Руссо и Революция - Уильям Джеймс Дюрант

этом и других периодических изданиях статьи, оказавшие сильное влияние на современные идеи в критике литературы и искусства.

Теперь Мендельсон чувствовал себя достаточно уверенно, чтобы основать собственный дом. В 1762 году, в возрасте тридцати трех лет, он женился на двадцатипятилетней Фроме Гугенхайм. Оба достигли разумного возраста, и этот союз принес им много счастья. Во время медового месяца он начал работать в конкурсе на приз Берлинской академии за лучшее сочинение на тему «Поддаются ли метафизические науки такому доказательству, как математические». Среди других участников конкурса был Иммануил Кант. Работа Мендельсона победила (1763), принеся ему пятьдесят дукатов и международную известность.

Одним из претендентов был Томас Абт, профессор из Франкфурта-на-Одере. В длительной переписке с Мендельсоном он выражал сомнения в бессмертии души и скорбел о том, что утрата этой веры может подорвать моральный кодекс и лишить несчастье последнего утешения. Отчасти в результате этого обмена мнениями Мендельсон написал свое самое знаменитое произведение: Phaidon, oder Über die Unsterblichkeit der Seele. Как и его платоновский образец, он был написан в форме диалога и в популярном стиле. Душа человека (рассуждает Кант) явно отличается от материи; поэтому мы можем верить, что она не разделяет судьбу тела; и если мы верим в Бога, то вряд ли можем предположить, что он обманет нас, посеяв в нашем сознании надежду, не имеющую под собой основания. Более того [как считал Кант], душа обладает естественным стремлением к самосовершенствованию; этого нельзя достичь при жизни; Бог, несомненно, должен позволить душе пережить смерть тела. «Без Бога, Провидения и бессмертия, — чувствовал Мендельсон, — все блага жизни потеряли бы в моих глазах свою ценность, и наша земная жизнь была бы… как блуждание на ветру и в непогоду без утешительной перспективы найти укрытие и защиту ночью».49 Демонстрации были хрупкими, но стиль работы привел в восторг многих читателей; очарование диалогов Платона, казалось, было восстановлено; действительно, «немецкий Платон» стал еще одним именем для Мендельсона. Маленькая книга выдержала пятнадцать изданий и была переведена почти на все европейские языки, а также на иврит; в свое время она стала самой читаемой нехудожественной книгой в Германии. Гердер и Гете присоединились к ее восхвалению. Лаватер посетил автора, осмотрел его голову и лицо и объявил, что в каждом бугорке и черточке видна душа Сократа.50

Христиане разных сект аплодировали красноречивому еврею, а два монаха-бенедиктинца попросили у него духовного совета. Но в 1769 году Лаватер, который был столь же ярым теологом, как и френологом, вызвал шквал, публично обратившись к Мендельсону с призывом стать христианином. Мендельсон ответил ему в книге Schreiben an den Herrn Diaconus Lavater (1770). Он признавал недостатки иудаизма и еврейской жизни, но указывал, что подобные злоупотребления развиваются в каждой религии в ходе ее истории; он просил Лаватера рассмотреть трудности, которые испытывают евреи в христианстве, и добавил: «Тот, кто знает, в каком состоянии мы сейчас находимся, и имеет гуманное сердце, поймет больше, чем я могу выразить»; и он заключил: «В основных положениях своей веры я так твердо… уверен, что призываю Бога в свидетели, что буду придерживаться своего основного вероучения до тех пор, пока моя душа не примет другую природу».51 Лаватер был тронут и смиренно извинился за свое обращение.52 Однако целый рой памфлетистов осудил Мендельсона как неверного, а некоторые ортодоксальные евреи осудили его за признание того, что в еврейские религиозные обычаи вкрались злоупотребления.53 Некоторое время эта полемика вызывала больше обсуждений, чем национальная политика или ухудшение здоровья Фредерика.

Здоровье самого Мендельсона пострадало от потрясений; в течение нескольких месяцев в 1771 году он был вынужден воздерживаться от любой умственной деятельности. Восстановив силы, он посвятил больше времени, чем прежде, помощи своим единоверцам. Когда некоторые кантоны Швейцарии готовили новые ограничения против евреев, он попросил Лаватера вмешаться; Лаватер сделал это, и с хорошим результатом. Когда власти Дрездена планировали выслать несколько сотен евреев, Мендельсон использовал свою дружбу с местным чиновником, чтобы добиться разрешения.54 В 1778 году он начал публиковать свой немецкий перевод Пятикнижия; изданный в 1783 году, он вызвал новую бурю. Для написания некоторых комментариев к тексту Мендельсон привлек Герца Гомберга, который был связан с берлинскими евреями, весьма отчужденными от синагоги. Несколько раввинов запретили перевод, но он нашел дорогу в еврейские общины; молодые евреи изучали по нему немецкий язык, и следующее поколение евреев стало активно участвовать в интеллектуальной жизни Германии. В 1779 году Лессинг опубликовал драму «Натан из Вейзе» (Nathan der Weise), которую сотни читателей восприняли как возвеличивание своего еврейского друга.

Находясь на пике своей славы и влияния, Мендельсон убедил Маркуса Герца перевести на немецкий язык «Оправдание евреев», с которым Манассия бен Израэль обратился к английскому народу в 1656 году. К переводу он добавил предисловие «Спасение евреев» (1782), в котором умолял раввинов отказаться от права на отлучение. Вслед за этим в 1783 году он выпустил красноречивую работу «Иерусалим, или О религиозной власти и иудаизме», в которой подтвердил свою иудейскую веру, призвал евреев выйти из гетто и принять участие в западной культуре, призвал к отделению церкви от государства, осудил любое принуждение к вере и предложил оценивать государства по тому, в какой степени они полагаются на убеждение, а не на силу. Кант, находящийся сейчас в зените своего могущества, написал автору письмо, которое заслуживает места в анналах дружбы:

Я считаю эту книгу предвестником великой реформы, которая коснется не только вашего народа, но и других. Вам удалось соединить вашу религию с такой степенью свободы совести, которую невозможно было представить…В то же время вы так ясно и подробно показали необходимость неограниченной свободы совести в каждой религии, что в конце концов и наша [лютеранская] церковь будет вынуждена задуматься о том, как удалить из своей среды все, что тревожит или угнетает совесть».55

Книга подверглась нападкам со стороны ортодоксальных христианских и еврейских лидеров, но она внесла огромный вклад в освобождение и вестернизацию евреев.

В 1783 году Мендельсону было всего пятьдесят четыре года, но он всегда был слаб здоровьем и телосложением, и чувствовал, что жить ему осталось недолго. В последние годы жизни он читал своим детям и некоторым друзьям лекции, определяющие его религиозное вероучение; они были опубликованы в 1785 году под названием «Утренние часы, или Лекции о существовании Бога» (Morgenstunden, oder Vorlesungen über das Dasein Gottes). В