Вторая жизнь сироты - Лисий Хвост

всё. Сказал что-нибудь не то Учиха – и получил катоном. Не выказал должного уважения, ну пусть, главе Хьюга, и тебя, как минимум, как следует отджукенят. Не то, чтобы вот прямо обязательно так будет, но риск велик. Да и отношение будет так себе. Никто не будет иметь дела с невоспитанным хамом.

- Учитель?

- Слушаю тебя, - даже не повернула в мою сторону взгляд женщина.

- Можно мне учебник по этикету?

- Ухх, - Сэнсэй остановилась и принялась заинтересованно меня разглядывать. - А пойдём-ка мы с тобой поедим чего-нибудь вкусного, Арин. Сегодня ты меня радуешь. Я уж устала намекать.

Открыв было рот, чтобы возразить по поводу праздника живота, я наткнулся на внимательный и чуть насмешливый взгляд Хоконы-сан. И закрыл его, молча продолжив путь.

- Очень хорошо, Арин-кун. Теперь ты понимаешь, что я нисколько тебя не обманывала рассказом о взаимосвязи палаты в госпитале и роста интеллекта?

Увидев мой кивок, она продолжила мысль:

- Не принимай на свой счёт, ученик. Человек устроен так, что лишь единицы способны воспринимать информацию в верном ключе сразу и без ошибок. Головой. Но, зато, все, без исключения, могут учиться другим местом. Да, ты не гений, но уж поверь, гораздо сообразительнее многих. Ты способен к анализу своих ошибок. И пусть ты понимаешь их не сразу, но это качество в тебе есть. И уж поверь, - она кинула на меня обещающий взгляд, - как и все остальные достойные качества, я разовью его в тебе на максимум.

- Я верю вам, - мой ответ чуть ли не впервые прозвучал без всякого сарказма.

Зайдя в небольшой уютный ресторанчик, мы заняли угловое место в дальнем от входа конце зала. Народу было немного, всё больше воркующие парочки, хоть и была пара одиночек, что просто пили чай с ничего не выражающими лицами и усталыми глазами. Все они нет-нет, но кидали на нас удивлённые взгляды. Заметив, что я изучаю обстановку вокруг, Хокона-сан решила дать пояснения:

- Здесь нечасто можно встретить шиноби.

- Разве такое может быть, учитель? Как в деревне ниндзя может быть заведение, в котором их не встретишь? Если это плохое место, то сюда не будут ходить, и оно разорится. А если они плохо относятся к шиноби, то почему живы-то ещё?

- Просто это ресторан нетрадиционной кухни, - с видом будто это всё объясняло ответили мне.

Видя написанный крупными кандзи у меня лице вопрос, она продолжила мысль.

- Шиноби, в массе своей, люди привычки. С детства нас приучают к жесткому распорядку. День ото дня не происходит никаких изменений. Помнишь график приюта? Примерно так всю жизнь. Человек привыкает к существованию в определённых границах. Выходить за них ему неприятно. У шиноби это выражено более ярко потому, как наша жизнь сопряжена с постоянным риском и в моменты спокойствия совершенно не хочется никаких сюрпризов. И поэтому если кому-то нравится то или иное блюдо, можно быть уверенным, что имея выбор пойти и поесть привычной кухни или попробовать что-то новое и рискнуть своим комфортом и удовольствием даже в такой мелочи – шиноби выберет привычное. Даже не задумается.

- Это плохо? - пока я затруднялся со своим отношением к услышанному, и потому решил спросить.

- В твоём случае – да. А как оно для остальных – тебя пока волновать не должно.

Тут нас прервала миловидная официантка, и, пока учитель делала заказ, я искал подтекст в сказанном. Но как правильно сформулировать вопрос? Почему для меня плохо любить рамен? А ответ – за него предъявит Наруто. Какая чушь лезет в голову. Может быть, дело в том, что это небезопасно? Не думаю, что предсказуемость способствует выживанию. Если ты всегда ешь в одном и том же месте, за одним и тем же столиком утром в понедельник – тебя легко отравить. Ну или подловить и взять в плен. А ещё...

- Вижу, ты напряжённо о чём-то размышляешь, - прервал мой поиск истины голос, в котором явно слышались нотки интереса, - не поделишься?

Ну, а почему нет? Пока несут заказ, самое время поговорить.

- Недурное замечание, хоть и немного притянутое за уши. Сам принцип, впрочем, верен. Предсказуемость опасна. Но это мы с тобой обсудим позже. Пока же просто прими сказанное к сведению. Будут ещё какие-то ценные мысли, или, может, вопросы?

Я лишь покачал головой. По правде сказать, от умопомрачительных запахов, царящих вокруг, текли слюни и хотелось поскорее перестать болтать и начать уже есть. За время, проведённое в госпитале, я ел только полезное, и порядком соскучился по пище, способной как-то пощекотать вкусовые рецепторы. Вот, кстати. Явно ведь она неспроста привела меня сюда.

- Спасибо, учитель, - не сочтя устную благодарность достаточной, я встал и поклонился.

- Это моя обязанность. Садись, - кивнула с улыбкой Хокона-сан, явно поняв, что я имею ввиду. - Продолжаешь радовать меня, молодец. И, раз спросить ты ничего не хочешь, то я поделюсь с тобой хорошими новостями. Как только тебя признают здоровым – начнётся твоё обучение ирьёдзюцу.

Чего мне стоило не вскочить, опрокинув стол, стул и всех, кто рядом, и не начать танцевать джигу – знают только ками. Вместо этого, я вновь встал и поклонился, но теперь в пояс, чем привлёк заинтригованные взгляды уже со всего зала.

- В целом, - жестом велев мне вернуться на место, продолжила она, - ты мог бы уже заниматься, но что уж. Вышло как вышло. И, пока ты совсем не потерял связь с реальностью от радости, учти: мне было непросто убедить моего друга уделить тебе своё время. Но, всё же, он согласился дать тебе шанс, в качестве услуги мне. Это означает, что если ты облажаешься, то не только потеряешь наставника по медицине, но и очень сильно расстроишь меня.

Глядя в непривычно жёсткие глаза учителя, я понимал.

Глава 16

С первого раза здоровым меня не признали, и мне пришлось ещё три дня отдыхать. То есть, усиленно отрабатывать печати. Занятие, конечно, скучноватое, трудно всё время сидеть на месте, но, зато, определённый прогресс в наличии. Получаются они у меня теперь гораздо чётче и быстрее. Учитель, правда, при виде моих успехов фыркает и показывает, как надо. Но я не вижу ничего. Так, руки помелькали пару секунд, и всё. А она говорит, что за это время целую связку дзюцу показала. И еще скромничает. Дескать, когда в форме была, то