Рейтар - Андрей Круз

В лагере начиналась та самая суета, что предшествует походам. Вроде и хаотично на первый взгляд, и суматошно, а приглядишься — и видишь во всем этом хаосе некий порядок. Люди во всей сотне действительно опытные, так что бестолковости ожидать не от кого. Кто вьюки собирал, кто за палатки взялся, кто с провиантом помогал — его тоже на несколько дней требовалось везти.

— А что ожидается, мастер Арвин? — помолчав, спросил Ниган.

— Не знаю. Что скажут, то и будем делать, — ответил я, посмотрев ему в глаза. — Говорили ведь про это, так?

— Так, мастер взводный, — снова вздохнул он и отправился командовать.

Глава 21

Когда день клонился уже к сумеркам, наша колонна из добрых двухсот лошадей втянулась в ущелье реки Змеиной. Маленькая вроде бы речушка умудрилась за тысячи лет своего течения прорыть глубокое и широкое ущелье, сплошь засыпанное гранитными голышами, и лишь у правой его стены была натоптана неширокая тропа, прилежно повторяющая очертания подножий скал. Обозные телеги тут точно не прошли бы, два всадника в ряд с трудом умещались, а местами шли так и вовсе в колонну по одному.

Думалось, что случись какому врагу здесь засаду устроить, на вон тех, скажем, скалах, поросших поверху жестким кустарником — и нам отсюда не вырваться. Даже вскачь коней не пустишь — ноги поломают. Другое дело, что пока для засад рано, как мне кажется, война-то еще не началась. Это наша забота, получается, людей друг на друга натравить и заставить их грызться до кровавой пены. Так вот.

В передовой заставе шел первый десяток моего взвода, он же и выдвинул вперед дозор из одного звена. Вместе с дозором отправился Злой, а к нему уже я присоединился. Не из дружбы великой, а так, на всякий случай. Не очень я этому убийце доверял, хотелось приглядеть, не оставлять с моими людьми наедине.

Там Злой отстал шагов на сто от дозора и, увидев меня, сказал:

— Встречать нас будут, пароль с отзывом только я знаю.

— Ты бы дозору сказал, — недовольно сказал ему я, придерживая Кузнеца и заставляя его идти рядом с кобылой Злого. — Пока ты отсюда докричишься, там уже стрелять могут начать.

— Рано еще, — покачал он головой, — до места встречи верст десять, пожалуй. Потом подтянемся.

— Ну, коли так…

Немного проехали в молчании, затем Злой первым заговорил:

— Большие дела нас ждут, если все правильно сделаем — Арио от радости нам портянки перестирает.

— Хорг ничего не сказал, так что не знаю, — ответил я ему.

— Бережется, — усмехнулся Злой. — Ну, правильно, но тебе можно знать, даже полезно.

— С чего это?

— А Круглый тебя с твоими вольными все больше к нашим делами приставить хочет. Кому за Дикого Барона саблей махать — и так найдется, а вот верных людей, да чтобы с гарантией — таких мало.

— Так к чему ты?

— К тому, что в темноте тебе блуждать не надо, — сказал тот.

— Так пролей свет, — усмехнулся я.

Злой оглянулся, проверяя, не оказался ли кто-нибудь вблизи нас, и, убедившись, что его негромкий голос никто услышать не сможет, заговорил:

— Ты карту Свирре видал?

— Да посмотрел, не без того, — кивнул я.

— Что у графства границами, помнишь?

— Как не помнить, — взялся перечислять. — Все графство в долине нескольких рек, с востока — Сильная, с юга — горы, с северо-запада — опять горы.

— По горам с рекой и граница, так? По южным с Ирбенской маркой, по реке с княжеством Лудде, а по северным горам…

— С Валашем.

— Точно.

Карту я действительно помнил хорошо. Свирре занимало огромную долину между двумя горными хребтами, откуда стекали многочисленные реки, делая землю в графстве плодородной. Формой эта страна напоминала треугольник, и третью его сторону составляла река Сильная, которая в этом течении уже версты две в ширину была. Она, и приречная долина, и являлись главным входом на землю графства, потому что в горах были в основном узкие проходы через ущелья, непригодные ни для обозов, ни для какой большой торговли. Или входа армии, например.

— Про то, какие дела в Свирре творятся, ты тоже слышал?

— Про то, что малые владетели набольших готовы хоть сейчас на вилы поднять? — уточнил я.

— Верно, — подтвердил Злой. — Только силенок не хватает, и в графстве влияния, так бы давно подняли. А поднявши — открыли бы проход Дикому Барону с войском, а он его сейчас куда как большое набрал. Соображаешь?

— Дикий Валашу все равно на один зуб, если границу перейдет, — подал я плечами. — У Орбеля войско десять раз по столько.

— Не так думаешь, взводный, — с оттенком превосходства осклабился Злой. — Дикий в Валаш и не пойдет, соображаешь?

— Только графство займет? — уточнил я.

— Тепло, — продолжал ухмыляться тот.

— Понятно, — дошло и до меня. — Орбель такого грабежа и поношения не выдержит, все силы кинет против Свирре. А Дикий реку перекроет, в горах проходы заткнет, а оборонять одну долину Сильной будет, и это ему по силам, там любое войско остановится.

— Верно думаешь. А по Сильной еще чья граница?

— Это понял, — отмахнулся я. — Орбель все силы кинет к границе Свирре и наверняка оголит границу с Риссом. Так ведь?

— Мои набольшие так думают, — дипломатично ответил Злой.

— И когда?

— Это узнаем, — покачал он головой. — Жди. Ты ведь этого ждешь, верно думаю?

— Верно, — подтвердил я.

Тут угадывать нетрудно. Чего я еще могу ждать и хотеть, если мне ждать осталось только смерти, а хотеть оказаться на той реке в степи, где мои меня ждут. Нечего мне больше хотеть, не осталось у меня ничего больше, чего хотеть можно. Вообще ничего.

— А тут что получается: если большие владетели мелких задавят, то могут и проходы в горах закрыть. И Дикому тогда только с боем прорываться. На севере и на Речном Мысу гарнизоны валашские стоят, их к горам тоже перебросить недолго.

— И мы…

— Верно, помочь надо голодранцам. Тогда они хотя бы проходы для войска удержат, да пару дней валашские подкрепления отбивать смогут.

— А внутренняя свара не начнется? — спросил я. — Они ведь, небось, своих самых богатых поубивать решили? Вроде верх взять, да под нового хозяина переметнуться?

Злой посмотрел на меня внимательно, затем кивнул.

— Верно, решили. Только убивать надо так, чтобы ни один свидетель не вырвался. И кто убивать должен — понимаешь?

— Валаш?

— Они, верно, — опять кривовато усмехнулся Злой. — Потому что злодеи они там все и вечно крови жаждут. Такое их злодейское дело, лучших людей Свирре убивать. Тогда и свары не будет, сам понимаешь, — помолчав, добавил: — А если обгадимся и как надо не сделаем — быть сваре. И всем с того боль в заднице.