Гвардеец Бонапарта - Венита Хелтон

Он нежно, но крепко прижал девушку к груди и уже не сдерживая своего желания, нетерпения и страсти прильнул к губам Лауры. Казалось, его поцелуй прожег ее насквозь. Сила его чувства растопила лед недоверия. Лаура внезапно поняла совершенно точно, что этот мужчина говорит правду и несмотря на все секреты и тайны, которые ему приходится скрывать, его любовь к ней несомненна.

Прижавшись к его груди, девушка ответила на его поцелуй, утоляя его голод. Словно морской прибой на нее обрушились волны страсти и затопили ее так стремительно, что она не смогла больше стоять на ногах и тогда Доминик подхватил ее на руки и уложил на скамью, стоявшую поблизости. Мужчина опустился на колени рядом с девушкой, его руки ласкали ее, осторожно прикасаясь к ее телу, а затем скользнули под плащ к мокрому платью.

– Огонек, святые небеса, как я тебя люблю, – пробормотал мужчина, уткнувшись губами в ее шею, а Лаура, отдаваясь всей душой его ласкам, словно в забытьи, перебирала пальцами волосы у него на голове и тихо плакала от наслаждения и мучительной сладости его поцелуев. Какой он сильный и решительный флибустьер из ее девичьих грез, пират, похитивший ее на своем сказочном корабле. Отныне она погиба… погибла.

– Доминик… все это очень стремительно, – прошептала девушка, – пожалуйста, не лишай меня совсем достоинства.

Его щека покоилась у нее на груди, руки крепко обнимали девичью талию. Доминик тяжело дышал и его дыхание напоминало предгрозовое дыхание океана.

– Достоинство, Лаура? Я никогда, слышишь, никогда не посмею и не смогу лишить тебя его. – Он нежно губами осушил слезы девушки, ему удалось несколько успокоиться, его дыхание стало равномерное, и, наконец, Доминик встал и помог ей подняться. Огни в его глазах потухли, на лице появилась едва заметная улыбка. Он взял ее руку, поднес к своим губам, но не поцеловал.

Губы девушки разомкнулись, она тихонько, в ожидании, вздохнула, однако, рот мужчины так и не прикоснулся к ее ладони. Вместо этого он медленно повернул ее руку к себе так, что его дыхание коснулось ее кожи, и это чувство было таким возбуждающим, что Лауру вновь охватило пламя. Он совершенно точно знал, что делает с ней и наверняка понимал, что она подобно глине в его руках. Глубоко вздохнув, девушка подняла на него свои глаза.

– Доминик, ты заставляешь меня забыть обо всем кроме настоящего, – прошептала она, приближая свои губы к его губам. – Мне кажется, что в целом мире нет ничего важнее, чем ты и твои руки.

– Наверное, существует много важных вещей, Лаура, но ни одна из них не важна так, как моя любовь к тебе. Ради нее я готов отдать свою жизнь, – его голос стал нежным и в то же время продолжал оставаться мужественным, – если у тебя еще сохраняются какие-то сомнения на счет моих целей, позволь мне их развеять прямо сейчас. – Доминик отпустил девушку и улыбнулся, увидев, что она дрожащей рукой схватилась за скамейку, чтобы не упасть. – С тобой все в порядке, Лаура?

– Да, просто немного ослабела, вот и все. Доминик подошел к сейфу, набрав какую-то комбинацию, распахнул дверцу и отступил в сторону.

От потрясения Лаура не могла вымолвить ни слова. С верхней полки сейфа на пол посыпались банкноты, на второй полке лежали несколько гроссбухов и других бухгалтерских тетрадей, затем она увидела целые кучи золотых испанских дублонов и более мелких монет, а наверху всей этой ослепительной горы лежало два изумрудных браслета, алмазная тиара и скипетр, инкрустированный рубинами.

– Т-т-ты г-г-грабил банки? Доминик!

Вместо ответа, Доминик подошел к сейфу, выбрал какой-то гросбух со второй полки, не глядя в него, открыл на первой попавшейся странице и протянул его девушке. Несмотря на все свое изумление, Лаура не нашла в себе сил устоять перед искушением заглянуть в приходные статьи поданной книги. В статье «приход» было примерно полдюжины строчек рядом с именем «Ренато Б», но в целом все строки были помечены двумя буквами «Д. Ю».

Глаза Лауры расширились от изумления.

– Ну, видишь, мне нет нужды присваивать твой бизнес, – тихо сказал Доминик, стоя за спиной девушки. Она повернулась и посмотрела на него, внезапно чувствуя себя неловко рядом с ним.

Улыбаясь, мужчина взял тиару и водрузил ее на голову девушки. Лаура понимала, что выглядит нелепо и смешно в своем, а вернее в чужом, не по размеру большом плаще с мокрыми волосами, однако, она насмешливо сделала реверанс, и хотя внешний вид Доминика был не на много лучше ее, он тоже поклонился ей с шутливой иронией.

Лаура подала ему тиару обратно.

– Я не совсем одета для такого случая, может быть в следующий раз поиграем в бал-маскарад.

– В любое время, когда захочешь, а тиара – твоя. – Он улыбнулся, заметив, как девушка смотрит на него широко открытыми от удивления глазами, – возьми ее домой, если хочешь.

– Нет, я не могу.

Он пожал плечами, положил драгоценность обратно в сейф и закрыл дверку.

– Лаура, ты можешь ее взять, когда захочешь, она твоя.

– Нет.

Ей показалось, или на самом деле, что на мгновение его глаза стали печальными.

– Сейчас я отвезу тебя домой. Сегодня вечером бал.

– Ой, я и забыла, – неужели еще только сегодня утром она читала записку, найденную на подушке? Кажется, что это было целую вечность тому назад.

– Так ты пойдешь со мной?

Он стоял перед ней такой красивый, по-юношески стройный. Он был богаче любого короля и все же с явной тревогой ожидал от нее ответа. Лауре внезапно стало стыдно за саму себя, и она тихо сказала:

– Если ты все еще хочешь взять меня с собой, я поеду.

Доминик вздохнул с облегчением. Его глаза засияли, ему очень хотелось вновь поцеловать девушку, но что-то подсказывало ему, что лучше этого не делать. Сейчас он должен был соблюдать особую осторожность, потому что так легко он мог ее потерять. Он помог Лауре спуститься по крутой лестнице и сесть в экипаж. Стражи у кладбищенской стены по-прежнему несли свою вахту, однако, как только Доминик и Лаура вышли, оба разбойника встали и тут же исчезли в воротах.

Доминик осторожно тронул экипаж с места и поехал по улице. На этот раз он старался избегать рытвин и ухабов.

Теплый тропический туман, оставшийся после дождя, пахнул жасмином. Мокрые камни мостовой сверкали как бриллианты, и радуга опустилась на влажные крыши домов.

– Как здорово, правда? – спросила Лаура, глядя на старое здание и яркую чистую зелень садов.

– Да, – тихонько ответил Доминик и на мгновение прижался губами к мокрым волосам девушки.

Немного робея, она положила голову на его плечо, а затем, глядя на прямую линию мужского подбородка, тихонько произнесла:

– Ты самый красивый мужчина из всех, кого я видела, и, кажется, начинаю верить, что у тебя и душа такая же.