Человек, которого не было - Евгений Усович

— Эй, ты где? — нетерпеливо спросила Риса. — Хочешь, чтобы меня кто-нибудь спросил, почему я стою у открытой калитки?

— Да, уже иду, — пробормотал Павл.

Поборов волнение, он все-таки сделал шаг и оказался во дворе. Риса поспешно закрыла калитку и набрала код сигнализации. Потом на ощупь нашла его руку и потащила к крыльцу.

Странное чувство охватило Павла. Страстное желание попасть домой, которое не отпускало его столько дней, внезапно сменилось мыслью о том, что он здесь чужой.

На пульте приветливо мигнула надпись: «Здравствуйте, хозяйка! Добро пожаловать домой».

Риса распахнула дверь и посторонилась, пропуская Павла вперед. Он вздохнул и с бьющимся сердцем вошел в холл.

С того дня, когда судьба захлопнула за ним дверь, здесь совершенно ничего не изменилось. Павл поймал себя на ощущении, что вышел отсюда не более пяти минут назад.

— Ну, что стоишь? — спросила Риса. — Никак не поверишь, что ты дома? Иди, иди, посмотри, все ли в порядке. Да шапку-невидимку свою сними, а то мне надоело угадывать, где ты.

Павл поспешно сорвал с головы шлем и, повернувшись к Рисе, обнял ее.

— Рысенок, неужели, правда, все кончилось?

Она подняла смеющееся лицо.

— А я, что, не доказательство? Ну-ка, марш купаться.

— Подожди, — мягко отстранил ее Павл. — Дай осмотреться.

Он прошел в зал, провел рукой по столу, машинально взглянул на пальцы.

— Обижаешь, дорогой, — укоризненно сказала сзади Риса. — Я провела здесь полную уборку, занавески сменила, цветы полила...

— Где же ты занавески нашла? — удивился Павл. — Я, например, не знаю, где они лежат, все отец делал.

— Ну-у, — виновато пожала плечами Риса. — Поискала вот...

Павел кивнул. Похоже, что Риса здесь вполне освоилась и чувствовала себя хозяйкой.

— Ладно, — засмеялся он. — Ты просто умница. Давай, веди меня на кухню. Уверен, что там у тебя что-нибудь найдется.

— Там, по пути, еще одна дверь есть, — заявила Риса. — Сначала туда зайди. А я уж постараюсь оправдать твои ожидания.

Наполнив бассейн и бросив в него пару таблеток ароматного мыла, Павл опустился в горячую воду и с наслаждением закрыл глаза.

— Кажется, я, действительно, дома...

Он пролежал в бассейне, наверно, целый час, лениво черпая ладонью воду и выливая ее на себя, пока Риса не крикнула, что, если он не поспешит, то останется без обеда. По крайней мере, горячего.

Павл выбрался из бассейна, чувствуя в теле приятную истому. Он, не спеша, вытерся, накинул невесомый халат и, напевая под нос, пошел в кухню.

Риса суетилась вокруг стола. Она не стала выставлять праздничный сервиз и постаралась, чтобы все выглядело так, будто с минуты на минуту должен вернуться с работы муж. Павл подошел сзади и обнял ее, потеревшись подбородком о плечо.

— Размок совсем. Хорошо, что выгнала. Чем будешь угощать?

Риса запрокинула голову и прикоснулась губами к его щеке.

— Ну, наконец-то, побрился. А то я уж и забыла эти ощущения.

— Вспомнишь, — ухмыльнулся Павл. — Дай только поесть.

— Опять! — притворно вздохнула Риса. — Ну почему, как только я тебя вижу, тебе обязательно хочется есть?

— Я, конечно, могу потерпеть, — заявил Павл, заглядывая в кастрюльки. — Но вот сомневаюсь, сможет ли потерпеть еще кое-кто?

— Геро-ой! — протянула Риса. — Ты на что это намекаешь? Садись лучше за стол. А потом спать. Я по твоему носу вижу, что тебе нужно пару дней, чтобы прийти в себя.

— Один! — быстро согласился Павл. — Я, правда, что-то устал от этих приключений.

Он с удовольствием подождал, пока Риса налила в тарелку ароматный бульон, не забыв опустить туда же хороший кусок говядины. Потом поднес ложку ко рту и с наслаждением сделал глоток.

— Класс! Вот о чем я мечтал столько дней. Кстати, знаешь, что я ел вчера? Если расскажу, ты останешься голодной.

— Тогда лучше помолчи, — засмеялась Риса.

Но любопытство взяло верх и, после нескольких ложек, она подняла глаза.

— Ладно, говори уж. Потерплю.

— Человечину, — небрежно сказал Павл.

— Что-о? — от неожиданности Риса даже поперхнулась. — Как это? Что, правда?

Павл выудил пальцами из тарелки кусок мяса и, оглядев, отправил его в рот. Потом посмотрел на Рису.

— Я там много чего насмотрелся, Рысенок. Все тебе расскажу. А сейчас давай лучше спокойно поедим.

— Нет уж, подожди, — не могла успокоиться Риса. — Ты, действительно, ел людей? Это отвратительно. И что, их подавали жареными? Или вареными?

Павл облизал пальцы и усмехнулся.

— Ни то и ни другое. Это был порошок. Пищевая добавка.

Риса отложила ложку и потянулась к бутылке с водой. Павл предупредительно опередил ее и, отвинтив крышечку, налил минералку в бокал.

— Ну вот. Я же говорил. Теперь аппетит потеряла. И кто меня за язык тянул?

— Ты обязательно должен мне все рассказать, — заявила Риса. — Не бойся, с аппетитом у меня все в порядке. Но все-таки лучше, если я послушаю об этом после еды. Например, под кофе с коньяком возле камина.

— Идет, — согласился Павл. — Думаю, тебе будет интересно.

Он вытер губы салфеткой и, бросив ее в тарелку, поднялся.

— Спасибо, Рысенок! Я уже и забыл, что значит обедать дома. Пойду, пройдусь по саду, ладно?

— Конечно, иди, — согласилась Риса. — Только надень свою «шапку-невидимку», а то... Сам понимаешь. Могут не так понять.

— Конечно, конечно, — Павл обошел стол и, подняв ладонями лицо Рисы, шепнул: — У меня здесь слишком много дел.

— Давай, давай, — засмеялась Риса. — Я пока уберу здесь и приготовлю кофе.

Павл вышел в холл и, нашарив на вешалке шлем, натянул его на голову, поймав себя на том, что это уже превращается в привычку. Потом повернулся к зеркалу и с любопытством всмотрелся в него, пытаясь обнаружить хоть какие-то признаки своего присутствия. Но зеркало бесстрастно отражало вешалку, сложенный вихрецикл, коврик...

Павл помахал рукой, подпрыгнул. Ни-че-го.

Тогда он открыл дверь и вышел в сад.

Дорожки были тщательно подметены, ни один упавший листочек не портил идеально подстриженные газоны, цветочные кусты чинно стояли вдоль дорожек, словно букеты в вазах. Павл медленно прошелся по дорожке, прикоснулся к свисающей ветке яблони. Ветерок тронул ее, и Павлу вдруг показалось, что листья что-то прошептали ему.

— Риска, — с нежностью подумал он. — Надо же, какой порядок навела. Ну, оно и понятно — хозяйка.

Павл прошел в дальний угол, где была похоронена мать, и опустился на траву возле надгробной плиты. Полированный камень сверкал чистотой.

— Я вернулся, мама, — прошептал Павл. — Кажется, я знаю теперь, откуда ты...