Реформация. История европейской цивилизации от Виклифа до Кальвина: 1300—1564 гг. - Уильям Джеймс Дюрант

в Буде был хор, не уступавший папскому, а при Сигизмунде II в Кракове существовала хорошая музыкальная школа. В юности Лютера Германия бурлила песнями. "У нас здесь в Гейдельберге есть певцы, - писал Александр Агрикола в 1484 году, - чей руководитель сочиняет для восьми или двенадцати голосов".55 В Майнце, Нюрнберге, Аугсбурге и других городах мейстерзингеры продолжали украшать популярные песни и библейские отрывки с пышностью педантизма и драгоценностями контрапункта. Немецкие народные песни были, вероятно, лучшими в Европе. Повсюду музыка служила стимулом для благочестия и приманкой для любви.

Хотя почти вся музыка в эту эпоху была вокальной, сопровождающие ее инструменты были столь же разнообразны, как и в современном оркестре. Это были струнные инструменты: гусли, арфы, цимбалы, шаумы, лютни и виолы; духовые инструменты: флейты, гобои, фаготы, трубы, тромбоны, корнеты и волынки; ударные инструменты: барабаны, колокольчики, хлопушки, цимбалы и кастаньеты; клавишные инструменты: органы, клавикорды, клавесины, спинеты, вирджинали; и многие другие; и у многих из них были восхитительные варианты в зависимости от места и времени. В каждом образованном доме имелся один или несколько музыкальных инструментов, а в некоторых домах были специальные шкафы для их хранения. Часто это были произведения искусства, причудливо вырезанные или причудливой формы, и они передавались как сокровища и воспоминания из поколения в поколение. Некоторые органы были оформлены так же искусно, как фасады готических соборов; так, люди, построившие органы для Себальдускирхе и Лоренцкирхе в Нюрнберге, стали "бессмертными" на целое столетие. Орган был главным, но не единственным инструментом, используемым в церквях; флейты, трубы, барабаны, тромбоны и даже литавры могли добавить свои несочетаемые призывы к поклонению.

Излюбленным аккомпанементом для одного голоса была лютня. Как и все струнные инструменты, она имеет азиатское происхождение. В Испанию она попала вместе с маврами и там, как виуэла, возвысилась до уровня сольного инструмента, для которого была написана самая ранняя из известных чисто инструментальных музыкальных произведений. Обычно ее корпус был сделан из дерева и слоновой кости и имел форму груши; брюшко было пронизано отверстиями в виде розы; она имела шесть, иногда двенадцать пар струн, которые перебирались пальцами; ее гриф был разделен латунными ладами на мерную шкалу, а колки были откинуты назад от грифа. Когда красивая девушка держала лютню на коленях, перебирала струны и добавляла к мелодиям свой голос, Купидон мог пустить стрелу. Однако лютню было трудно держать в тонусе, так как постоянное натяжение струн приводило к деформации рамы, и один остроумный человек сказал про старого лютниста, что шестьдесят из восьмидесяти лет его жизни ушли на настройку инструмента.6

Скрипка отличалась от лютни тем, что ее струны были натянуты на мостик, а игра велась смычком, но принцип был тот же - вибрация натянутых струн по коробке, перфорированной для углубления звука. Скрипки были трех размеров: большая басовая виола да гамба, которую держали между ног, как и ее современную замену - виолончель; маленькая теноровая виола да браччо, которую держали на руке; и скрипка для скрипки. В XVI веке виола да браччо превратилась в скрипку, а в XVIII виола вышла из употребления.

Единственным европейским изобретением в области музыкальных инструментов была клавиатура, с помощью которой по струнам наносились непрямые удары, а не прямые щипковые или смычковые. Старейшая из известных форм, клавикорд, дебютировала в XII веке и дожила до "хорошего темперирования" Иоганна Себастьяна Баха; самый старый сохранившийся образец (1537 год) находится в музее Метрополитен в Нью-Йорке. В XV веке появился более прочный вариант - клавесин; он позволял изменять тембр за счет разницы в давлении; иногда вторая клавиатура расширяла диапазон, а стопы и соединители предлагали новые чудеса звучания. Спинет и вирджинал были итальянскими и английскими вариантами клавесина. Эти клавишные инструменты, как альт и лютня, ценились не только за красоту, но и за тон, и служили изящным элементом декора в богатых домах.

По мере того как инструменты совершенствовались в диапазоне и качестве тембра, а также в сложности управления, для успешной игры на них требовалось все больше тренировок и мастерства; росла аудитория для исполнения на одном или нескольких инструментах без голосов, появились виртуозы для органа и лютни. Конрад Пауманн (ум. 1473), слепой органист из Нюрнберга, путешествовал от двора ко двору, давая сольные концерты, за высокие достижения в которых его посвящали в рыцари. Подобное развитие событий стимулировало сочинение музыки только для инструментов. До XV века почти вся инструментальная музыка, очевидно, предназначалась для сопровождения голосов или танцев, но в том же веке на нескольких картинах изображены музыканты, играющие без видимого пения или танца. Самым старым из сохранившихся произведений для одного только инструмента является Fundamentum organisandi (1452) Конрада Пауманна, который был написан в первую очередь как руководство по игре на органе, но содержал также несколько пьес для сольного исполнения. Применение Оттавиано деи Петруччи подвижного металлического шрифта для печати музыки (1501) снизило стоимость издания инструментальных и других композиций. Музыка, написанная для танцев, поддавалась самостоятельному изложению; отсюда влияние танцевальных форм на инструментальную музыку; сюита из "частей", написанная для череды танцев, привела к появлению симфонии и камерного квартета, части которого иногда сохраняли названия танцев. Лютня, альт, орган и клавесин предпочитались для сольного или оркестрового исполнения. Альберто да Рипа достиг такой славы как лютнист при дворе Франциска I и Генриха II, что после его смерти (1551) поэты Франции слагали дирхемы на его останки.

II. ФЛАМАНДСКОЕ ГОСПОДСТВО: 1430-1590 ГГ.

Песни и танцы народа были тем неиссякаемым источником, из которого нецерковные формы музыки черпали свои истоки, настроения и темы, и даже мессы могли возникнуть из таких частушек, как Adieu mes amours. Шансоны Франции варьировались от лилейных напевов уличных певцов и баллад трубадуров до сложных полифонических песнопений Гийома де Машо и Жоскена Депре.

Машо (ок. 1300-77) был повелителем того ars nova, который Филипп де Витри изложил в 13 2 5 - музыки, использующей двоичные ритмы в дополнение к троичным, санкционированным ars antiqua и церковью. Машо был поэтом, ученым, музыкантом, каноником Реймсского собора, вероятно, также человеком пылким, поскольку он написал несколько амурных стихотворений, теплота которых еще не остыла. Он преуспел в дюжине музыкальных форм - баллады, хороводы, вирели, мотеты, мессы; ему принадлежит самая древняя полифоническая месса, сочиненная одним человеком. Будучи церковником, он участвовал в движении по секуляризации полифонической музыки, уводя ее от ортодоксальных ритмов мотета и высокой мессы к более свободной и гибкой кантилене светской песни.

В те века англичане были музыкальны. Они не соперничали ни с итальянцами в мелодичности (да и кто