Мертвое солнце - Александра Христова

Остальные кинулись нас растаскивать, забыв, собственно, с чего все началось. Кто-то в запале с размаху съездил мне локтем по многострадальному затылку, и перед глазами заплясали веселые цветные мушки. Я замер. Нет уж, мне мое здоровье еще дорого. Вам надо — вы и выпутывайтесь, а мне и так неплохо.

Наконец, меня за косу вытащили из кучи-малы и усадили на снег. Я потряс головой, пытаясь понять, какой же из четырех гномов и десятка близнецов настоящий, и попытался встать на ноги. С первой попытки не получилось, и я, откинувшись назад, блаженно зажмурился, глядя на солнышко. Хорошо, прохладно…

С того момента, как я попал в этот мир, прошло четыре улэда. Я попал сюда в начале местной осени. Сейчас же в самом разгаре зима.

Хотя какая это, ко всем демонам, зима? Да, прохладно, да, листьев на деревьях нет. Еще выпала куча серебристо-красного снега — гораздо больше, чем выпадает обычно у нас. Но погода была великолепная! По моему субъективному мнению, температура ни разу не опускалась ниже минус десяти, даже в самый холодный улэд. В среднем же она была где-то около минус пяти. Для меня, привычного к отвратительной питерской погоде и слякоти, такая зима была просто даром небес! Но все остальные почему-то мерзли и закутывались в кучу одежд. Мне же хватило куртки, теплых штанов с начесом, сапог и чего-то по типу полубанданы-полушапки. На меня косились и едва ли не крутили пальцем у виска. А что такого-то? Мне тепло, и я вовсе не собираюсь натягивать на себя по примеру остальных три пары штанов!

Правда, один раз замерз даже я — когда несколько дней подряд была сильная метель. Нет, мороза не было, но какой был ветер!.. Мне тогда даже показалось, что сейчас нашу казарму благополучно сдует и будем мы дружненько изображать Элли с Тотошками где-нибудь на необитаемом материке. Но обошлось. Казарма, хоть и скрипела так, что закладывало уши, выстояла и даже не покосилась.

— Лэсс, вставай! Замерзнешь!

— Не-а, — помотал я головой. — Не замерзну.

— Ну, смотри сам. — Эллисаан пошел к казарме, бурча себе под нос о невоспитанной молодежи и непочтении к старшим. Я улыбнулся.

Еще осенью, после того, как хозяйка впервые провела ритуал, а я провалялся пять дней, изображая из себя овощ на грядке, этот ушастый взялся меня опекать. Со стороны это было почти незаметно, но я отчетливо ощущал заботу рыжеволосого эльфа. Выражалась она в мелочах: то на тренировке мне покажут какой-нибудь хитрый, но очень простой прием, который обычно не используется, то в столовой повар специально для меня отложит самые вкусненькие кусочки. То замковый завхоз — нет, на самом деле эта должность называется совсем иначе, но я просто не мог выговорить это название, потому и говорил по привычке «завхоз» — выделит мне новые штаны взамен изодранных вусмерть джинсов.

Когда я поинтересовался, в чем дело, то ответил мне, как ни странно, не Элли, который предпочел промолчать, а Гроуд:

— Парень, не пытайся понять этого эльфа. Я знаком с ним уже шесть лет и понял, что если этот клыкастый чего-то хочет, то он добьется этого, даже если придется горы перевернуть.

Сам же Элли на мои прямые вопросы шутил и отнекивался, но при этом продолжал ненавязчиво опекать меня, словно любимого племянника. В конце концов я плюнул на попытки выяснить, в чем же дело. Захочет — сам скажет, а лезть к нему в душу я не собираюсь.

Кроме того, рыжий эльф был единственным, кто выхаживал меня после опытов хозяйки — даже близнецы стали от меня шарахаться, как от заразного. Официально считалось, что аура тройняшек вместо исцеляющего эффекта оказывает на меня абсолютно противоположное действие, но вот на самом деле… Кто знает? Но обидно мне было до невозможности.

Не раз и не два Элли буквально на себе притаскивал меня в казарму и отпаивал сомнительными настойками собственного приготовления, при этом нянчась со мной, как с новорожденным ребенком. Не то чтобы я был против…

Когда хозяйка вновь использовала на мне зов, прошла всего одна хаидэ после первого опыта. Я, еще не до конца пришедший в себя после пятидневного лежания, плюнул на все и решил не идти. В конце-то концов, не убьет же она меня? На ком тогда она будет опыты ставить?

Ха! Мне хватило одного удара током от ошейника, чтобы понять всю глубину моего заблуждения. Скинув сапоги, я едва ли не вприпрыжку понесся к замку, наплевав на то, что я вроде как еще болею и бегать мне не полагается.

На этот раз хозяйка возжелала видеть меня не в пещере, где проводила предыдущий эксперимент, а в банальной пыточной камере. Ну почему, почему у нее в замке такие ледяные полы? Вот получу переохлаждение организма, совсем разболеюсь — и кто меня тогда лечить будет? Только Эллисаану я, пожалуй, интересен. А у него тоже терпение не резиновое!

Кроме надменной леди там был огромный, волосатый и жутко вонючий мужик. От исходившего от него амбре у меня мгновенно заслезились глаза, заложило нос и запершило в горле.

— А-апчхи-и! — громогласно чихнул я, зажимая нос пальцами. Ну и вонь! Ох, это что — новое суперсекретное химико-биологическое оружие массового поражения? А на мне проводят полевые испытания, что ли?! Если так, то они удались! Дышать нечем.

Хозяйка нахмурилась и приказала мужику:

— Взять его.

Мужик мерзостно осклабился во все свои четыре черных зуба и шагнул ко мне. Я попятился, не обращая внимания на рывки ошейника и яростно чихая. Блин, этот мужик хоть раз в жизни мылся? Или он рыцарь, у которого «два сантиметра — не грязь, а три — само отвалится»? Ой, фу-у-у, меня сейчас стошнит!

— Иди сюда! — Мужик протянул ко мне грабли. Ой, это что у него? Навоз?! Фу… Нет, я не брезглив и, если приспичит, могу даже устроить заплыв в канализации, но хоть иногда мыться-то надо?

— Убери от меня свои вонючие конечности! — каюсь, сорвался на позорный визг. А что поделать, если я не переношу сильные запахи, причем любые? Мне даже в парфюмерных магазинах плохо становится, а там запах гораздо слабее. И как хозяйка выносит эту вонь?

Вот честное слово — я даже забыл о том, что надо мной вроде как ритуалы собирались проводить. Так и пятился, отступая от волосатой мечты ассенизатора, наматывая круги вокруг дыбы, ставшей единственной преградой между мной и мужиком, попутно отфутболивая в стороны попадавшиеся мне под ноги какие-то гвозди, спицы…

Через несколько атисс хозяйке явно надоело наблюдать наш бег с препятствиями, так как произошло следующее: ошейник на шее резко дернулся, не давая сдвинуться с места, а мужик с невероятной для своих габаритов скоростью метнулся ко мне. От вони, исходящей от него, я на какой-то момент потерял сознание.