Неприятности с нами - Кэт Т. Мэйсен

своего выражения. В его глазах читается страдание, но я не могу его винить — я бы тоже так поступила, если бы он вышел передо мной почти голым.

И тут же воспоминания о том, как восхитительно выглядит этот мужчина в обнаженном виде, нахлынули на меня. Мое тело начинает реагировать, но я не успеваю прикрыть грудь, так как соски твердеют. Я поднимаю кувшин, чтобы прикрыть грудь, и меня не покидает ирония.

— Планы изменились, — Уилл прочищает горло, прерывая свой взгляд.

— Я не знаю, что сказать, ведь наша последняя встреча закончилась не очень хорошо.

— Послушай, Амелия, я здесь ради отца, и точка. Я здесь не для того, чтобы мешать тебе, более того, ты, вероятно, не будешь часто меня видеть.

— Нет, — я покачала головой, внезапно разочаровавшись. — Я хочу тебя видеть. На самом деле, приходи потусоваться с нами в бассейне. Как в старые добрые времена.

— Ты уверена?

— А почему бы мне не быть уверенной? Если мы встречались много лет назад, это не значит, что мы не можем провести выходные вместе, ради семьи.

— Как скажешь, — он возвращает мне миску с восхитительной ухмылкой на губах. Я не могу отстраниться, меня тянет к воспоминаниям о том, как они целовали каждый сантиметр моего тела. — Я пойду переоденусь.

— Пойду возьму еще напитков. Увидимся у бассейна.

Он исчезает в коридоре, а я продолжаю стоять на месте. Я не планировала, что Уилл будет здесь в эти выходные, и не планировала приглашать его потусоваться с нами. О чем, черт возьми, я думаю? Дружить с ним не так-то просто, как я себе это представляю.

Но только потому, что чувства все еще не угасли, это не делает их любовным треугольником, как так красноречиво выразился Эрик.

Чувства всплывают вновь, потому что когда-то давно мы делили друг с другом наши жизни и создавали неприкосновенные воспоминания.

Мы создали особые узы, и наша дружба росла вместе с ними.

Так что да, я скучаю по Уиллу.

Я скучаю по той дружбе, которая у нас когда-то была. И в этом нет ничего плохого, и я не должна чувствовать себя виноватой. Мои отношения с Остином не под угрозой.

Но даже я в глубине души понимала, что если позволю себе хоть немного правды, то часть того, что сказал Эрик, окажется верной.

Отрицание — само по себе проклятие.

Мне еще предстоит узнать, как долго я смогу продолжать лгать самой себе.

Двенадцатая глава. Амелия

Моя кожа раскраснелась, на обычно ровной коже остались следы розового и красного, как будто я вышла из обжигающе горячей ванны.

Я иду на кухню, где мама и тетя Адриана оживленно болтают, попивая какой-то коктейль. Джесса упомянула, что не так давно Кейт и Никки собирались заехать за кое-какими вещами.

— Ты в порядке? Почему ты такая красная? Это лосьон для загара Эрика, потому что, клянусь, все, что в нем содержится, не законно, — спрашивает тетя Адриана, сузив глаза и глубоко вздохнув. — Ой, простите. Я просто как бы сложила два и два вместе. Мой мозг работает медленно, когда я пью.

— Уилл как раз был здесь, — заключает мама с полуулыбкой.

— Послушайте, мы оба взрослые люди и все еще семья, — говорю я им обеим, переводя дыхание. — Почему мы должны чувствовать себя неловко рядом друг с другом только потому, что встречались? Ты же прекрасно себя чувствуешь рядом с дядей Джулианом.

Как только это вырвалось у меня, я начала ругать себя. С моей стороны было бесчувственно упоминать об этом: — Простите, тетя Адриана, я не хотела показаться такой...

— Амелия, успокойся, — тетя Адриана тихонько смеется. — Теперь все в порядке, и я уверена, что Чарли скажет то же самое. Но да, когда-то было нелегко находиться в одной комнате друг с другом. С тех пор мы прошли долгий путь.

— Прошли, — соглашается мама, забирая у меня кувшин и наполняя его. — Просто наслаждайся этими выходными. Не дави на себя, чтобы вести себя определенным образом. Ты — это ты, Бу.

— Мама, это Ава тебя научила? — Я разразилась противным смехом.

— Александра, но я подозреваю, что она прошла полный круг от Авы.

Мы все втроем смеемся, прежде чем я испускаю тяжелый вздох: — Почему вокруг бывших любовников и отношений так много стигмы?

— Этого не должно быть, если только ты сама не позволишь, — замечает мама.

Тетя Адриана делает глоток своего коктейля: — Именно в такие моменты я рада, что у меня нет бывших любовников. Только двое мужчин, которых я очень люблю.

Я не могу не улыбнуться, зная, что тетя Адриана все еще любит отца Энди, как будто он никогда не уходил.

— Я лучше пойду на улицу, — сообщаю я им с тяжелым вздохом. — Энди и Нэш идут ноздря в ноздрю, пытаясь завоевать внимание Джиджи.

— Ах, Джиджи, — с улыбкой хвастается тетя Адриана. — Эта девушка — как влажная мечта любого мужчины.

— Может быть, ваша будущая невестка?

Она хихикает, качая головой: — Между нами говоря, я надеюсь, что Энди не будет торопиться. Вся эта история с влюбленностью и неумением мыслить здраво может разрушить твою жизнь. Он такой хороший человек, к тому же у них с Джулианом запланировано большое путешествие по Южной Америке.

Я выхожу на улицу, размышляя о том, что только что сказала тетя Адриана. Если кто-то и знал, как тяжело дается любовь, так это она. Я даже не могу представить, через что ей пришлось пройти все эти годы, и так рада, что она нашла мужчину, который любит ее так же сильно, как и она его.

Музыка становится громче, когда я подхожу к большим стеклянным дверям. Все находятся в бассейне, смеются и играют в лучах полуденного солнца. Но мой взгляд тянется к кабинке, где Уилл стоит с Джиджи. На нем шорты и солнцезащитные очки, его торс полностью обнажен. Я и забыла, насколько он сексуален, каждая его часть, включая пресс.

А может, я не забыла, а специально похоронила воспоминания.

Джиджи стоит рядом с ним и смеется, только чтобы коснуться его руки. Из моего горла вырывается легкий рык, а по телу разливается жжение. Почему она вообще с ним разговаривает? Разве они не познакомились всего минуту назад? Мне никогда не нравилась Джиджи. Конечно, она красива, но она серийная флиртовщица.

И почему Энди и Нэш в бассейне не обращают на это внимания? Разве не они должны привлекать ее внимание, а не Уилл?

Я ставлю кувшин на место и наливаю себе напиток,