когда же мы увидимся? — в ужасе прошептала Ишмерай, поглядев на него такими глазами, что бедный принц едва не бросился перед ней на колени.

— Если пожелаешь, я могу попросить разрешения герцога навестить тебя в Селенаре.

Ишмерай засияла обворожительной улыбкой и произнесла, заговорщически понизив голос:

— Герцогу об этом знать необязательно.

Брови принца удивлённо взметнулись вверх, губ коснулась радостная улыбка, а за спиной его будто выросли крылья. Он долго вглядывался в глаза Ишмерай, будто пытался в глазах её отыскать ответ на безмолвный вопрос, о котором молчал его голос, но кричало сердце.

— Значит, — медленно, несмело проговорил он, и сам не заметил, как сжал её сильнее и притянул к себе. — Ты будешь ждать меня?..

— Я всегда жду тебя.

Марк выдохнул с жаром, просияв:

— Ответь-ка мне, почему ты не хочешь, чтобы я уезжал?

Ишмерай густо покраснела, смущённо опустила глаза, прильнула к его груди, спрятала на ней своё пылающее личико и нежно промурлыкала:

— Мне скучно без вас, Ваше Высочество.

Ответ явно не удовлетворил распалённое воображение принца. Он нахмурился и уже хотел задать куда более откровенный вопрос, как с первого этажа донёсся голос короля:

— Марк! Что ты там копаешься?

— Мне пора, — выдохнул принц и решительно направился к лестнице.

— Марк! — мучительно простонала Ишмерай, удержав его, нерешительно посмотрев на его губы и покраснев. — Пожалуйста, подожди.

Ей было так горько оттого что он уезжал, так сильно хотелось поцеловать его на прощание, и так упрямо восставал против этого её разум, что слёзы выступили на глазах. Они нерешительно мялись так долго, что потеряли драгоценные мгновения, и герцогиня, выходившая из своего кабинета, увидела, как резко отпрянули они друг от друга, так и не успев поцеловаться.

Чёрные глаза герцогини изумлённо метнулись к рукам Марка, которые всё ещё сжимали талию Ишмерай, к рукам Ишмерай, которые всё еще покоились на груди Марка, и вопросительно поглядели на обоих.

— Ваша Светлость! — сдержанно проговорил принц, учтиво поклонившись герцогине.

Он выпрямился, мужественно ожидая гневной отповеди,