Вторая жизнь сироты - Лисий Хвост

Молодец. Но, сначала, давай, все жё, я расскажу тебе всё, что хотела, - остудила она мой пыл.

- Конечно, сэнсэй, - я постарался взять себя в руки.

- Отлично. Как я уже сказала, первое направление – гендзюцу. Но его одного мало. И потому ты будешь в обязательном порядке плотно изучать тайдзюцу и ирьёдзюцу. Сочетание этих трёх дисциплин, если ты сможешь достигнуть в них хотя бы приличного уровня, сделает тебя крайне непростым соперником для кого угодно. Не говоря о том, что будет, если ты сможешь достичь в них настоящих высот.

- А что можно считать приличным уровнем, учитель?

- Скажем, B ранг по медицине и тай среднего джонина. При возможности творить иллюзии хотя бы A ранга это будет весьма неплохим результатом.

Я погрузился в раздумья. Совершенно очевидно, что, несмотря на просто удивительные перспективы, просто не будет. Изучать три направления – это когда же я буду спать?

- Поверь, я помогу тебе всё успеть! – как-то предвкушающе расхохоталась мастер, явно заметившая мои сомнения, от чего меня даже передёрнуло.

- А ещё, - вкрадчиво продолжила она, - пусть и не сразу, конечно, ты возьмёшься за ниндзюцу.

- Как скажете, - пожал я плечами, смиряясь с неизбежным каторжным трудом.

- Ага, ага, - довольно закивала она, - именно, как я скажу. Но не переживай раньше времени. Изучение нин мы добавим потом. Когда к нынешнему графику привыкнешь.

- Вот, кстати. Расскажите мне о нём, пожалуйста.

- О, тебе это понравится. Утром у тебя разминка, бег, потом основы тай. После этого ты отдыхаешь – сиречь, зубришь трактаты по ирьёдзюцу, обед, затем упражнения на контроль чакры и развитие каналов чакры, а за ними теория гендзюцу. Потом ужин и медитация. Это основа. Конечно, мы будем вносить в расписание корректировки по ходу событий.

- Это будет непростое время, - протянул я.

-За простотой – в рыбаки. Ладно, - хлопнула она в ладоши, - хватит на сегодня разговоров. Иди, погуляй, всё обдумай. Помедитируй. Или камнями в пруд покидайся. В общем, проведи этот вечер так, как хочешь. Следующий выходной у тебя нескоро.

Глава 18

Подождав, пока за посетительницей закроется дверь, Сарутоби Хирузен откинулся на спинку кресла и устало посмотрел в окно. Несмотря на то, что решение уже было принято, его не оставляли сомнения. Безусловно, Тобирама-сэнсэй не одобрил бы подобную инициативу. Но что ещё он может сделать? Как угомонить кланы? Девять десятых его работы – это вникание в постоянно возникающие разборки между основателями, рассматривание претензий Хьюга, что из кожи вон лезут, чтобы встать рядом с ними, а не быть третьими, улаживание вечных разборок, что устраивают Инузука и много-много чего ещё в таком же духе. Как тут можно спокойно работать на благо деревни? Как тут вообще можно заниматься чем-то осмысленным?

Не сумев усидеть на месте, хокагэ вскочил и нервно принялся расхаживать по кабинету. Тока-сама хочет оказывать прямое влияние на его решения, и ками бы её подрал – от неё не отмахнёшься! Особенно с учётом того, что её поддерживает Мито-сама. Наглая и самодовольная, как и все Узумаки. И ведь с её мнением тоже приходится считаться, и придётся делать это и впредь, ведь она не только жена первого хокагэ и очень сильная куноичи, но и джинчурики демона-лиса. И коварная, как тот самый лис. Собственно, поэтому она и приклеилась к своей подруге и поддерживает её во всём. Ведь та обеспечивает, в свою очередь, ей поддержку Сенджу, и Мито оказывается не просто одинокой вдовой, прячущей в себе страшнейшего демона этого мира, но настоящей героиней и практически членом клана основателя, что даёт огромное политическое влияние и возможности.

И, конечно, Учиха, видя, как их исторические противники пытаются давить на него, ищут способ противодействия. Потому не устают требовать себе всё новых и новых преференций. И ведь иногда приходится давать! Да, с оговорками, не в полном объёме, но всё равно! И всё это не может оставить равнодушными остальные кланы, которые, наблюдая усиление лидеров, хотят для себя того же. Инузука выступили с инициативой создать специальную патрульную службу, которая будет выискивать лазутчиков, контрабандистов и прочее отребье. Под своим чутким руководством, само собой. На вопрос, зачем она вообще нужна, если уже имеющиеся патрули более чем сносно выполняют свою работу, было получено невнятное бормотание – дескать, это позволит им заняться делом, в котором они разбираются лучше остальных, и освободит немало шиноби для других задач. Для каких таких других задач – ему не ответили. Ты хокагэ – ты и решай, куда девать бойцов.

Схватив подаренную даймё трубку, что красовалась у него на столе, он принялся нервно её набивать. Начав вспоминать, трудно было остановиться, и мысль молодого мужчины унеслась вдаль.

Хатаке. Вот уж, от кого не ожидаешь. Тоже не постеснялись отметиться. Захотели, ни много ни мало, подмять под себя сельское хозяйство. И, в отличие от Инузука, которым мозгов хватает, только чтобы выйти на трибуну и гавкать оттуда, действуют втихаря и довольно давно, так что, могут похвастаться некоторыми успехами. Отобрать у них что-то, конечно, не выйдет, но придумать способ дать им понять, что хватит – нужно обязательно.

Курама, не находя себя в повседневной жизни, лезут в администрацию. Вот уж, куда их, наравне с Яманака, не надо абсолютно. Конечно, они смогут мягко отвадить толпы просителей, жалобщиков и прочих, но тогда полностью встанет работа. Кто бы что не говорил про чиновников – как обойтись без них, ещё не придумали.

Хаширама был великим человеком. Он смог объединить множество кланов, указав им новый путь и ведя за собой. Тобирама-сэнсэй не был столь харизматичен, не обладал способностью заставлять сердца людей биться в унисон, но он был братом Хаширамы, не уступал ему в силе и был достаточно умён и прозорлив, чтобы вести Коноху прежним курсом и держать всех в узде.

Он же, - Сарутоби глубоко затянулся и выдохнул на свет белого дракончика, неспешно рассеявшегося по кабинету, - он уступает в силе учителю, как бы не рвал жилы на тренировках. Да, ему могут составить конкуренцию лишь единицы из клановых бойцов, за исключением того дуэта интриганок, и с предсказуемым результатом, но подавляющего превосходства, как у первых двух хокагэ, у него нет, и просто по его слову никто не побежит выполнять распоряжения. Так же он не принадлежит к Сенджу, с которыми до сих пор и ассоциируется, что эта должность, что сама