Где пламя драконов правит - Николь Соловьева

— Да, я нашла человека, рассказавшего мне о возможности сократить путь к горам.

— Это каким таким образом? — фыркнула Фоська, скрестив руки.

Шараф, возрадовавшись, вскинул лапы.

— А я говорил, нам не нушно тащится прямо в горы! Расскасывай, как сократить эту дорогу!

— Ну, — задумалась Эрс, — не думаю, что это сильно упростит нам путь, с условием, что мы путешествуем с лошадьми и ослами, но взбираться по горе нам все равно придется. Просто, к горе подходит тоннель, раньше ведущий к храму. С его помощью можно сократить время подъема.

Шараф с шуршанием залез в комок пергамента, вытащив оттуда куски корешков, пожевывая их. Встрепенувшись, заметив Шарафа, Фоська всплеснула руками.

— Так, ну, можем приниматься за рыбу! — прошуршал пергамент и из него заблестела белая рыба. — А завтра тогда и горы покорим!

Шуршали ветки. Лошади поматывали хвостами, готовясь ко сну. Трещал костер остатками щепок. Шуршали спальные мешки. Воздух наполнился запахом хвои, просачивающимся сквозь стволы, сероватым дымом костра. Звезды сходили с небосвода, сменяясь золотистыми лучами, окрашивающими верхушки елей. Теплый ветер пробуждал зеленеющие иглы. Далеко шуршала трава поля. Бутоны еще не распустились, позволяя поляне еще некоторое время остаться зеленым, колышимым волнами, морем. Под шорох игл, медленно просыпались птицы, наполняя леса предутренней трелью.

Лунный свет сменился солнечными лучами, просыпающимися на белоснежном столе. Сероватая птичка села на ветке в дыре у «потолка» и всмотревшись, поблескивающими глазками, в потухший костер, тянущий нитку дыма к ветвям, нахохлившись, открыла клюв, пустив трель. Тишина вторила аплодисментами шуршащей хвои. Возрадовавшись, птичка вновь открыла клюв, пустив по лесу ряд прерывистых посвистываний и не остановившись на этом, затянула недолгую мелодию.

Зеленый глаз медленно открылся. Лапы болели. Казалось, они все еще чувствует качку, ощущаемую на седле. Редкие лучи солнца проскальзывали в листве. По маленькой рощице гулял запах смолы, костра и дыма. Слышалась трель и позвякивания. Тяжело поднявшись, Шараф осмотрелся. Пустой стол в ветках, стулья, лучи солнечного света в дымных лоскутках. Деревья, иглы, лошади, ослы, стремена, Фоська. Как ей удается каждый раз так рано вставать? К сожалению, эта тайна все еще оставалась для него не раскрытой.

Фося с серьезным видом подтягивала седло, явно волнующейся, Бархат, которая каждый раз поворачивала голову к наезднице, словно удостоверяясь, что она все делает правильно. Все идет по плану? И она снова, ненадолго опускала морду к траве.

У костра не было спального мешка. Бархат уже была полностью нагружена, ожидая нелегкого продолжения пути. Наконец закончив с седлом, Фося выпрямилась, взглянув на свою работу и кивнув, хлопнула Бархат по боку, отчего лошадь, прижав уши, вновь обернулась к ней, словно спрашивая: «Что я сделала не так?»

— Ну что, милочка, — повернулась к ней Фоська, — ты у нас будешь самой выносливой и храброй, поверь!

Лошадь только фыркнула.

— Ладно, — сдалась собеседница, — пусть не самой храброй. Тогда уж, пусть самой выносливой и терпеливой.

Бархат послушала ее и обдумав, согласилась, мордочкой ткнувшись ей в макушку.

— Идет значит? — она протянула руки к лошадке схватив ее за теплую, светлую шею, прижав к себе, обнимая.

Под руками переминалась короткая шерсть. Большой нос выдыхал теплый воздух на рубашку. Шею накрывала соломенная грива, щекотящая щеки и лишь редко шуршали маленькие ушки.

