Полет Сорок - К. Дж. Чарльз

с посыльным записки Стивену с просьбой срочно появиться, к признательности Крейна. Он не хотел оставаться один в квартире с отвратительным лицом.

- Ты не мог бы с ними что-нибудь сделать? – спросил Мэррик, когда они стояли перед камином, слишком взвинченные, чтобы сидеть.

- Что, например?

- Без понятия, это же твои татуировки. Ты – волшебник. Уговори их вернуться.

- У меня ни малейшего представления, как эта чертовщина движется, - ответил Крейн, который втихаря пытался сделать именно это и все напрасно. – Я тебе уже тридцать раз объяснял…

- Да, у тебя есть силы, но ты не можешь их использовать, ты говорил. А еще ты пробил дыру в груше. Правой. А мы оба знаем, что твой удар правой, как у обморочной монашки, так что не говори мне, что это естественно.

- Тебе бы понравился мой удар правой теперь? – взглянул на него Крейн.

- Нет, если бы решил применить на мне свои шаманские штучки, - Мэррик посмотрел на него в ответ. – А тебе?

- Нет, - произнес Крейн с гораздо большей уверенностью, чем на самом деле. – Я … не знаю, что это такое, но я не шаман. Я не чувствую никакой разницы.

- А вот выглядишь ты ебать как по-другому.

- Заткнись.

- Ну, ты должен… - Мэррик оборвал себя, повернув голову, когда они услышали скрип задней двери. Оба побежали в холл. Мэррик первым оказался в кухне, распахнул дверь, пропуская растрепанного и раскрасневшегося Стивена, чтобы подтолкнуть его к Крейну. Тот посмотрел наверх, открыл рот, споткнулся, еле устояв на ногах, и резко остановился.

- Люсьен? Что случилось?

- Я был в спортивном зале. Татуировки начали летать по мне. Хочу убрать ее со своего лица.

- Сядь. Позволь мне прикоснуться к тебе.

Крейн пошел в гостиную и уселся на диван. Стивен вошел вслед за ним и положил покалывающую кожу руку ему на щеку.

- Там что-нибудь произошло? Драка или… эээ… что-нибудь эмоциональное?

- Если ты имеешь ввиду отсосали ли мне, то нет! – рыкнул Крейн, и продолжил, невзирая на мучительное отрицание Стивена. – Я тренировался с грушей и пробил в ней дыру! Ты вряд ли бы смог сделать это, - добавил он на благо неатлетичного шамана. – Они созданы, чтобы их бить.

- Ты… Когда это случилось?

- Около двух часов назад.

Стивен уставился на него, глаза казались пораженными.

- О боже, - сглотнул он. – Кажется, это по моей вине.

- На самом деле по твоей, или это из области твоей ответственности за весь мир? – сардонически отозвался Крейн.

- Нет, на самом деле, моя. Я вышел из себя. Я использовал свои силы. Это не должно было случиться…

- Конечно, не должно. Господи. Я мог быть в офисе, у Блэйдонов, в палате чертовых лордов. Ты не можешь просто так отправлять татуировки в полет.

- Я не это имел в виду. Я понятия не имел, что это может случиться. Мне так жаль.

Он выглядел донельзя подавленным, побелевший, с распахнутыми глазами. Крейн глубоко вздохнул.

- Убери эту ебанину с моего лица. Мы разберемся с взаимными упреками, когда я перестану выглядеть как венецианская маска.

Стивен кивнул и вскарабкался на диван, встав на колени рядом с Крейном. Он прикоснулся к его лицу, и в ответ на теплые покалывания на коже, Крейн бездумно и безотчетно потянулся к нему, погрузив пальцы в кудри Стивена. Напряженный, уставший и тоскующий, Стивен встретился с ним глазами, Крейн притянул его к себе и они начали целоваться, как изголодавшиеся, отчаянно вцепившись друг в друга, ни один из них не желал прерываться. Крейн затащил его к себе на колени и откинулся, чтобы разложить Стивена на себе, разделяя с ним тепло, ощущая громоподобное сердцебиение, чувствуя болезненное желание в языке и губах, ставших неуклюжими от крайней потребности.

- Мне так жаль, - прошептал Стивен в ухо Крейна, когда они, наконец, прервались, чтобы отдышаться. – Так жаль. Я все испортил, а ты оказался прав во всем. Должно быть, ты был в бешенстве.

- Я и был, - произнес Крейн ему в шею. – Вне себя от ярости. Видеть тебя не мог. Иди сюда, - он снова нашел рот Стивена, теплый и отзывчивый, и принялся жестко целовать его, подчиняя, сминая губы Стивена грубо, почти до синяков, пока любовник не начал стонать ему в рот.

Крейн слегка отстранился, а потом захватил губы Стивена зубами, зажимая, не слишком-то нежно.

- Оу!

- Не делай так больше! – он поцеловал Стивена, на этот раз мягче. – Ты в порядке?

- Нет, это был худший день… с апреля.

- Так плохо? – пробормотал он, пробегаясь пальцами по волосам Стивена.

- Я убил человека. Меня арестовали. Леди Брютон совершенно точно охотиться за тобой. Человек, подошедший к тебе вчера – воздухоходец, укравший мое кольцо, и он работает на нее. Еще один мертвый полицейский - и… она уходит.

- Что?

- Она двигается, татуировка на твоем лице.

- Да хрен с ней, с татуировкой. Начни снова, с самого начала. Нет, подожди, - втянул Стивена в глубокий поцелуй, пока тот не начал задыхаться от нехватки воздуха, и Крейн уткнулся в его чувствительную шею.

- Нам надо поговорить, - наконец выдавил Стивен. – Люсьен, это важно.

- Вот оно, - Крейн откинулся назад, глядя в золотистые глаза. – Слушай, какое бы дерьмо ни случилось, и я сюда включаю сучку Брютон, мы встретим это вместе. Ты и я. И больше никакого скрытничанья и бардака, Стивен, никаких попыток сделать все в одиночку или править миром в режиме «все сам». Ты просишь помощи, ты ее получаешь, а нас ты ставишь на первое место. И это не обсуждается, понятно?

- Да, - глаза Стивена распахнулись, умоляя поверить. – Люсьен, клянусь. В том числе и поэтому я пришел сюда. Я больше не буду тебе врать, и я буду настаивать на помощи с этими чертовыми делами с полицией… если они не дадут мне делать мою работу как надо, вместо того, чтобы быть заваленным невыполнимыми требования, я сложу с себя