Развод. Будьте моим бывшим, доктор - Анна Варшевская

Отойдя подальше от начальственного кабинета, сворачиваю и почти выбегаю на воздух. Всё-таки этот разговор непросто мне дался. Понимаю, что действительно хочу только одного — увидеть Даню. Чтобы он опять пошутил насчёт чего-нибудь в своей привычной манере, обозвал меня ягнёночком и…

Чёрт подери! Даже торможу от мысли, пришедшей мне в голову.

Кажется, я начинаю влюбляться!

Это открытие заставляет меня замереть на полушаге. Да, когда-то Игнатьев мне нравился — но очень короткое время, до всех событий, после которых я утвердилась во мнении, что он высокомерный засранец, поставивший себе целью портить мне жизнь.

Он не мог не нравиться. По нему добрая половина меда сохла в своё время. Мне в каком-то смысле повезло. Сначала я была по уши в учёбе и не замечала ничего и никого вокруг. А потом, когда он обратил на меня внимание — влюбиться не успела. Узнала про то чёртово пари, которое он заключил со своими друзьями — как быстро я с ним пересплю. Ну и после этого, понятное дело, ни о каких чувствах, кроме раздражения и злости, речи не шло.

А теперь… теперь… Уф-ф, Агния! Ничем-то ты не отличаешься от всех остальных девиц, которые пускали на него слюни.

Тут же встряхиваюсь, заставляю себя расправить плечи. Нет, похоже, всё-таки отличаюсь. Потому что его отношение ко мне сейчас… Оно точно отличается! Не знаю, какой бы ещё мужчина делал для меня всё то, что сделал и продолжает делать Даня.

Выбрасываю из головы ненужные рассуждения и тороплюсь в отделение. Нашла чем голову загрузить, тоже мне! На работе нужно думать о работе — а я теперь здесь работаю! Радостно улыбаюсь, до меня наконец доходит: меня взяли! Я смогу продолжать исследования, защищусь, получу степень! А свёкр с бывшим пусть утрутся!

В нейрохирургии жизнь кипит. Первое, что делаю — иду к хирургу.

— Даниил Антонович, — постучав, заглядываю в кабинет, и мужчина вскидывает голову, улыбается мне.

— Заходите, Агния Станиславна!

Ух, какой тон строгий! Захожу, прикрывая за собой дверь, и тут же оказываюсь в крепких руках, которые моментально съезжают с моей талии на ягодицы.

— Ах ты!..

— Я успел соскучиться, ягнёночек, — шепчет мне на ухо Даня, прижимая мои бёдра к своим, и я вспыхиваю.

— Да уж заметно! — говорю укоризненно. — Но я вообще-то не за этим!

— А что, страстного секса на столе в кабинете не будет? — в голосе гремучая смесь разочарования и ехидства.

— Без меня! — выдыхаю, отпихивая его, правда, ничерта не выходит. — Сам как-нибудь справляйся!

— Ай-яй-яй, ягнёночек, на что ты меня толкаешь, — Даня язвительно хмыкает. — Нет уж, таким способом я сбрасывать напряжение не буду, лучше до вечера подожду.

До меня не сразу доходит, что он имел в виду под способом, а когда доходит, я… внезапно понимаю, что это дико возбуждает! Фух, я точно извращенка! Потому что стоит только представить, как он, думая обо мне, касается себя… Так, Агния, стоп, СТОП!!!

— И что же это такое пришло в твою очаровательную головку, а, радость моя? — заинтересованно уточняет хирург.

Ни за что не скажу!

Даня явно собирается добиться от меня ответа, но не успевает. Звенит ургентный звонок — это значит, все свободные врачи должны немедленно бежать в приёмный покой. Поэтому с места мы срываемся оба.

Оказывается, по скорой поступили несколько пациентов — крупная авария на магистрали неподалёку. Поэтому ближайшие несколько часов нам становится ни до чего. Я ассистирую хирургу на операции, потом он уходит ещё на одну, оставляя на меня пару «тяжёлых» пациентов. Заполняю кучу бумаг, успеваю познакомиться с частью персонала и старшей медсестрой отделения, в общем, погружаюсь в работу с головой.

Уже под вечер, с гудящей головой, ошалевшая — меня сдёрнули в другое отделение, потребовалась консультация смежного специалиста, а все остальные были заняты — возвращаюсь к кабинету нейрохирурга. В коридорах довольно тихо, что не может не радовать — значит, кризис миновал. Подхожу ближе и слышу из-за приоткрытой двери злой женский голос. Та-ак, ну и кто там?

— Инна, мы не будем это обсуждать, — Даниил говорит спокойно и ровно. — Я сразу объяснил тебе положение вещей.

— Ты не можешь так… Ты обещал!..

— Я ничего тебе не обещал, — твёрдый голос.

Замираю, вслушиваясь.

— Снова побежишь к ней?! — в тоне Инны слышны слёзы. — Что ты на меня так смотришь? Я всё знаю! Ты ей не нужен! Приползёшь потом зализывать раны! И к кому приползёшь — ко мне!

Тишина, густая, гулкая…

— Чем она лучше меня?! Чем?!

Глава 16

Даниил

Несколько лет назад

— Мужики, пошли покурим!

Поворачиваюсь к однокурснику, который кивает нам на выход. Только что закончился очередной день на клинической базе, и мы всей толпой выходим из мрачного низкого строения.

— Ну, чего застыл, Игнатьев!

— Дан, сигаретка есть?

— Я бросил, — качаю головой.

— Да ладно, — один из наших, Костя, глубоко затягивается, ухмыляется, выпустив дым. — Чего это вдруг?

— Ну, если б кое-кто не избавился от завтрака при вскрытии и не просидел оставшуюся часть на лавочке, переливаясь всеми оттенками зелёного, то увидел бы, на что похожи лёгкие курильщика, — хмыкаю насмешливо.

Однокурсника передёргивает, он с сомнением смотрит на сигарету, но потом, махнув рукой, снова затягивается.

— А, один раз живём.

— Это точно, — бурчу себе под нос и отворачиваюсь, подставляя лицо свежему ветру.

После пропитанного запахами формалина и дезрастворов помещения хочется подышать, и не сигаретным дымом.

— О, гляньте! — Костя толкает локтем меня и ещё одного парня. — Главная недотрога первого меда идёт.

— Кто? — спрашиваю рассеянно.

Я мало интересуюсь сплетнями и прочей чушью. Работа занимает всё воображение и мысли. Монахом не живу, понятное дело, но… Попробуйте одновременно учиться на медицинском, подрабатывать, зубрить урывками и спать вполглаза.

— Ты что, тоже не знаешь? — тем временем Костя пересказывает последние сплетни парню, недавно затесавшемуся в нашу компанию — он перевёлся к нам с другой клинической базы пару дней назад. — Вон же она. А имя у неё — вообще жесть. Агния, правда не Барто, которая «уронили мишку на пол», а — ха-ха — Добрая! Прикинь! Что имечко, что фамилия.

— Что, не обломилось тебе с ней, Костян, раз так в остроумии упражняешься? — хмыкаю, прикрыв лицо ладонью от ветра и глядя на приятеля.

— Вот ещё, — тот презрительно ухмыляется.

Точно, не обломилось. Сдерживаю улыбку и начинаю шарить глазами по сторонам. Ну и где эта малышка, которая бортанула нашего Костика?

Момент, когда я ловлю тёплый взгляд карих глаз невысокой брюнетки, делит мою жизнь на «до» и «после». Это странно —