— Ладно, — прошептала Фоська, нехотя, отойдя от лошади. — Надо и других будить. Сегодня мы пойдем в горы, — она обернулась, взглянув на полянку с потухшим костром, в котором остались тлеющие угольки. Рядом лежали, на спальных мешках, Шараф и Эрс.

Аккуратно пройдя от лошади к костру, Фося присела у Эрс, толкнув в плечо.

— Эрс! — прошипела Фося, ожидая ответа и не получив его, вновь толкнула ее в плечо. — Эрс вставай! — в ответ, девушка повернулась на другой бок. Последовал новый толчок в плечо. — Просыпайся, нам есть нечего!

Девушка медленно повернулась, рассматривая бледное лицо Фоси, отдалившееся и вскоре, исчезнувшей из поля зрения.

— Есть? — послышалось невнятное со стороны костра.

Всюду расплывались зеленые, желтоватые, темные пятна, а где солнце и тень, разобрать было тяжело. В голове все еще слышалось испуганное ржание Самчиш и рев ослов. Стук копыт. Еле перевернувшись, улегшись на траве, девушка осмотрелась. Длинное пятно из желтовато-коричневых цветов подрагивало у золотистого пятна и кажется, что-то невнятно говорило. Похоже, оно чем-то не довольно. Слышалось тихое позвякивание. Рядом, обрамленное невысокими травинками, лежало что-то длинное. Из него вытягивалось красное оперение. Стрелы поблескивали на редких солнечных лучах, лежа в колчане. Рядом пристроился деревянный, странной формы, лук.

— Ты идешь?

Фося, звякнув, зацепила кинжал за пояс коричневых брюк, стоя у пофыркивающей Бархат.

— Идем, — Эрс медленно поднялась, схватив колчан и лук, перекинув через плечо, направившись к сонному Самчиш, роясь в сумках, вытащив оттуда похрустывающий пергамент.

— Это еще что? — Фося отогнулась в сторону, с любопытством взглянув на что-то сушеное и тусклое в обертке пергамента.

— Ну, я взяла сухофрукты с собой. Будешь? — пожевывая колечко скрюченного яблока, Эрс протянула ей бумажный сверток.

Фося полюбовавшись странным, но довольно необычным натюрмортом, протянула руку к свертку, взяв курагу и чернослив. Сверток тихо прохрустел, отдав теплому воздуху запах орехов и сушеного банана.

— Эрс, — пережевывая чернослив, Фося затянула цепь на поясе, позвякивая ножнами кинжала. — с тобой мы не пропадем. Но, — отвлекшись от цепи, она развернулась к выходу, обрамленному деревьями. — это не отменяет поисков птиц, ягод и грибов, если конечно повезет. Только вперед! — она вытянула руку в сторону посветлевшего леса и браво направилась на выход.

Бархат проследила за наездницей, помотав головой и тихо профырчав. Казалось, ей никогда не понять это странное, но бойкое существо. Оттого она и посмеивалась над Фосей, ибо знала, какими бывают люди и понимала, что даже за кустом шиповника кроются красивые цветочки.

— Ничего, — рука дотронулась до теплой мордочки. — вы обязательно сдружитесь. Не все так быстро.

Бархат подтолкнула ее. Неподалеку послышался шепот: «Эрс, идешь?»

— Иду, — и подтянув лямку колчана, Эрс вышла из рощи, лишь раз взглянув на Шарафа, все еще дремлющего у потухшего костра.

Тишина наполнила поляну. Редко звучали птицы и шелест игл. Зеленый глаз распахнулся, сузившись в щелку. Еще некоторое время он подвигался из стороны в сторону. Все еще тихо. Стукнув хвостом по земле, Шараф приподнялся, осмотревшись. Лошади все так же мирно стояли в стороне рядом с ослами. Стол и гурьбу веток освещали солнечные лучи. На траве остался единственный пустой спальный мешок. Затух костер, по которому медленно перемещались лучи, просачивающиеся через хвою.

— Костер! — Сертан вскочил с травы, ринувшись к сонному Самчиш.

В сумке к счастью, осталось именно то, что искалось.