Весь Кен Фоллетт в одном томе - Кен Фоллетт

не проблема, всегда есть безбилетники, желающие улететь. Они ждут в надежде на чудо. Я об этом позабочусь.

Маргарет заметила в углу профессора Хартманна, он курил сигарету, нервно глядя по сторонам. Явно не находит себе места, подумала Маргарет, ожидание его нервирует. Вот до чего довели профессора люди вроде сестры. Фашисты преследовали его, превратили в нервнобольного. Стоит ли винить ученого, что он торопится покинуть Европу?..

Из зала ожидания самолета не было видно, поэтому Перси отправился на поиски более удобного места для наблюдения. Он вернулся, полный всяческой информации:

— Вылет по расписанию в два часа дня. — Маргарет ощутила дрожь нетерпения. Перси продолжал: — Первый отрезок полета займет полтора часа, до Фойнеса. В Ирландии, как и в Англии, летнее время, значит, мы будем там в половине четвертого. Стоянка один час на дозаправку и уточнение плана полета. Поэтому вылет оттуда — в половине пятого.

Маргарет заметила в зале новые лица, это были люди, которых она не видела в поезде. Некоторые пассажиры приехали утром прямо в Саутхемптон, а может быть, и ночевали в местной гостинице. Размышляя об этом, она заметила удивительно красивую женщину, которая подъехала на такси. Блондинка за тридцать в потрясающем кремовом платье в красный горошек. Рядом с ней мужчина довольно заурядной внешности с улыбкой на лице и в кашемировом блейзере. Все смотрели на них, у этой пары был счастливый и очень привлекательный вид.

Через несколько минут объявили посадку.

Они вышли из главного подъезда «Дома Империи» прямо на набережную. Там раскачивался «Клипер», мягко вздымаясь и опускаясь, и солнечные лучи играли на его серебристых боках.

Он был огромен.

Маргарет никогда еще не видела самолета даже вдвое меньшего размера. Он оказался высотой с дом и длиной с теннисный корт. На его китообразном носу был нарисован американский флаг. Крылья расположены наверху, на уровне верха фюзеляжа. Четыре громадных двигателя вделаны в крылья, а размах пропеллеров составлял футов пятнадцать.

Как это чудовище может летать?

— Он такой легкий? — невольно произнесла она вслух.

— Сорок одна тонна, — тут же сказал Перси.

Все равно что поднять в воздух целый дом.

Они подошли к краю набережной. Трап вел на качающуюся палубу. Мать ступала очень осторожно, изо всех сил цепляясь за поручень, она нетвердо держалась на ногах, точно вмиг постарела лет на двадцать. Отец нес обе их сумки — мать никогда ничего не носила в руках, то была одна из ее причуд.

С плавучей палубы более короткий трап вел в нечто, выглядевшее как укороченное нижнее крыло, наполовину погруженное в воду.

— Гидростабилизатор, — со знанием дела пояснил Перси. — Известен также как «водное крыло». Предотвращает наклон самолета набок в воде.

Поверхность водного крыла была слегка наклонной, и Маргарет испугалась, что соскользнет, но ничего похожего не случилось. Теперь она оказалась в тени огромного крыла над головой. Ей хотелось протянуть руку и дотронуться до одной из громадных лопастей пропеллера, но, конечно, она не смогла бы до них дотянуться.

В фюзеляже была дверь точно под словом «АМЕРИКАН» длинной надписи «ПАН-АМЕРИКАН ЭЙРУЭЙЗ СИСТЕМ». Маргарет пригнула голову и вошла.

К полу самолета спускались три ступеньки.

Она оказалась в помещении площадью примерно двенадцать квадратных футов с роскошным ковром терракотового цвета на полу, бежевыми стенами и синими стульями с веселой обивкой со звездным рисунком. В потолке — конусообразные светильники, а по стенам — большие квадратные окна с венецианскими жалюзи. Стены и потолок совершенно прямые, а не изогнутые в соответствии с изгибами фюзеляжа. Создавалось впечатление, что пассажиры входят в дом, а не в самолет.

В этом помещении оказались две двери. Некоторых пассажиров направили в заднюю часть самолета. Посмотрев туда, Маргарет разглядела, что там несколько салонов, все в роскошных коврах, отделанные в мягких коричневых и зеленых тонах. Оксенфордов пригласили пройти вперед. Невысокий и довольно упитанный стюард в белом сюртуке представился как Никки и провел их в следующий отсек.

Он был меньше первого и отделан в другой цветовой гамме: бирюзовый ковер, светло-зеленые стены и бежевая обивка мебели. Справа от Маргарет стояли два трехместных дивана — один напротив другого, между ними под окном находился маленький столик. Слева, по другую сторону прохода, располагались еще два дивана чуть меньшего размера, двухместных.

Никки подвел их к более широким диванам справа. Отец и мать сели у окна, а Маргарет и Перси рядом с проходом, оставив между собой два пустых места и четыре пустых места по другую сторону прохода. Маргарет начала гадать, кто окажется рядом с ними. Интересно было бы сидеть рядом с красавицей в платье в горошек. Или с Лулу Белл, особенно если она настроена поговорить про бабушку Фишбейн! Но лучше всего, если бы рядом усадили Карла Хартманна.

Она чувствовала, что самолет тихонько покачивается на воде. Движение было едва уловимое, ровно такое, чтобы помнить, что вы находитесь на воде. Ну точно волшебный ковер-самолет, решила она. Трудно было представить, как моторы могут заставить его взлететь, гораздо легче поверить, что он поднимется в воздух силой древнего колдовства.

Перси встал.

— Я хочу осмотреться вокруг.

— Оставайся на месте, — сказал отец. — Будешь путаться у всех под ногами, если начнешь бегать по самолету.

Перси не стал спорить. Авторитет отца еще пока действовал.

Мать пудрила нос. Она перестала плакать. Ей явно стало легче, решила Маргарет.

Она услышала голос, прозвучавший с чисто американским акцентом:

— Я бы предпочел сидеть лицом вперед.

Маргарет подняла глаза. Стюард Никки показывал мужчине его место в другой части салона. Маргарет не могла увидеть лицо этого человека — он стоял к ней спиной. Блондин в синем костюме.

— Отлично, мистер Ванденпост, — сказал стюард. — Если хотите, садитесь напротив.

Человек повернулся. Маргарет