Дочь Драконов, Сын Безликих - Анастасия Деренко

— Хуже, — хмурясь, ответит тот. — Я доехал до самых Древесных ворот, являющихся входом в Алферн. Эльфы закрыли границу.

— Как закрыли? — неверяще переспросила Шай-энри.

— Так. Там меня встретили наглухо закрытые двери и ощерившиеся стрелами остроухие на башнях. Не выйти, не войти нельзя.

Вот это номер! Драконица даже не сразу заметила, что приоткрыла рот от услышанного. Да что у них там стряслось? Что б эльфы закрыли вход в свою страну должно случиться что-то поистине грандиозное! Но и это не всё… Ей просто необходимо было оказаться в Алферне, особенно сейчас, когда она попала в опалу у соплеменников. Только Перворожденные, создавшие Сердце Кальвадара, могли помочь девушке и подсказать направление, откуда можно начать поиски. Да еще и Безликий…

Ну уж нет, так дело не пойдёт!!!

— И что ты предлагаешь? — удивилась Дара, и синеглазая поняла, что последнее она произнесла вслух.

— Нужно любым способом попасть в царство эльфов. Я должна встретиться с Эй… отцом, доставить тебя и Кирэна.

— Собираешься брать Древесные ворота штурмом? — скептически спросил красноволосый, приподнимая бровь.

— Насколько помню, кое-кому тоже приспичило посетить мой народ, — прищурившись, протянула та. Она до сих пор терялась в догадках относительно мотивов, побудивших Севера отправиться именно к эльфам, когда татуировка на его щеке явно говорила об открытии охоты на драконов. — Скажи мне, неужели Безликий не мог справиться с пограничным постом?

— Я не воевать с ними ехал…

— А для чего? — тут же накинулась девушка.

— Что б избавиться от одной несносной, избалованной…

— Так что мы теперь будем делать? — направляя мерина между ссорящимися, спокойно поинтересовалась Дара, словно не замечая витавшего в воздухе напряжения и злобных взглядов спутников.

Драконица судорожно перевела дух. Ну вот, она опять грызётся с Севером, причем получилось это как всегда спонтанно и само по себе. А ведь сейчас есть более важные вещи.

Алферн впереди и отступать она не намерена. Шай-энри прикрыла глаза и задумалась. Не зря она провела столько времени возле Источника, изучая простиравшиеся за пределами острова земли. Мысленно воспроизводя эльфийскую границу, Шай искала возможные пути. Насколько ей известно, справа, вплоть до самого моря, простирался лес, на границе которого либо находились подобные посты, либо естественные барьер в виде дремучего леса и неприветливых к чужакам лесных жителей. А вот слева…

— Кажется, я знаю, как мы можем попасть ко мне домой, — открыв глаза, она обвела взглядом спутников. — Не более чем в миле отсюда, к северу, местность понижается и начинается болото. Около него располагается небольшая деревенька, но её жители не забредают на земли эльфов, потому что это болото непроходимо.

— И как нам это поможет? — удивилась Дара, покрепче прижимая к себе притихшего мальчугана, который всё это время лишь посверкивал своими зелеными глазами то на Севера, то на Шай.

— Очень просто, — пожала плечами синеглазая, плотнее укутываясь в плащ. Не смотря на то, что погода явно улучшилась после ухода её отца, ветер по-прежнему оставался холодным и пронизывающим. — На этом участке границы нет ни постов, ни других заградительных препятствий. Мы пройдем болото и сразу окажемся в Алферне. Ну, а там будем действовать по обстоятельствам.

— Это и есть твой план?

— Есть идеи получше? — гневно сверкнув в сторону мужчины глазами, поинтересовалась та.

— Но ты, кажется, сказала, что это болото непроходимое, — неуверенно протянула циркачка.

— Ну, в общем да… — замялась драконица и вспыхнула, когда услышала пренебрежительный смешок Безликого. — И всё равно это лучше, чем просиживать штаны под Древесными воротами в ожидании, когда нам соизволят открыть.

Дара задумалась, а затем глянула на ткача. Тот кивнул ей.

— Ладно. Это безумие, но я очень хочу научиться управлять своей силой и стать настоящим магом. Это стоит того, чтоб рискнуть.

Все выжидательно посмотрели на молчавшего мужчину, а тот в свою очередь пристально рассматривал Шай-энри.

— Я буду присматривать за тобой, полукровка, — многообещающе сказал он и поворотил коня на едва видную тропку, которая вела на север, предоставив девушке гадать — было ли это обещанием или угрозой.

Два часа они двигались по лесистой местности, пробираясь между вязами и дубами, раскинувшими свои широки ветви над их головами, создавая защиту от гулявшего на равнине ветра. Даже здесь, на границе, Шай-энри замечала следы здешних хозяев: в изумрудной ковре на земле, в разнообразии цветов, в кустах шиповника и терновника, которые здесь уже пышно цвели, в то время как в других местах континента только-только проклюнулись почки. Казалось, здесь всё было ярче, живее и красочней. Птицы пели громче, а цветы пахли вкуснее и слаще.

Спустя несколько часов ландшафт преобразился: почва под ногами стал мягче, заглушая цокот копыт, веселые трели иволги и дрозда сменились шуршание травы и недалекое кваканье лягушек, а солнечный свет превратился в полумрак, образованный плотным переплетением крон деревьев. Где-то по левую руку они оставили деревеньку.

Ехали спутники в напряженном молчании. Впереди Север, плотно сжавший губы и сурово смотрящий вперед, за ним Шай, гадающая, какой дракон на этот раз укусил этого неуравновешенного Безликого, и замыкали маленький отряд Дара с мальчиком, которые понимающе переглядывались и обреченно качали головами.

Вскоре они вступили на болото. Об этом свидетельствовало и мутное темное зеркало стоячей воды, пронзенное в нескольких местах зыбучими кочками и пучками осоки, и неприятных характерный запах, создававший почти осязаемое марево над водной гладью, и хор лягушек, тут же сыпавших в разные стороны при их появлении.

Север спрыгнул с Торана и, отломав с ближайшего корявого деревца ветку, подошел к краю болота и опустил её в жижу. Ушла она под воду вплоть до руки Безликого.

Мужчина снова нахмурился и посмотрел на своих спутниц.

— Дальше идем своим ходом, лошадей придется оставить здесь, иначе и сами может застрять, и их потерять. Дара, на тебе мальчишка, следи за ним. А ты, — суровый взгляд в сторону удивленной драконицы, — если отойдешь от меня хоть на шаг, сам тебя здесь утоплю.

И не дав возмущенной и глубоко оскорбленной девушке высказаться по этому поводу, отвернулся и достал из седельной сумки моток веревки. После чего обмотал один конец вокруг своей талии, завязал на прочный узел и, подойдя к Шай, стал проделывать с ней то же самое. Ей хватило лишь одного взгляда на сосредоточенное лицо мужчины, чтоб понять, что спорить бесполезно и, мало того, опасно. Почему-то тот факт, что она подвергает себя опасности, бесил его больше, чем сама перспектива пробираться сквозь болота, таща за собой балласт в виде двух женщин и ребенка.