Призрачная деревня - Юлия Михалева

тщеславие толстухи Никишиной, и совсем другое – покушаться на то, что в глазах других свято.

Нет, это всё чересчур.

«А ты находчивый, – беззвучно сказала Марвана. – Часовня уже догорает».

Боже, куда всё зашло! Денис не хотел в это верить.

– Откуда ты знаешь?

«Я всё видела».

– Как?

– Муррр…

«Какая разница? Я лучше другое тебе скажу. Вот что: первое моё желание ты выполнил. И даже больше сделал, чем я хотела».

Денис закрыл глаза. Вдруг очень захотелось спать.

– И что теперь? Какое второе?

«В деревне есть жёлтый двухэтажный дом – он там один такой. Поднимись на второй этаж, открой левую дверь…»

– Как? Она будет не заперта? – он откинул голову, оперев её об стену.

– Хфф…

«Ну, этого я тебе не скажу. В общем, ты должен её открыть. Потом иди всё время прямо до самого конца. Возьми то, что увидишь в конце перед собой. Уноси и закопай на поляне, где мы встретились. Там, где капкан на меня ставил».

Денис вздохнул. Если не думать о том, что придётся проникнуть в чужую квартиру, то всё звучало совсем не так плохо, как в первый раз.

– Ясно.

«А теперь открой глаза».

Клетка была пуста. На кровати рядом с Денисом сидела обнажённая женщина. От её пышной груди глаза оторвать сложно – всё остальное фоном уже: и рыжие кудрявые волосы по плечам, и лицо хищное, заострённое. Кожа белая, тёплая, шероховатая и чистая – чистая – ни родинки, ни веснушки.

Не только увидел Денис, но и ощутил и нос острый, и брови дугой, и умелые мягкие губы – тонкие, красные.

А глаза – если открыть свои – всё те же, так хорошо знакомые. Лукавые. Травянистые.

11

Следуя указаниям Марваны, Денис нашёл нужный дом без особых хлопот. Как обычно, спросил у кого-то из местных. Как обычно, они, всезнающие, указали, куда идти.

Сырая, вонючая сталинка. Странно, что она здесь одна такая среди деревянных домишек разной степени ветхости: от грозящих рассыпаться, кривых и втоптанных в землю до аккуратных, выкрашенных, «с иголочки». Или лучше сказать – с молотка и пилы?

Деревянная ступенька под ногой хрустнула, отвлекая от архитектурных мыслей. Вот он, второй этаж – и дверь. Легкомысленно тонкая, фанерная. И отчего они тут так неосмотрительны?

Денис постучал несколько раз, долго ожидая реакции. Но было тихо, одинаково тихо. Не шелохнулись и за другой дверью на площадке.

Видимо, в квартире никого. И что он с этим сделает? Денис не вор и не взломщик.

На двери – только один замок. Старый-престарый. В детстве Дениса их звали «английскими». Примитивнейший механизм, но подлый – захлопывался и не пускал хозяев обратно. У родителей тоже когда-то такой стоял, и они тоже не понаслышке знали, как это – остаться перед собственной запертой дверью.

Всегда говорили, что такие замки просты для взлома. Будто и ребёнок с ним справится.

Взгляд упал на деревянный ящик между квартирами. В таких обычно держали картофель. Сверху лежала стопка газет, а на них – гвоздодёр.

Слухи не обманули: замок легко поддался… или, точнее, Денис его просто вывернул с корнем, поддев.

Что же он творит? Хотя… Надо было бояться, что поймают в часовне. Попытка забраться в чужую квартиру в глазах окружающих точно будет выглядеть лучше.

Ладно, что дальше?

Нельзя всё же исключить, что в квартире кто-нибудь есть. Он мог услышать шум, возню с замком и затаиться. А то уже и вызвал полицию.

Ну и что теперь? Он просто сбежит?

Денис открыл дверь и вошёл, оказавшись в узком длинном коридоре. На полу лежала советских времён лысоватая дорожка, и она вела туда, куда и сказала Марвана: прямо.

