Плетельщица снов - Наталья Журавлёва

— Да? — отозвалась я, давая понять, что готова слушать.

Он набрал в грудь воздух, потом медленно выдохнул, посмотрел мне в глаза и улыбнулся:

— Надеюсь, экстремальный спуск с горы не испортил впечатления от знакомства с птицами Кру, — нарочито весело произнес Курт. — В следующий раз обещаю следить за временем и вернуть тебя домой до заката.

Стало ясно, что парень передумал говорить то, что собирался, а я была слишком вымотана, чтобы спрашивать.

— Спасибо за то, что показал мне говорящих птиц Кру, — я взяла свою сумку и заглянула в нее — разноцветные перья были на месте. — И спасибо, что помог собрать недостающий материал.

— Рад, что смог помочь, — просто откликнулся Курт. — Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Я потянула за ручку двери и обрадовалась, что Лусия ее не заперла.

Войдя в дом, я ощутила запах какао и поняла, как сильно проголодалась. Я тихонько прокралась на кухню и обнаружила, что никто из домочадцев еще не спит. Лусия, Максимилиан и даже Клотильда собрались за кухонным столом.

Лусия и Макс потягивали ароматный напиток из высоких кружек, а громадная кошка обеспечивала теплую компанию музыкальным сопровождением, свернувшись на одном из стульев и громко урча.

— Мия, — воскликнула матушка Бульк, увидев мое сонное лицо, — где ты пропадала весь день?

На ней было длинное темно-синее платье и белый передник с бахромой. Хозяйка дома была бы похожа на грозовую тучу, если бы не красно-желтый платок, повязанный вокруг головы наподобие высокой чалмы.

Максимилиан сидел боком к столу, облокотившись на него локтем. Он тоже окинул меня слегка удивленным взглядом. Несложно было догадаться, что его удивила надетая на мне кожаная мужская куртка, но спрашивать Флем ни о чем не стал.

— Мия, не томи! — повелела Лусия, ставя передо мной чашку с какао. — Ты получила разрешение в Городском совете?

Сегодняшний день оказался невероятно долгим. Я почти забыла, что совсем недавно стояла перед надменными членами Городского совета и напрасно просила их хотя бы выслушать меня.

Я уселась за стол, с наслаждением сделала первый глоток горячего напитка, а потом рассказала историю своего общения с Городским советом от начала и до конца. И про долгое ожидание, и про предвзятое отношение председателя Совета господина Фон Грина, и про то, как самый молчаливый член Совета в итоге меня спас.

— Если бы не господин Торн, не видать бы мне разрешения, — подытожила я, довольно улыбаясь.

Я ожидала услышать поздравления или хотя бы слова поддержки, но вместо этого над столом повисла гнетущая тишина.

Лусия и Максимилиан переглянулись.

— Матушка Бульк, что-то не так? — наконец спросила я.

— Видишь ли, — произнесла Лусия и, по-детски поджав губы, вдруг замолчала, переведя жалобный взгляд на Максимилиана.

— Да в чем дело? — не выдержала я.

Я ощутила нехорошее предчувствие. Внутри все сжалось.

— Просто тебе помог главный мафиози Бергтауна, — вздохнул Макс и с грохотом опустил кружку на стол.

Лусия и я одновременно вздрогнули.

— И что? — вскинулась я. — Я ничего об этом не знаю и знать не желаю.

— Видишь ли, — тихо пробормотала Лусия, — дело в том, что он всегда просит об ответной услуге.

Глава 13

Ночь не принесла мне желанного отдыха от навязчивых мыслей. Не помогло даже монотонное сновидение о перебирании разноцветных камушков, которое я предусмотрительно повесила в изголовье кровати. Несмотря на сложный день, сон пришел ко мне лишь ненадолго. Оставшуюся ночь я крутилась в постели, стараясь не думать о том, что сказал Максимилиан.

Мне очень хотелось просто не обращать на его слова никакого внимания. Я старалась убедить себя, что Флем и сам приехал в город всего несколько дней назад, поэтому не может знать о господине Торне таких вещей.

— Надо же такое придумать — главный мафиози Бергтауна! — возмущалась я, переворачиваясь с одного бока на другой.

Но потом в памяти всплывало выражение лица Лусии, жалостливое и испуганное одновременно, и я никак не могла отделаться от ощущения, что вляпалась в какую-то очень неприятную историю. И от того, что я понятия не имела в какую именно, чувство тревоги только росло.

Окончательно убедившись, что сна мне этой ночью больше не видать, я надела длинное льняное платье, взяла сумку с материалами, которую так и не разобрала со вчерашнего вечера, и отправилась в лавку.

Над Бергтауном вставало солнце, освещая узкие улицы и широкие проспекты. Легкий ветерок вился вокруг меня, раздувая волосы в стороны. Звуки пробуждающегося города возвещали о начале нового дня.

Я шла все быстрее и с каждым шагом чувствовала, что страхи отступают. Вуна говорила, что иногда нужно просто выйти из комнаты, чтобы перестать бояться большого мира за ее пределами.

Соломон Торн не просто добрый дядюшка? Что ж, возможно. Он попросит меня о какой-то ответной услуге? Но что я могу дать человеку, который, если верить Лусии и этому всезнающему Максимилиану Флему, держит в своих руках целый город? К тому же совсем не факт, что он вообще о чем-то меня попросит. Разве человек не может помочь другому просто так?

Я настолько углубилась в рассуждения и внутренние споры с самой собой, что не заметила большой круглый камень на дороге, споткнулась об него и чуть не растянулась посреди дороги. Помянув демонов, я решила больше не думать о Соломоне Торне и его манере вести дела. В конце концов, даже если бы я знала, кто он такой, неужели отказалась бы от помощи, учитывая, что открытие лавки снов — мое единственное спасение? Конечно же нет! Так какой смысл теперь мучить себя, ожидая гипотетических последствий, которые возможно, никогда и не наступят?

Отпирая ключом дверь маленького и довольно заброшенного здания, которому совсем скоро предстояло превратиться в лавку снов, я уже думала только о том, сколько всего мне еще предстоит сделать.

Забот действительно было немало. Помещением явно давно не пользовались, и вид у него был тот еще, при чем как снаружи, так и внутри. Когда радостные эмоции после заключения сделки улеглись, и я трезво оценила масштаб предстоящих работ, мне невольно подумалось о том, что даже тридцать талантов — это слишком много для такой развалюхи. Но, как говорится, дареному грифону в клюв не смотрят. Нужно было приниматься за работу и как можно скорее привести здесь все в порядок.