Мелодия Бесконечности. Первый аккорд - Екатерина Голинченко

Ехать пришлось не слишком долго, и в дороге она, почти инстинктивно, и даже когда приехали на место, несколько замешкалась, задержав взгляд то на его лице, то на его руках, прежде, чем отпустить.

— Ух-ты! Как же тут здорово! — всплеснула руками Марго, глядя на открывающуюся перед ней панораму города. Потрясающий вид услаждал взор, а пьянящий аромат будоражил нервы.

— Это моё самое любимое место — отсюда открывается просто невероятный вид. Никогда в своей жизни не видел я более прекрасного рассвета, — самозабвенно произнёс Джон, — Ты чего кашляешь — тебе холодно? Дать тебе мою?

— Нет, это от нервов, — пояснила девушка, — Я кашляю, когда нервничаю, говорят — это у меня с самого детства.

— Боишься? Меня? Ты мне не доверяешь? — Джон не поверил своим ушам.

— Нет, я боюсь себя, себе не доверяю, — Маргарита вскинула голову и неотрывно посмотрела на него, — Жан, ты знаешь, кто я? Скажи мне — кто я?

— Ты — та, кого я люблю! — твёрдо ответил он.

— Сейчас мне лучше побыть одной, — Маргарита опустила взгляд, — разобраться в себе… Ты уже знаешь — я еду домой в Париж.

— Что ты такое говоришь? — вопрошал Джон, часто хлопая ресницами, — А как же мы? Как же я?

— Мне очень жаль… — словно удар под дых, у парня перехватило дыхание… Однажды он уже слышал эти слова, и они принесли только печаль и одиночество.

— Жаль? И это всё, что ты можешь сказать? — он с трудом подавил стон отчаяния, — Эгоистка! У тебя в сердце теперь нет места для нас?

— Эгоистка? — не выдержала Маргарита, — От эгоиста слышу. Тебя волнуют только твои чувства, а на меня тебе наплевать! Прими, сначала, мою боль, переживи то, что я пережила, а потом будешь упрекать. Да знаешь ли ты, что я испытываю? Как это — просыпаться каждую ночь от кошмаров, когда видишь, как умирают люди, падают рядом израненные и окровавленные — волком выть хочется! Сцены, одна за другой, переплетаются в диком, страшном танце — я то становлюсь свидетелем ужасной и жестокой резни, то погибаю от рук людей, которых уже успела полюбить, то сама становлюсь убийцей. Я не знаю, кто я, в чём моё предназначение, какова моя роль. Меня гложут страхи и сомнения… — она говорила, но язык не слушался её, к горлу подступал комок, а слёзы душили и жгли глаза, наконец, она зарыдала.

— Ну, вот — вы, женщины, всегда знаете, против какого оружия мы бессильны, — Джон провёл руками по её ресницам, вытирая слёзы, — когда прекрасные женские глаза застилают слёзы, то мужчина перестаёт ясно видеть. Прости, я не хотел тебя расстраивать и заставлять волноваться ещё больше. Клянусь, я всё сделаю, чтобы исцелить твою душу. Оставайся с теми, кто тебя любит, и вместе мы переборем всё, справимся с чем бы то ни было. Прости, если я был резок с тобой — но, твои слова были словно выстрелы в сердце и душу. Твои слёзы причиняют мне боль. Посмотри — алеет рассветное небо, а звёзды исчезают в утренней дымке — зачем мне всё это, если я останусь один, без тебя?

В порыве чувств Маргарита едва не задушила его в своих объятиях, чуть не свалив с ног:

— Ты уже не сердишься? Спасибо за понимание! Я знала, что, если ты любишь меня, то поймёшь. Сначала я должна найти себя. Прости, что я накричала на тебя — я тоже вспылила попусту.

— Мне будет очень не хватать тебя… Ты хоть звони, пиши… — глубоко вздохнул Джон когда хотелось кричать до хрипоты.

— Ну, конечно. Обязательно. Я тоже буду очень скучать без вас. Но, я вернусь, я точно знаю. Мне очень тяжело, я стараюсь находить нужные слова — вы проникли в моё сердце и останетесь там навсегда! Я постараюсь вернуться как можно быстрее. Я уже чувствую, как по капле, силы и память возвращаются ко мне. Все мы одиноки сердцами в больших городах, — продолжила Маргарита словами одной из любимых композиций, — словно заблудившиеся дети… Но, я полечу, даже на растерзанных крыльях — и однажды засияет моя настоящая победа.

— Хотел бы я уничтожить все страхи, что нагоняют печаль на твои глаза, — с заботой произнёс он, обнимая девушку за плечи, — Но… у меня есть идея — Закрой на минутку глаза, — чтобы удостоверится, что она не подглядывает, провёл рукой перед её лицом.

— О.К! Всё? — Маргарита в нетерпении накручивала на пальцы прядь своих волос.

— Да, можешь уже открыть, — наконец разрешил он.

— Конфетки! Шоколадные. Мои любимые, — открыв коробку грильяжа, Маргарита с детской непосредственностью взяла сразу три штуки и начала разворачивать обвёртки, — Откуда это? Ты что — фокусник?

— Тебе нравится? — робко осведомился Джон.

— Ты ещё спрашиваешь, — утвердительно закивала головой девушка, отправляя в рот ещё одну.

— Вот такая, весёлая, счастливая, с улыбающимся личиком, ты мне нравишься больше, — мягко улыбнулся он, — Я хочу запомнить твою прекрасную улыбку!

— Жан, не надо… — глубоко выдохнула Маргарита, — Я же еду не навсегда. И ни слова о любви, во имя неба и земли. Отвези меня лучше домой.

Один Бог знает, как ему хотелось снова почувствовать прядь её волос между пальцами, вдохнуть их аромат, ощутить прикосновение её кожи, испить поцелуи с её губ — каждый вздох как смерть. Но, не в его принципах было брать женщину силой — укротив себя сейчас, он будет вознаграждён, иначе рискует потерять её навсегда. Только вот когда наступит это «потом»?

— Обними, обними меня крепче, — попросила девушка, — И не теряй меня. Убереги, удержи меня. Не отпускай. Обними меня крепче. Ну, же! — почти потребовала она.

Только Джон открыл было рот, но, не успел он и слова произнести, как Маргарита поднесла палец к его губам:

— Ни слова… Как же я смогу без тебя теперь?

И они слились в долгом поцелуе.

— Запомни, — прошептал Джон — я готов отказаться от всего ради тебя, но я не готов отказаться от тебя.

Я приду к тебе на помощь, я с тобой пока ты дышишь —было так всегда, ты помнишь, будет так всегда, ты слышишь!!!©

Попрощавшись с Маргаритой, Джон опять сидел на бортике бассейна и наигрывал на гитаре знаменитую мелодию «Nothing Else Matters» группы «Metallica», он даже не заметил, как к нему подошла Даниэлла:

— Салют, братишка, что делаешь? — приветственно улыбнулась она.

— Апельсины гружу, не видишь? — огрызнулся Джон.

Дэни встала «руки в боки»:

— Эй! Какая муха укусила тебя, мистер? — наигранно возмутилась она — Уж не Маргарита её имя?

— Sorry, Дань, я сегодня что-то не в духе, — внезапно Джон вскочил и, отложив гитару, подошёл к девушке:

— Данька, давай подерёмся? — его глаза лихорадочно блестели.

— Сдается мне, что ты сейчас не в лучшей форме, — девушка окинула его критическим взглядом, — А ты разве не поедешь провожать Маргариту в аэропорт?