Не особо осматриваясь, Денис пошёл по ней – она упёрлась в большую и довольно пустую комнату. Из мебели – шкафы у одной стены да обшарпанный диван. Прямо – окно. Под ним на таком же, как и дорожка, затёртом ковре, тискал коричневого щенка ребёнок лет полутора. Поодаль улыбался нарисованным на боку смайлом красный мяч.

Нет. Безоговорочно нет.

Нет!

Даже представить это Денис не мог.

Да как она вообще такое пожелала?! Подумала, что он выберет между щенком и ребёнком?..

Денис сделал шаг назад, и снова зацепился за улыбку мяча. Пусть он и лежит гораздо левее, но ведь всё-таки – почти в центре.

Денис схватил его и выбежал из квартиры.

Наверное, он походил на безумного, когда едва ли не бегом бросился к лесу с красным шаром в руках.

И только закопав его на поляне, отдышался. Пора было возвращаться домой – к клетке с Марваной.

«Не всякая находчивость одинаково хороша».

Она была недовольна. Кряхтела, била хвостом о прутья.

– Но ведь я сделал, что ты просила.

– Уи-иии…

«Ты хотел быть хитрее меня».

– Но ведь ты же не думала, что я украду и закопаю ребёнка? – улёгшееся возмущение поднялось снова.

«Мы договорились, что ты исполнишь мои желания… Ты забыл?»

– Скажешь – не считается – и на этом хватит с меня, – Денис и сам от себя не ожидал подобной категоричности.

«Хм. Считается».

– Тогда какое третье?

Голос Марваны ушёл из головы. Слышалось только внешнее раздражённое воркование.

– Так что ещё сделать? – подождав минут десять, напомнил Денис.

«Скажу завтра».

Марвана раздражённо вздохнула.

Денис вытащил из-под кровати очередную тайком унесённую из погреба бутылку с настойкой, открыл, отхлебнул прямо из горла.

В комнате стояло напряжение. Оно не прошло ни через полчаса, ни через час.

– Так ты живёшь в лесу? В траве? Поэтому тебя называют травянистой? – начал он разговор в надежде на примирение.

– Ффф…

«Я там охочусь».

– И кого ты ловишь?

– Хххее…

«Людей!»

Денис усмехнулся.

– И высасываешь души у спящих.

«Ну нет уж. Душами не сильно наешься. А ещё я не пускаю сюда тех, кто приходит без спроса».

– Почему? Ты заботишься об этой деревне?

«Нет… Я исполняю желание. Так захотела мамочка. Ммм… Мамочка… Меня поймала мамочка…»

Денис вспомнил рассказы Верки. Она советовала насыпать вокруг травянистой соль – но он этого не сделал.

– Так ты служишь моей тётке? Обориной?

«Служу? Нет… Ты не слушаешь? Я просто исполняю желание. И потому сейчас не могу съесть мамочку. Но очень, очень хочу… Может быть, когда-нибудь…»

Денис вздрогнул и сменил тему:

– А откуда ты пришла?

«А ты точно хочешь увидеть?»

Нет! Ни за что! И в мыслях не было – и не о том ведь он спрашивал!

Но губы снова раскрылись помимо воли:

– Точно. Хочу.

Кажется, приезжал брат.

Кажется, заходил в комнату.

Кажется, ему сказали, что Денис слёг с высокой температурой.

И он действительно лежал. Не мог ни встать, ни ответить, ни молить о помощи.

Он мог о ней только мечтать.

Одна часть его сознания – хоть и помрачённая – по-прежнему была в доме Обориных, зато другая блуждала там, куда никому никогда попадать не стоит.

12

«Готов выполнить третье желание?»

Всё закончилось: Денис снова был в комнате. Весь, полностью.

Окно распахнуто. Видно и чёрное небо, и молодой месяц. Он где-то далеко, недосягаемо далеко, не то, что огромная фиолетовая сфера с чем-то жирным, чёрным, живым внутри. Она находилась между