Обратный отсчет: Распад - Токацин

Арсалан угрюмо кивнул. Он сегодня был особенно мрачен и молчалив, часто оглядывался и настороженно косился на тёмные туннели. Возможно, именно от этого Гедимину с самого начала смены было не по себе — чужая тревога распространялась, как проникающее излучение. Он проследил за взглядом Арсалана и озадаченно мигнул — в туннелях не просматривалось ничего пугающего. «Что-то сегодня не так,» — думал он, переводя взгляд то на стену забоя (нет, она не грозила обвалиться… по крайней мере, не сильнее, чем обычно), то на гору руды, насыщенной нералитом, то на уткнувшийся в неё проходчик. «Неспокойно… Похоже, из-за машины.» Сармат снова взглянул на механизм, и что-то неприятно кольнуло под рёбрами. «Точно, из-за машины. Неисправность?»

Гедимин прислушался к грохоту камнедробилок, но не обнаружил ничего странного — все механизмы работали исправно, ничего не разболталось, не треснуло и не истёрлось. «Ходовая часть? Может, управление?» — он присмотрелся к защитному куполу и в недоумении пожал плечами. «Если и так, то отсюда не видно. Видимо, что-то несущественное. Так и будет донимать, как песчинка в сапоге…»

Он поднял ещё пару блестящих камешков и, шагнув в тень рудной горы, спрятал их под броню. До сих пор никто — ни на руднике, ни в городе — не пытался его обыскать, а он, в свою очередь, старался не привлекать внимания. «Нералита с каждым днём больше. Мы проходим какой-то рудный канал. Надо будет проследить, где он закончится…»

— Fauw! — заорал Арсалан, хватая Гедимина за плечо и толкая к машине. Проходчик, отключив дробилки, врубил сирену. Филки, и так не отходившие от него далеко, попрыгали на ступеньки вдоль бортов, уходя под прикрытие обшивки контейнера. Арсалан взлетел на верхнюю крышку и залёг там, нетерпеливыми жестами подзывая Гедимина. Когда сармат поднялся вслед за ним, по стенам туннелей уже бежали зеленоватые блики.

Сначала из штрека высунулась одинокая треугольная морда с тускло подсвеченными ротовыми щупальцами — Гедимин даже видел, как они трепещут, вытягиваясь всё сильнее. Клоа-разведчик проплыл вдоль горки рассыпавшейся руды, волоча за собой длинные хвосты, и нырнул в темноту. За ним тут же вылетели ещё трое, беспокойно заметались у стены, расправляя и втягивая щупальца. «Ирренций,» — мелькнуло в голове Гедимина. «Учуяли вскрытую жилу. Эй, в кабине, где глушилка⁈»

Из темноты показался уже десяток хвостатых силуэтов, когда крыша контейнера слабо задрожала, а сармату надавило на уши, — отпугиватель наконец заработал. Ещё пару секунд Клоа кружили у входа в туннель, втянув щупальца и поджав хвосты — и, не выдержав, скрылись в темноте. По ушам что-то больно ударило, Гедимин сощурился — и обнаружил, что давление на перепонки пропало. Инфразвуковой излучатель замолчал.

«Рано они его…» — успел подумать он, прежде чем Арсалан навалился сверху, прижимая сармата к крыше. Клоа выбирались из штреков — сперва по одному, несколькими цепочками, осторожно принюхиваясь к воздуху. Ещё несколько секунд — и из бликующей темноты вырвалась вся стая.

Их тут было сотни три — Гедимин машинально взялся считать, но быстро сбился — они метались вдоль стен, резко сворачивая в воздухе, сновали под потолком, расширяя радиус облёта, и не прошло и пяти секунд, как заполонили всю пещеру. Гедимин слышал, как с шипением они проносятся мимо, едва не задевая защитное поле; по его поверхности тянулись цепочки зелёных бликов, повторяя траекторию полёта. Арсалан, забыв о напарнике, вжался лицом в крышу, и его скрюченные пальцы мелко дрожали.

«Где инфразвук⁈» — Гедимин, подтянувшись по обшивке, навис над кабиной. Сверху не было видно, что там происходит. Он грохнул кулаком по крышке люка, быстро взглянул на пролетающих радиофагов, — им не было дела ни до сарматов, ни до их машины, они стянулись к горе руды и повисли над ней, тыкаясь в неё мордами. «Жрут наш нералит,» — Гедимин сердито сощурился. «Сами пусть копают!»

— Эй, там, где звук? — потеряв терпение, он поддел крышку люка и с силой надавил, открывая проём. Изнутри донёсся испуганный писк. «Глушилка сломалась,» — уже понял сармат — и, больше ни о чём не спрашивая, спрыгнул на гусеницы проходчика и втиснулся по пояс в кабину. «Нашла же время!»

— Пошёл наверх! — крикнул ему испуганный филк, сжимающий в кулаке рацию. — Сигнала нет! Нас не найдут, пора выбираться!

— Сейч-час н-нельзя, — второй филк смотрел сквозь толстый иллюминатор на облепленную радиофагами гору, и его подбородок дрожал. — П-поле сним-мать… зам-метят…

Гедимин молча схватил обоих сарматов за одежду и выдернул из кабины, втискиваясь туда целиком. Он уже видел неисправный агрегат — ремонтный рефлекс указывал на него, как намагниченная стрелка. Он просунул руку под приборную панель, на ощупь вскрыл кожух, и пальцы коснулись неровной вертикальной прорехи — мембрана, не выдержав вибраций, лопнула по всей длине. Гедимин ощупал края разрыва — скирлин был плотный, хорошей толщины, уже порывался срастись, но трещина была слишком широкой. «Сварить края,» — сухо щёлкнуло в мозгу. «До подъёма продержится, там заменят.»

Скирлин размягчился быстро; Гедимин одной рукой крепко сжал края, сколько поместилось в пальцах, и прогревал и уплотнял шов раз за разом, ждал, пока остынет, проверял на разрыв и сдвигался в сторону. Когда он дотянулся до корпуса, выключил резак и выдохнул, пытаясь распрямиться, то почувствовал, как комбинезон липнет к мокрому телу, а вдоль бровных дуг стекает пот. «Давно не работал,» — криво ухмыльнулся он, включая генератор инфразвука и выглядывая в иллюминатор. Защитное поле вспыхнуло и задрожало от бьющего со всех сторон излучения — вспугнутые Клоа заметались по пещере. Гедимин усилил купол и достал фляжку с водой. Ему на голову давило, и неприятно, даже сильнее, чем до поломки — и он знал, что радиофаги долго не продержатся.

— Эй! Теск, мать твоя пробирка!

Гедимин посмотрел в иллюминатор. Пещера опустела, и блики в штреках погасли — стая радиофагов, не выдержав пугающих вибраций, улетела искать другие нералитовые жилы. Сармат выключил генератор, допил воду и выбрался из кабины. Мимо с сердитым фырканьем пронеслись двое филков. Они залезли внутрь, и машина снова загудела. Третий остался стоять у кабины, в упор глядя на Гедимина.

— Иди работать, — буркнул сармат, обходя его и заглядывая на крышу контейнера. — Ты где? Они улетели, можешь слезать…

— Слез уже, —