Мелодия Бесконечности. Первый аккорд - Екатерина Голинченко

Компания уже обиралась покинуть аэропорт, когда звонок мобильного прервал сладкий поцелуй Джека и Даниэллы. На дисплее высветился номер клиники. Обречённо вздохнув, Джек снял трубку. Разговор был коротким.

— Простите, ребята, — развёл он руками, — Придётся вам такси брать — меня вызывают. Какой-то псих разбился на мотоцикле на окружном шоссе.

Дэни посмотрела на Джека своими глазами небесной синевы и мягко улыбнулась:

— Не-а, всё равно не верю, как бы ты не старался казаться хуже, чем есть на самом деле. Я уверена, что жизнь пострадавшего в надёжных руках.

— Постараюсь оправдать твоё доверие, любовь моя. Его уже везёт бригада скорой, и мне нужно ехать, — он поцеловал белокурую, пожал руку Питеру и попрощался с остальными.

Джек постарался поспешить, и в скором времени был уже на месте — в приемном покое.

— Как состояние больного? — незамедлительно осведомился он у дежурной приёмного отделения.

— Состояние тяжёлое, но стабильное, — медсестра подала ему карту пациента, — Сломанное ребро пробило легкое, сильное внутреннее кровотечение — он потерял много крови. Сейчас для вас готовят пятую операционную. Да, вот доктор, сами посмотрите — там он на каталке, с ним парамедики, которые его привезли.

Молодой хирург повернул голову в ту сторону, куда показала сестра, и обомлел — незадачливым байкером оказался не кто иной, как Джон. Его глаза, некогда прекрасные, на бледном от большой кровопотери лице, теперь были подёрнуты предсмертной дымкой… Лицо и тело — в ссадинах и кровоподтёках.

— Ну, «Шумахер» хренов! — в сердцах выругался Джек, — Найдите анестезиолога и приготовьтесь к переливанию крови, — отдал он распоряжения младшему медперсоналу, прощупывая пульс пострадавшего, — Твою ж … Да, от тебя разит моим виски — какая банальность, он хотел утопить горе на дне бутылки. А я, признаться, был лучшего о тебе мнения. Ладно, тебе на себя наплевать, но, ты же мог сбить кого-нибудь! Ой, дурак! Ей Богу, на всю голову дурак! Тоже мне, гений — Леонардо «Недовинченный», так-то ты байк починил? Что с кровью?

— Я потерял много крови? — еле выдавил Джон, пропуская мимо ушей колкости в свой адрес.

— Группа крови, спрашиваю, какая? — повторил свой вопрос Джек, на что парень лишь непонимающе заморгал.

— И откуда ты только такой взялся на мою голову? — молодой хирург разочарованно вздохнул и вытер ладонью пот со лба, — Добро пожаловать в наш мир, — ухмыльнулся он, распаковывая шприц, — Руку давай. Кулаком поработай. Так, хватит. Теперь разожми кулак.

— Это что — такая изощрённая инквизиторская пытка? Кровопийца, — лицо Джона исказилось гримасой боли.

— А ты у меня ещё поумничай давай, остряк. Уже не такой крутой, да? — Джек вынул иглу и передал шприц санитару — Отнесите это в лабораторию на экспресс-анализ, мне необходимы данные по группе крови и резус-фактору в течение десяти минут, — Локоть зажми, — обратился он уже к Джону.

— Как скажешь, господин Великий Инквизитор, — скривился Джон.

— Прости, что мало, — ехидно улыбнулся молодой хирург, — Я тут, между прочим, пытаюсь спасти тебе жизнь, так что, раз уже облажался, то, будь любезен — закрой рот и не мешай мне работать.

— Зачем, Джек?! Зачем?! — прохрипел Джон.

— Что значит зачем?! — возмутился Джек, — Я тебя с того света вытащить стараюсь, вообще-то.

— А я просил об этом? Отпусти меня… — одними губами произнёс Джонни и закрыл глаза, на ресницах блеснула слеза.

— Сожалею, — покачал головой Джек, — тогда ты не к тому врачу попал, — я тебя не отпущу, у меня репутация всё-таки. Считай, что сегодня не твой день. Ты, вообще, о матери своей подумал — каково ей будет? Ах, простите. Ваше бессмертное высочество, куда ж нам, простым смертным, понять Ваши высокие мотивы. И сына ты тоже решил вот так, вдруг, бросить? Ты произвёл на меня впечатление сильного человека, а, оказывается, ты слабак. А меня ты в какое положение ставишь? Ты понимаешь, что сейчас от моего мастерства зависит жизнь друга? Я не имею права на ошибку! Ты хоть понимаешь, какое это нервное напряжение? А кто-то вылакал мой виски! Не подскажешь — кто? Прости, но, по-моему, ты отшиб последние мозги, — не выдержал Джек, — А Маргарите я что скажу? Наш разговор ещё не закончен, учти.

Тот умоляюще посмотрел на молодого хирурга:

— Ты абсолютно прав, док: я — дурак, дурак и эгоист… Джек, пожалуйста…друг… — простонал он, — Мне холодно…Так холодно… Я верну её…

— А я думал, что тебе жизнь уже надоела. Или у тебя, как у кота, девять жизней? Разумеется, вернёшь — только вернись сам сначала, — Джек не мог без содрогания смотреть на умирающего друга, и добавил, смягчившись, — Я сделаю всё, что смогу, обещаю…

— И Маргарите, прошу, не рассказывай ничего, — Джон потерял сознание.

А в самолете Маргарита засыпала, не в силах совладать с накатившей усталостью. За последнее время её нервная система была истощена до предела. Мысли путались в голове. Она пока ещё не знала, правильно ли она поступила, но точно была уверена, что будет скучать без своих друзей, которых она оставила в Лос-Анджелесе, а ещё… из головы не выходил печальный взгляд красивых глаз Джона…

Почти машинально на стекле иллюминатора она вывела:

«SOS for love»…

На своих губах она ощутила солёный привкус слёз…

Джон сидел на кровати, во что-то увлечённо играя на ноутбуке, а Розадинда усердно расчёсывала его волосы.

— Принцесса, а ты не перепутала меня со своей куклой Барби? — недовольно поморщился парень.

— Много ты понимаешь, — возмутилась Рози, — Красота требует жертв, так что — терпи. У тебя волосы спутались. И не верти головой, — вдруг девочку осенила занятная идея, — Слушай, а давай я тебе косичку заплету, а?

— Никаких кос, — запротестовал Джон, — Соглашусь максимум на хвост, — он негодующе замотал головой.

В комнату вошел Джек.

— Та-ак, что тут у нас? — поинтересовался молодой хирург, — Детский сад мировые проблемы решает? — иронически заметил он.

— Попрошу не обобщать, — возразил Джон, за что получил от доктора подзатыльник.

— Не провоцируй меня, я на тебя ещё очень зол, — он перевёл взгляд на девочку, — Рози, ну, хватит уже его мучить, мне повязки Джону поменять надо.

— Ладно, я пойду погуляю в саду, но, я ещё вернусь, — помахала рукой Розалинда, а Джон лишь обреченно вздохнул.

— Придется потерпеть, — предупредил Джек, — Учти, что я смог залечить только эти твои раны, а те, что тебя действительно мучают, не под силу вылечить даже мне — только ты сам можешь помочь себе.

После того, как, закончив процедуры, молодой хирург удалился, вернулась Розалинда в сопровождении старшей сестры.