Призрачная деревня - Юлия Михалева

часто повторяла этот рассказ, что уже и сама поверила в то, что на самом деле всё слышала.

Дорогой адвокат не помог – Морозов получил семь лет.

Через два месяца он повесился в камере, соорудив из футболки верёвку.

Его дочь так и жила в детском доме.

Ещё через месяц Таня вышла замуж за Золотухина и купила двухуровневую квартиру.

11

Это были очень счастливые пять лет. Счастье ведь в том, чтобы получать всё, чего ни захочешь, не так ли?

Валера ушёл из полиции, и они с Таней долго предавались деятельному безделью. Париж и Гонконг, Рим и Токио, Лондон и Дели – казалось, не осталось ни одного крупного города, о котором бы Таня не имела собственных впечатлений.

Но, оказалось, что и они выматывают. Вернувшись в город и решив передохнуть, Валера занялся автобизнесом – чем-то, связанным с торговлей машинами. А Таня стала мастерить картины из бисера, и так преуспела, что даже начала проводить онлайн мастер-классы. Нашлось много желающих платить за обучение, что было приятно, но бессмысленно: хотя и говорят, что много денег не бывает, а Таня не знала, куда ей ещё больше.

У неё на самом деле всё теперь было – всё, о чём только можно мечтать. Абсолютно всё – с тех самых пор, как два с половиной года назад родилась Евочка. Темноглазая, как отец.

– Когда-нибудь ты найдёшь колодец, – говорила ей Таня, поудачнее прикалывая к холсту бисерину. – Найдёшь – и будешь очень, очень счастливой.

Настолько счастливой, что даже не верилось. И до сих пор, бывало, казалось – сон всё это. Казалось – Таня такого не заслужила. Ведь кто она? Простая обычная женщина.

Евочка, конечно, пока ничего из сказки не понимала. Смеялась и кусала за ухо плюшевого зайца.

Всё начало портиться в одночасье.

Сначала был звонок со скрытого номера.

– Танечка? – спросил хрипловатый голос. – Та-ааа-а-нечка… Как у тебя дела?

И пусть тогда ещё ничего не случилось, она ощутила укол тревоги. На пороге стояло что-то недоброе, что-то, способное уничтожить всё.

– Хорошо. А кто это? – сухо спросила Таня.

Невидимый собеседник глухо засмеялся.

– Дай-ка Золотухина.

– Валер? – Таня протянула телефон мужу. Он сидел с ноутбуком в соседнем кресле – наверное, читал новости.

– Кто это?

Таня пожала плечами, в знак непонимания выпятив губы.

– Слушаю? – ответил он добродушно, но через пару секунд изменился в лице. Затем резко встал, смахнув со столика пульт от телевизора и даже этого не заметив, вышел из комнаты.

Таня приложила палец к губам, округлила глаза, показывая Евочке – дескать, это игра такая, где надо молчать – и на цыпочках прокралась за ним.

И, хотя он и прикрыл за собой дверь другой комнаты, где укрылся, услышала обрывки разговора:

– Ден, я не смогу помочь. Я больше там не работаю. Я и так сделал всё, что мог, да пойми же, – с отчаянием уговаривал муж кого-то.

– Кто это был? – спокойно спросила Таня, когда он вернулся. К этому времени она уже снова была у холста, напомнив Евочке, что игра продолжается.

– Да так… Старый знакомый. Номер мой не нашёл, а твой выяснил через сайт твой с картинами. Вот тебе и позвонил. Извини, больше он не побеспокоит.

Холод, пробежавший по телу, и судорожный спазм где-то в районе желудка – так вот и разговаривает интуиция – сулили обратное.

Больше всего просто хотелось забыть об этом звонке, выбросить его из головы, как будто его и не было – подумаешь, пробежала невзрачная тучка по ясному сочному небу. Но не вышло: звонки продолжались.

Таню, действительно, больше не беспокоили, звонили напрямую Валере. Но это точно были «они» – те возмутители спокойствия, после разговоров с которыми он становился сам на себя не похож. Голос его дрожал, а сам он потихоньку, думая, что Таня не видит, прикладывался к бутылке.

Однажды Валера встретил её после занятий йогой – у самого входа в фитнес-центр. Взял за плечо, отвел в сторону. Глаза его блестели и бегали – суматошные, как у безумного. Говорил быстро – так быстро, что половина слов просто не достигала сознания. А та, что его достигала, отказывалась пониматься.

– Квартира куплена на твоё наследство, только придётся это доказать, когда будет арест имущества. Ты не должна пострадать.

– Какой арест? Какая квартира?..

– Ты только их не слушай, Танюша. Они всякое про меня скажут, но ты ведь меня знаешь, правда? Не верь, ладно?

Больше она Валеру не видела.

Он сказал, что уедет и какое-то время не даст о себе знать. Но дал. Всего дней через пять она увидела в новостях, что задержали и его, и некоего Потапова.

«ОПГ», «рейдерство», «счета», «коррупция», «вымогательство», «мошенничество»… Что за дикие слова – разве могут все они быть в связке? И почему все они в одном сюжете, в том, где говорят о Валере?!

Слушать подробности о том, в чём он подозревался, Таня была не в силах. Выключила телевизор и разрыдалась, напугав Евочку.

Счастье рушилось.

12

Обыск в квартире, допрос в полиции. Видимо, и саму Таню теперь подозревали в активном соучастии, но заходили издалека – хоть и держали на крючке, но не подсекали пока. Рассчитывали, как видно, что ещё к чему-нибудь приведёт.

Евочка пугалась шумных чужих людей и плакала. Стала спать беспокойно, икая во сне.

Валерины вещи забрали – включая ноутбук. И пусть – она успела заглянуть в него ещё до обыска. Выяснила, что за новости он читал. Не в первый раз изменяли Тане – но от Валеры, она, признаться, не ожидала, что он станет рыскать по сайтам знакомств и снимать там дешёвок. Зачем? У него же ведь были деньги. И ей – признаться – было бы не настолько досадно знать, что делила его с юной длинноногой моделью, а не потасканными девками.

Судя по тому, что довелось прочитать, с одной из них он встречался годами, и, как видно, имел серьёзные намерения. «Когда дочь пойдёт в школу…»

Звонили журналисты.

– Как вы прокомментируете арест Валерия Золотухина?

Таня нажимала на отбой, а потом и вовсе перестала отвечать на любые звонки.

Один раз по привычке ответила.

– Пять лет назад вы выступали свидетелем по делу Морозова. Есть версия, что оно было сфабриковано, и что Валерий Золотухин в сговоре с Денисом Потаповым нанёс Марине Потаповой телесные повреждения средней тяжести…

– Что?

– Вам было об этом известно, когда вы давали показания? Золотухин вас принудил угрозами?

Отключив все телефоны, Таня попыталась прибраться в квартире – в руинах прежней счастливой жизни. Быть может, если исчезнут следы боевых действий, и вокруг всё вернётся в мирное русло.

Руки опускались. Сил для уборки не было. Да и зачем это всё? Надо позвать домработницу, а самой уехать с Евочкой на весь день. К вечеру всё тут будет в порядке.

Таня машинально открыла нижний ящик шкафа, где лежали старые альбомы мамы – немногое, что