Призрачная деревня - Юлия Михалева

Неважно: раз они есть, значит, куда-то ведут. Нужно отважиться и попробовать проехать по тропинке – а затем двигаться по одной из них. Это точно будет поэффективнее, чем бесцельное блуждание в лесу. Но для начала не помешает осмотреться.

Таня вышла из-за деревьев – и неожиданно увидела колодец. Он стоял прямо на пересечении дорог. Странно, как она могла не заметить его мигом ранее?

«Стоит не возле жилья, а в месте глухом и безлюдном, там, где и пить толком некому. Да ещё и на пересечении дорог».

Всё было как в маминой сказке.

Из-за блуждания в лесу нервы сдавали – Таня одновременно громко всхлипнула и рассмеялась.

«Ты подойди к нему, непременно слева, и внутрь загляни, в глубину».

Отчего бы, в самом деле, не подойти? Всё равно всё шло наперекосяк – сегодняшний день для любых дел потерян.

Таня подошла.

«Увидишь: там, в самом низу, человек сидит».

Тихо, безлюдно. Всё казалось каким-то ненастоящим. Но всё-таки не настолько, чтобы всерьёз подумать о том, будто на дне колодца кто-то может сидеть.

Таня сделала шаг к самому краю и посмотрела вниз, рассчитывая увидеть воду или тёмную глубину.

Там, в самом деле, было и темно, и довольно глубоко.

На дне что-то было, и оно шевельнулось, подняв к Тане белое пятно. Лицо?

Таня отшатнулась.

Нет, нет, нет. Этого не может быть!

Видимо, она просто сходит с ума. Депрессия после смерти мамы, вечный стресс на работе – а теперь ещё заблудилась в лесу. Вот и всё – разом аукнулось.

Нужно глянуть снова – наверняка показалось.

Но и на этот раз на дне колодца сидел человек в капюшоне.

Сердце колотилось о грудную клетку. Способно ли оно пробить её изнутри?

Его кто-то привёз сюда и спрятал в лесу. Он чей-то пленник. Это преступление, а не волшебная сказка.

«Монета», – отчётливо прозвучало в голове. Дико и странно, но голос показался чужим – не внутренний голос Тани, что-то совсем другое, извне.

Ладно, ладно. Что она теряет?

Пальцы дрожали, нащупывая неподатливую застежку. Таня сняла простую цепочку, с неё – монету.

До чего жаль с ней расставаться!

Так, неважно. Нужно что-то пожелать.

Что?

В детстве Таня старательно обдумывала желания – копила их, записывая и переписывая в особой секретной тетрадке, чтобы потом, когда придёт час и она найдёт колодец, сформулировать максимально чётко.

Но детские желания, конечно же, ни на что не годились. Ей давно совсем ни к чему ни сестрёнка, ни собака. Теперь – даже мамино здоровье.

Мир во всём мире? Глупость.

Счастье до конца дней? Так не пойдёт: мама говорила, что нужно просить конкретное, а не абстрактное.

Деньги? Да… Деньги бы Тане не помешали. Но сколько же? Сколько просить?..

Но что за радость, если она всё так же будет одна – пусть и с деньгами?

Значит, семья.

Таня подняла монетку над колодцем и шепнула:

– Хочу, чтобы у меня были деньги. Миллион долларов. И семья. Муж, который будет меня любить, и здоровый ребёнок.

Она разжала пальцы и замерла, ожидая… Чего?

Кровь стучала в висках – а больше ничего не происходило.

Таня снова глубоко и громко вздохнула, и пошла, не оглядываясь и стараясь ни о чём не думать, обратно к тропе, которая должна была вернуть к машине.

Привиделось – вот и всё. Отблеск, на худой конец – животное.

А монетки жаль, очень жаль.

Таня села в машину, но не стала пытаться выбраться на перекрёсток – снова поехала прямо.

Вот и упавшее дерево, вот и забор слева, и поворот.

Вот и посёлок.

Подгнившие деревянные половицы скрипели, грозя обрушиться. Осторожно ступая, Таня живо представляла себя со сломанной шеей на дне сырого тёмного погреба.

– Да вы смелее проходите. И под ноги меньше смотрите. Выдержит пол – проверено, – подмигнул племянник покойного домовладельца.

Неприятный тип лет сорока, потный, с нечёсаными курчавыми волосами и перегаром. Похотливый взгляд щупал Таню, вызывая брезгливость и тревогу.

До чего же мерзко!

Дом был под стать наследнику: грязный, вонючий и неухоженный.

Впрочем, если выбирать между ним и улицей, то он вполне пригоден для жизни. Всё, о чём говорилось по телефону, оказалось в наличии – и из надворных построек, и из внутренних помещений. Уже неплохо – обычно владельцы любили добавить к портретам своих хозяйств лишние комнаты и сараи.

Измерив несколько стен привезённой с собой рулеткой, Таня убедилась, что и их параметры соответствуют озвученным.

– Вон там, справа, ещё комната. Будете смотреть? – племянник подкрался ближе, и обдал зловонным дыханием шею.

Таня не сдержалась – дёрнулась и поморщилась. Домовладелец гадко скривился – по его мнению, это, наверное, была улыбка.

От зубов – только чёрные пеньки. Пальцы в синих татуировках без лишних слов сообщали о жизненных достижениях.

– Вы бы не могли её открыть? Я отсюда гляну, – Таня старалась говорить дружелюбно, даже ласково.

Вспоминались разные истории о пропавших риэлторах. Вот так и становятся их героями: сейчас он бросится на неё, а потом тут и спрячет, в этом погребе. А потом позвонит Тамаре и будет долго возмущаться: «Ко мне никто не приехал! Сколько можно ждать?! Ну всё, раз так – я больше с вами не работаю. Обращусь, вон, к вашим конкурентам за углом. Вас – как навоза за баней, беречь клиента должны!..»

Племянник молча выполнил просьбу и отошёл в сторону, чтобы Тане было видней.

Маленькая комната оказалась забита хламом – из-за двери выглядывали, рискуя выпасть, допотопная швейная машинка и велосипед – но, во всяком случае, она действительно была. Стало быть, здесь четыре комнаты и кухня.

Если Тамара вдруг решит не держать этот дом про запас, а выставить на продажу, то по описанию он будет смотреться настоящим загородным коттеджем. И как же будут разочарованы те, кто потащится ради него в такую даль!..

Впрочем, вряд ли это случится. Такие дома – для тех, кто погряз в долгах настолько, что вынужден проститься с последним, что до сих пор оставалось – с крышей над головой.

Цена была низкая, даже ниже, чем обычно.

– Да-да, всё верно, – подтвердил племенник. – Что я – цену ему не знаю?

Он держался на расстоянии и, в общем-то, не проявлял никаких признаков желания напасть. Таня немного успокоилась – и вновь подумала о колодце.

– А какое здесь водоснабжение?

– Не, воды нет. Всё по старинке: и удобства, и отопление. Есть только свет. А насчёт воды – тут колонка недалеко.

– Покажете?

Она смутно надеялась, что домовладелец отведёт к тому самому колодцу, куда она сбросила заветную монетку – и тем самым подтвердит, что всё это ей не привиделось.

Но нет. Пройдя немного по улице – ноги утопали в отвратительной холодной жидкой грязи: даже в городе весь месяц снег то таял, то снова шёл – они остановились. Таня оторвала глаза от жижи.

– Вот она, – шмыгнул провожатый.

Обычная уличная колонка – такие и в старых городских районах кое-где сохранились. Местная