Греческий способ - Константин Владимирович Ежов

как меня буквально на мясо порубить, это можно, а моих соперниц пообсуждать – так сразу нет, – начала она заводиться и даже вырвалась из объятий и вскочила на ноги.

Как оказалось, она была уже в сухой и будто только что отглаженной одежде, и только я по-прежнему выглядел, как несчастный намоченный котик. Нет, понимать условность ее взаимодействия с окружающим миром – это одно, а вот так сталкиваться с реальностью – это другое. Придется ее вносить в категорию особых людей, раз как не закрывай глаза на такие моменты, она все ровно обычной становиться не желает.

– Да дело не в этом! Как ты не поймешь, что мне неудобно оказаться в ситуации, когда одна девушка видит другую, – попытался объяснить ей свою реакцию.

– Это плавать в резиновых сапогах неудобно, а если они обе знают, что почти со стопроцентной гарантией станут твоими женами, что тут неудобного-то? Да даже если это и не так. Возьмем твою Кими. Лада, скажи, они уже познакомились? – резко обратилась Женька к Дорогобудовой.

– Да, они даже подружились, – огорошила та меня ответом.

– И как, Мария знает, что Кими вовсе не равнодушна к Ивану? – тут же спросила она у нее.

А у меня уже глаз чуть не задергался. Нет, какова наглость!

– Безусловно. Она и про Ярмилу рассказала, и про то, как та сменила гражданство, и про разгоревшийся от этого скандал, и даже пообещала ее пригласить в ближайшее время. Мария была очень рада, – довольно рассказала Лада.

– Да как так-то?! – воскликнул, вдруг осознав, что Машке про меня все слили!

– Просто она хочет знать, как ты жил, чем дышал и почему так долго не мог ее отыскать, несмотря на то, что она старалась быть заметной, – ответила она.

– Ну… да будто пелена была перед глазами. Самому стыдно, еще и вы. Слушай, давай уже перестанем об этом, а? – попросил ее жалостливо.

– Так это Евгения хотела узнать, и даже понятно зачем: чтобы тебе показать, что Мария, в отличие от тебя, приняла порядки приютившей страны, а ты упорствуешь и по-прежнему стесняешься того, что интересен многим девушкам.

– Ладно-ладно, сам во всем виноват и никак не могу принять мир таким, какой он есть. Но ведь если бы не это, то, наверное, и десятой части всего, что начал, не совершил. Но у меня к тебе сегодня появился вопрос, очень интересный. Что это за рисунок на купальниках у девушек Академии, что делает их буквально плоскими, если смотреть хоть сколько-нибудь издали? Может, тебе хоть что-то известно? – постарался перевести тему с обсуждения себя любимого на нечто другое.

Глава 10

– Жень, да не было у меня ничего с Ярмилой! Да, твою… – почти простонал, в конце фразы отскакивая и разрывая дистанцию со своей соперницей, очень удачно так пробившей мою защиту.

Трепаться надо меньше! До мастерства мне еще ой как далеко. Я ведь не мой меч, который знания и умения впитывает, что губка воду.

– Хм, а вот это зря, – выдала она задумчиво, сначала остановившись и прихватив указательным и большим пальцем свой подбородок.

Ха! Красивый, между прочим. До этого как-то не обращал внимания на него. Специально, что ли, акцентировала на него внимание? И ладно. Не будь дураком, воспользовался этой небольшой паузой и постарался восстановиться. А может, она растягивает удовольствие и хочет подольше меня избивать? От этой мысли стало как-то зябко. И только потом до меня дошли ее слова.

– Почему это?! – воскликнул сразу, удивленный.

– И он еще спрашивает?! – изумилась она моему вопросу.

Вот тут-то я реально завис, пытаясь понять, что она имела в виду обоими высказываниями, но получалось откровенно плохо, даже можно сказать никак.

– Нет, все же почему? – решил не шифроваться и узнать у виновницы моего непонимания.

– Да-а-а, мы с такой догадливостью детей не заведем, – скорбно прокомментировала она мой вопрос.

– Мы… детей? Как ты себе это вообще представляешь? – мягко говоря, очень сильно удивился на это заявление.

Ну, и расслабился в окорень, думал, теперь ля-ля-тополя, а получил кулаком в грудь! Слава богу, рефлексы остались на месте, в отличие от мыслей. Падение было управляемым и почти на ноги… с руками. Так-то удар у Женьки, что кувалдой со всего маха, тяжелый. Короче, было не удивительно, что содрал ладони об поверхность полигона. Еще и целительские навыки пришлось прокачивать. Да что со мной?! Неужели непонятно, раз обычные женские уловки от нее не действуют, она с другой стороны зашла и… все-таки мой меч куда быстрее меня, и увернуться от ее кулака, летящего мне в лоб, не удалось. Очнулся, понятное дело, лежа на спине, все там же, от того, что чуть не задохнулся. Эта зараза никакой техникой безопасности при поцелуях не пользуется!

– Да выпусти ты меня! – воскликнул я, лишь едва глоток воздуха смог вдохнуть.

На это она лишь легко и не зло рассмеялась, а потом сама отскочила в сторону. Ага, таки опасается, что стану, как она, поступать. Не зря, кстати.

– Иван, у тебя столько комплексов, что найти уязвимые места не составляет никаких трудностей. Вот возьмем детей. У нас их быть не может… ну, теоретически, во всяком случае. Но ты забываешь, что я твой меч и всегда с тобой, в том числе и в постели. Так что мне присутствовать при процессе, так сказать, со свечкой. Да кому в конце-то концов тебе подсказывать, советы давать, а? Коли не я, кто еще? Так что дети будут наши, – заявила она на ясном глазу и даже ухом не повела.

А вот я упал на колени от такой логики и даже закрыл глаза рукой.

– Вот, ты тоже согласен со мной. Короче, стратегическая цель ближайшего времени – это тщательное сенсорное картирование рельефа тела Ярмилы! – тожественно заявила Женька.

Я даже вернулся к жизни после таких-то слов.

– Это ты сейчас ощупывание руками так обозвала? – уточнил у нее, на всякий случай, вдруг не так понял.

– О, так ты на одну волну со мной настроился! Сначала, конечно, Кими. Она более легкая цель, и просчитать момент, когда Сияние сработает на ней, легче всего. А вот потом Ярмила… но можно попробовать и на Май. Думаю, она не будет против, как попер из нее креатив!

Да, главное, говорит, а морда такая серьезная…

– Жень, хватит прикалываться и надо мной издеваться, а то ведь перестану к твоим словам всерьез прислушиваться, – заявил ей серьезно и кряхтя стал подниматься.

– А вот это было бы лучше всего, но уж больно ты любишь распыляться, а