Для тебя - Татьяна Тианина

И он неторопливо отправился в сторону кухни, старательно делая вид, что очередная победа надо мной не доставила ему ну ровным счетом никакого удовольствия.

— А у нас тут все по-прежнему, — сказал я Эдику, поймав себя на том, что глупо улыбаюсь, — как будто и не уезжал никуда. Да не вцепляйся в меня так — я никуда не денусь.

— Кажется, я сейчас упаду в обморок.

— Только попробуй, — строго сказал я, стягивая с его носа очки. — Я уже здесь не работаю, так что не стану таскать тебя на руках.

Почувствовав, что наши нежные поцелуи приобретают все более порнографический характер, я не без труда оторвался от него и спросил:

— Как ты себя чувствуешь? Не тяжело стоять? Может, тебе немного отдохнуть, прилечь?

Я бы с удовольствием уложил его в постель на пару дней. И сам бы пристроился рядом — разумеется, только на всякий случай, чтобы понаблюдать за его состоянием.

Эдик встряхнул головой, как будто пытаясь вернуть себе ясность мысли.

— Подожди, ты сказал, я тебе нужен, — он озабоченно нахмурился. — Что случилось, у тебя неприятности?

— Еще какие, — пожаловался я. — Похоже, что без тебя мне еще хуже, чем с тобой.

— Звучит неплохо. Почти как признание в любви.

— Поедем со мной. Квартиранты наконец-то съехали, я найду работу… а через год уже буду дипломированным врачом. Мы справимся.

— Может, сначала дашь ему окончательно встать на ноги? И сам спокойно доучишься? — поинтересовался Евгений Петрович, спускаясь вниз по лестнице.

Удивительно, что в таком огромном доме, где обитают всего несколько человек, совершенно невозможно остаться наедине!

Услышав голос отца, Эдик не отодвинулся от меня ни на миллиметр, и это придало мне уверенности.

— У меня есть более конструктивная идея, чем рай в шалаше, который ты предлагаешь моему сыну, — продолжил мой бывший босс. — Как ты смотришь на то, чтобы вернуться к своим прежним обязанностям? Правда, Эдику уже намного лучше, так что зарплату я тебе платить не стану. Будешь работать за стол и крышу над головой. Ну и бензин для твоего ржавого корыта, чтобы ты мог ездить в город на лекции.

— Если это твой способ сказать «Добро пожаловать в семью», папа, то у тебя почти получилось, — заметил Эдик.

— К счастью, Андрей вполне прагматичный юноша, и не ждет от меня сентиментальных излияний. Достаточно того, что охрана не прострелила ему покрышки, когда он въехал на частную территорию без приглашения.

— Отлично, — Эдик нетерпеливо потянул меня за руку. — Знаешь, пап, нам надо все это обсудить… и вообще…

— Обсудить… да, надо, обязательно, вотпрямосейчас , — подтвердил я.

— Я почему-то так и подумал, — с совершенно серьезным выражением лица сказал Евгений Петрович, которого, надеюсь, мне не придется называть папой. — Тогда отложим наш разговор до вечера, мне уже пора на работу. Думаю, к моему возвращению вы уже закончите, хм… обсуждение.

Глава 9

Едва закрыв за собой дверь в комнату, мы снова начали целоваться, торопливо и бестолково, сталкиваясь носами и задыхаясь от нетерпения. Одновременно я пытался стянуть с волос Эдика резинку — почему-то это казалось мне куда более важным, чем снять с него штаны. Впрочем, это я тоже сделал — сразу после того, как справился с упрямой махрушкой, чуть не вывихнув при этом пальцы.

Уронив Эдика на кровать, я на всякий случай предупредил:

— Только не ори, ладно? А то Федор подумает, что я тебя убиваю, и явится спасать.

— Здесь хорошая звукоизоляция, — успокоил меня Эдик, нетерпеливо ерзая по простыне.

— С кем-то уже проверил? — грозно спросил я.

— Сам справился. На пробу громко выл на луну от тоски. Ни хрена не помогло, кстати.

— А у тебя загар почти сошел, — пробормотал я ему куда-то в пупок и, спустившись ниже, наконец-то сделал то, на что раньше никак не мог решиться.

Эдик не раз уверял меня, что минет делать приятно. Но тогда я толком не разобрался в своих ощущениях — куда интереснее было наблюдать за его реакцией. Он стонал, кусал губы и едва сдерживался, заставляя себя лежать неподвижно. Я понимал, что ему хочется и быстрее, и глубже, и всего сразу — но он терпит, чтобы я чувствовал себя уверенно и делал лишь то, на что готов сам. Если в такой момент парень способен думать не только о себе — это почти что признание в любви.

Так что я старался как мог, хотя довести дело до конца таким способом не рискнул — когда партнер давится и отплевывается, это портит все удовольствие. Я и так сделал чертовски много для парня, еще недавно считавшего себя убежденным натуралом.

Под матрасом у него оказалась припрятана пачка презервативов со знакомой пестрой картинкой на упаковке — мой сентиментальный мальчик привез с курорта сувенир… или все-таки надеялся, что я вернусь? Спрашивать я не стал — честно говоря, разговаривать мне совсем не хотелось. Хотелось лапать его, тискать, целовать. И как следует оттрахать — за все те дни, которые мы потеряли по собственной глупости. Только очень осторожно — все-таки мы давно не были вместе.

— Что ты со мной так нежничаешь? — возмутился Эдик, когда я, протиснувшись на пару сантиметров вглубь, замер и нервно поинтересовался, все ли с ним в порядке.

— Сразу видно, без меня по девкам таскался! — проницательно заметил он и по своей милой привычке вцепился ногтями в мою беззащитную задницу.

От неожиданности я дернулся вперед и одним движением вошел на всю длину.

— Да, это мой парень, — довольно простонал Эдик, — совсем другое дело. Давай, трахни меня как следует. Я охуеть как по тебе соскучился.

***

К возвращению Евгения Петровича мы почти успели. Так, слегка подзадержались, минут на пятнадцать. И вовсе незачем ему было так на нас смотреть, брал бы пример с Федора — у него был такой вид, будто я старинный друг семьи, который заехал с визитом на чашку чая.

«И вовсе мы не выглядим так, как будто весь день не вылезали из постели, — мысленно продолжал я свой воображаемый диалог с отцом моего счастливого, хотя и слегка затраханного бойфренда. — Всего-то полдня, маловато конечно, но ничего — у нас все выходные впереди. Надо только за вещами в город смотаться».

Вот так неожиданно я вернулся в Дом, хотя и немного в другом качестве, но в целом моя жизнь не слишком изменилась. Мы с Федором по-прежнему отпускаем ехидные замечания в адрес друг друга. Семён встретил мою железную лошадку как старую подружку и на радостях поменял в ней