Отверженная жена дракона - Кира Иствуд

– Не видел нужды.

– Издеваешься?!

– Ты победил, так чем недоволен? – закатывает глаза Клоинфарн. Упав в одно из мягких кресел, он пальцем подзывает девушку-слугу.

Торопливо приблизившись, она кланяется и дрожащими руками наливает вино в бокал, но Ральфаир выхватывает его и гневно отбрасывает с площадки в оранжерею, а следом запускает и бутылку. Спустя десяток секунд до слуха долетает приглушённый звон.

– Вот и зачем? – закинув ногу на ногу, скептически поднимает Клоинфарн бровь.

Брат встряхивает гривой красных волос и, стиснув кулаки, отходит к бассейну, а потом, резко развернувшись цедит сквозь зубы:

– Я выкладываюсь. Тренирую тебя, следуя воле отца. А ты ни к чему не относишься серьёзно!

– Серьёзность – это удел стариков. Расслабься хоть немного.

– С таким отношением ты всех погубишь! Божественная Эльва, должно быть, ослепла, когда даровала тебе силу!

– Жалеешь, что наградила не тебя?

Ральфаир багровеет лицом и вдруг вскидывает руку:

– Тренировка не окончена! – рявкает он.

Воздух накаляется.

“Зжжих!” – огненный хлыст срывается с его ладони, целя в Клоинфарна, но тот подставляет руку и легко ловит его на браслет. А в воздухе уже свистит ещё пять таких же хлыстов.

“Вжух!” – один со свистом рассекает каменный столик. Второй и третий врезаются в воду, шипя и поднимая брызги. А вот четвёртый и пятый упруго взметаются в воздух и широкими дугами несутся вниз – прямо на девушку-слугу и альту, застывшую у стены.

Адалин успевает лишь коротко вскрикнуть и прикрыть голову руками. “Это конец!” – мелькает в её мыслях.

Но за миг до смертельного удара сверху раскрывается щит из тьмы – хлыст с шипением разбивается о него, взрываясь тысячами искр. Такой же щит появился и над второй девушкой-слугой – та падает на колени, дрожа, как испуганный зверёк.

Ральфаир разочарованно цыкает, будто не рад, что тьма успела прикрыть девушек от удара.

Клоинфарн поднимается из кресла так плавно, будто зверь. Его лицо и зубы заострились, глаза затопил мрак, вместо зрачков в них зажглось ледяное пламя. Он жестом показывает слуге, испуганно сидящей возле разбитого столика, на выход. Подскочив, девушка бежит к дверям, и вскоре те захлопываются за её спиной.

Альта тоже делает шаг к двери, но серебряноволосый дракон бросает на неё короткий предупреждающий взгляд. В её разуме звучит приказ: “Ты – останься!” И она замирает.

Клоинфарн вновь переводит взгляд на брата.

– У тебя слишшшком нервные подходы к тренировкам, братишшшка, – скалит Клоинфарн заострившиеся зубы, между которыми проскальзывает раздвоенный язык. – Может, позсссвать тебе парочку красавиц, чтобы они тебя рассссслабили?

– Главное, я добился чего хотел. – надменно отвечает Ральфаир. – Ты, наконец-то, обратился к крови демона! Забавно, как рьяно ты бросился защищать букашек, что ползают у твоих ног. Это единственный способ заставить тебя стать серьёзным?

– Мне просто не нравится вид чужой крови…

– Не смеши!

– …а ещё меня бесят эти нелепые рассказы о том, что очередная девочка слишком близко подошла к краю и не удержалась. Не часто ли ты стал перегибать палку?

– Тебе-то какое дело? Даже если бы я сжёг весь этот проклятый храм, был бы прав! Без нас они бы давно сгинули в тумане. Впрочем, так и будет, если ты продолжишь пренебрегать тренировками. Отец слаб, а с таким отношением тебе не хватит сил пройти испытание в храме огня. Эльвитарион останется без правителя и без защиты от тумана.

Клоинфарн проводит рукой по серебряным волосам, приоткрывая кончики заострённых ушей.

– Ральф, очнись, – насмешливо говорит он, – во всём мире не сыщется существа, способного по-настоящему мне навредить. Если бы я захотел, клыки твоего зверя сломались бы о мою шкуру. Если бы я пожелал, под храмом разверзлась бы дыра и утянула бы его в бездну… А что до остального… Отец продержится ещё пару десятков лет, а то и полвека. А если беда придёт раньше – я справлюсь, для этого у меня аж два сердца. Сгорит драконье, выдержит ядро демона.

– В этом твоя главная ошибка, Клоинфарн, – рыкает его брат. – Ты полагаешься лишь на голую силу.

– А в чём я не прав?

– Во всём!

– Неубедительно. Если хочешь заставить меня изменить мнение – то лучше займись собой. У тебя есть пара лет, чтобы найти свою наречённую и увеличить порог силы. Тогда выкуешь себе браслеты и ещё поборешься за трон.

– Наречённая, – Ральфаир кривится так, будто проглотил жука. – Двести лет её нет, а тут, думаешь, объявится? Да и вообще, разве тебя ничему не научил пример отца? Я надеялся, хоть ты понимаешь, какая бессмыслица…

– Разделить с кем-то вечность – это бессмыслица?

– Довериться какой-то жалкой смертной – бессмыслица! – рявкает красноволосый дракон.

– По мне так доверять человеку не сложнее, чем дракону.

На голых плечах Ральфаира каменеют мышцы, а на шее вздуваются жилы.

– Ты сравниваешь НАС с жалкими людьми?! – взбешённо спрашивает он, раздувая ноздри.

Клоинфарн закатывает глаза, будто ему смешно видеть столь бурную реакцию на простые слова. А вот для Ральфаира это становится последней каплей. Он дёргает подбородком и растягивает губы в звериной ухмылке.

– Я тебя услышал, Клоин… – говорит он.

Резко подойдя к краю площадки, Ральфаир призывает крылья. Они появляются с упругим хлопком, ветер расходится в стороны мощной волной, едва не сбивая альту с ног.

– Когда ты поймёшь, насколько ошибался – будет поздно, – холодно произносит алый дракон, а потом шагает вниз, чтобы через мгновение взлететь под купол оранжереи уже в форме огромного зверя.

Клоинфарн какое-то время смотрит ему вслед, а потом проводит рукой по лицу, будто снимая налипшую паутину. Его глаза и черты возвращаются к нормальным, тьма рассеивается.

Подойдя к бассейну, он заходит в него по пояс прямо в белой накидке, что укрывает бёрда и ноги. Уперевшись на бортик руками, откидывает назад голову и прикрывает глаза.

Несколько минут проходят в молчании, и когда альта уже думает, что про неё забыли, мужчина вдруг открывает глаза и поворачивает к ней голову.

Их взгляды сталкиваются. Сердце девушки подскакивает к горлу.

– Подойди-ка сюда, – с ледяной интонацией приказывает ей Клоинфарн.

Глава 14

– Подойди-ка сюда, – с ледяной интонацией приказывает Клоинфарн.

Вздрогнув, Адалин опускает голову так, что капюшон полностью скрывает её лицо. “Он что-то заподозрил?! Понял, что я не отсюда?!” – проносится в её мыслях, пока она судорожно пытается придумать, как ей быть и что делать.

– Теперь в слуги набирают глухих? – раздаётся в тишине вкрадчивый голос. От тона дракона по коже девушки бежит мороз.

– Н-нет, я вас услышала! Нижайше прошу простить за промедление, эль-тиар, – сдавленно говорит альта.

Глядя